– 2-

Как известно, человек предполагает, а Бог вносит свои коррективы. Амир появился на пороге ее квартиры тем же вечером. Точнее, ночью. Часы давно пробили одиннадцать, когда раздался звонок в дверь.

– Кто там? – Наргиз никого не ждала, тем более в такое время.

– Это я, Амир

Дверь открылась не сразу. Он уже собирался уйти, когда услышал характерный звук поворачивающегося ключа. Через мгновенье он увидел хозяйку квартиры.

– Вы можете прогнать меня, и я не буду на вас в обиде.

– Идите к черту! – в сердцах воскликнула она. – Вы же знали, что не прогоню, когда шли сюда.

– Знал. – Он виновато посмотрел на нее и шагнул в открытую дверь. – Но мне некуда идти.

– Неужели в таком большом городе, как Москва, нет ни одного близкого вам человека, к которому вы могли бы обратиться за помощью?

– Друзей близких и не очень сколько угодно, но я не знаю, кому можно довериться.

– У вас, случайно, нет мании преследования? – спросила Наргиз и, не дожидаясь ответа, провела нежданного гостя на кухню. – Я как раз пила чай. Не составите мне компанию?

– С удовольствием. Вы разжились заваркой?

– И даже лимоном и конфетами. Угощайтесь.

После чая она позвала его в комнату, указала взглядом на табуретку, которую принесла из кухни, а сама забралась с ногами на диван и велела:

– А теперь рассказывайте. С самого начала.

– Вы действительно хотите это знать?

– Но ведь вы не оставили мне выбора. Не так ли? – Он только открыл рот, чтобы возразить, но она его опередила: – И попробуйте только возразить или просить прощения! Поздно. Даже если вы не хотели втягивать меня в свои дела, вы это уже сделали. Возможно, после вашего рассказа я и пожалею, что не послала вас к черту, но чему быть, того не миновать. Давайте рассказывайте. Я слушаю.

Он недолго собирался с мыслями. Сцепив пальцы рук перед собой и немного подавшись вперед, он начал:

– У нас крупный бизнес.

– Вы это уже говорили. Насколько крупный?

– Очень крупный.

– И у кого «у нас»?

– У меня и моего партнера Виктора Михайловича Дежнева.

– У вас совместная компания?

Он утвердительно кивнул.

– Партнерство равное или?..

– Равное. Мы начинали вместе. Я бы не сказал, что начинали мы с нуля, но если сравнить прежние и нынешние масштабы…

– И как же, если не секрет, вы этого добились? – в ее тоне не было насмешки – только искреннее любопытство.

– Это долго рассказывать. Давайте как-нибудь в следующий раз.

– Хорошо, – легко согласилась Наргиз. – Итак…

– Итак, я говорил о том, что руковожу крупной компанией.

– Очень крупной, – поправила она его. – И не один, а вместе с партнером Виктором Дежневым.

Амир тяжело посмотрел на нее.

– Вы не умеете слушать.

Наргиз покраснела так, словно была ученицей шестого класса, которую отчитал строгий учитель.

– Простите, – от досады она даже закусила губу.

Когда он снова заговорил, его голос звучал ровно и спокойно.

– Виктор Дежнев хороший финансист, так что вся финансовая сторона дела лежит на нем.

– А что за вами? – не выдержала она снова.

– Стратегические вопросы.

– Значит, в том, что ваша компания процветает, прежде всего, ваша заслуга?

– Да, это так.

– Так считаете вы или Виктор Дежнев тоже? – быстро спросила она.

Ее собеседник чуть не заскрежетал зубами, но сдержался.

– Виктор принимает тот факт, что не он, а я, если так можно выразиться, первая скрипка в оркестре. Официально именно я руковожу компанией, он вице-президент.

– Вы ему доверяете?

– Вполне. Мы заранее обговорили распределение ролей.

– И Дежнев уступил вам главенствующую? – недоверчиво спросила Наргиз.

Его взгляд снова сделался тяжел и мрачен.

– Вы, случайно, не в милиции работаете?

Она отрицательно мотнула головой.

– Просто вы расспрашиваете так, словно хотите вывести меня на чистую воду.

– Нет, вы ошибаетесь. Я хочу разобраться в ситуации, так что нравится вам или нет, но я буду перебивать вас.

– Где вы научились так задавать вопросы?

– Я журналистка.

– Вот в чем дело! Теперь все понятно. Хорошо, я продолжу. Виктор уступил мне, как вы говорите, главенствующую роль, потому что понимал: мне с моей фамилией будет легче общаться с многочисленными чиновниками, с которыми нам неизбежно придется сталкиваться в процессе работы.

– Чем же так хороша ваша фамилия?

– Мой отец долгие годы работал в системе Госстроя и занимал довольно высокую должность. Естественно, у него сохранились обширные связи, которыми я не мог не воспользоваться.

– Теперь понятно, почему ваши дела идут в гору. А вы говорили, что это долго рассказывать.

– С вами просто невозможно разговаривать.

На этот раз Наргиз не сконфузилась, не покраснела. Пожала плечами и проговорила:

– Терпите, я такая, какая есть.

И все же в дальнейшем она постаралась как можно реже перебивать его.

– Наша компания как-то сразу заявила о себе и всего за пять-шесть лет заняла лидирующее положение в строительном бизнесе. Заказы сыпались как из рога изобилия. Мы много строили, открывали свои банки, покупали менее удачливые строительные фирмы, создавали собственные оптовые магазины по продаже стройматериалов… В общем, мы стали зарабатывать большие деньги. Но, как известно, денег, даже очень больших, в какой-то момент становится недостаточно. Хочется чего-то большего.

– Власти, – подсказала Наргиз.

– Да, власти. Мы, люди, глупые существа, никогда не довольствуемся тем, что имеем, и нередко потом расплачиваемся за это.

– Вы решили заняться политикой?

– Да, я решил стать депутатом Госдумы. Заручился поддержкой определенных лиц, и два месяца назад был зарегистрирован кандидатом в депутаты.

– Ничего не понимаю, ведь выборы состоялись, если я не ошибаюсь, полгода назад?

Амир кивнул.

– Дело в том, что один из депутатов умер и его место оказалось вакантным.

– Его убили?

– Как ни удивительно, нет. Умер своей смертью в собственной постели. Я бы не рискнул ввязываться в это дело, если бы не одно важное обстоятельство. В избирательный округ, где я буду баллотироваться, входит и город, в котором какое-то время жили мои родители и где я провел свое детство, – город Дербент. Учитывая, что именно в этом городе проживает основная часть избирателей, у меня неплохие шансы на успех.

– Вы думаете, что дербентцы проголосуют за вас только потому, что вы почти их земляк?

– Нет, конечно. Дело в том, что в Дербенте функционирует филиал нашей компании, а также филиал одного из наших строительных банков. Мы много строим в этом городе, причем не только дорогое элитное жилье, но и социальное, для малообеспеченных семей. Нами разработан проект «Доступное жилье для молодых семей», так что молодые люди могут получить в нашем банке долгосрочные кредиты под мизерные проценты и купить у нас же недорогое жилье. Я также подарил городу, который считаю родным, развлекательный центр, финансировал реконструкцию старой и строительство новой спортивных школ. Так что меня там знают достаточно хорошо. Всяческую поддержку обещал мне и мэр города, и я был уверен, что у меня неплохие шансы победить на выборах.

– Но появилось нечто или, скорее, некто и поколебал вашу уверенность.

– Некто в лице Рауфа Нагиева.

– Нагиев? Знакомая фамилия.

– Неудивительно, что вы о нем слышали. Крупный бизнесмен, владелец акций морского пароходства, имеет чуть ли не эксклюзивное право завоза топлива по Северному морскому пути, владеет несколькими заводами, гостиницами и многим другим.

– Ему-то зачем депутатство? Тоже захотелось во власть?

Амир не обиделся за «тоже». Только коротко взглянул на нее и продолжал:

– Причин желать стать депутатом у него больше, и они весомее, чем у меня. До недавних пор он был женат на дочери губернатора Мурманской области. Однако в этом году их брак, счастливо продолжавшийся почти десять лет, дал трещину. Говорят, что жена уличила его в измене и подала на развод. При разделе имущества Нагиев повел себя не лучшим образом, это не понравилось тестю-губернатору, и Нагиев лишился его поддержки. Губернатор спустил на него всех собак, каких только можно. Принадлежащую ему компанию усиленно проверяют налоговики и Генеральная прокуратура, поговаривают даже, что заведено уголовное дело. Так что Нагиеву как воздух нужен депутатский мандат и неприкосновенность, которую тот гарантирует. Однако он понимает, что в Дагестане его плохо знают, хотя он тоже родом из тех мест, а значит, он не может рассчитывать на сколько-нибудь значительное число голосов.

– И он решил перехватить их у вас? Кстати, сколько еще кандидатов, кроме вас, зарегистрировано?

– Двое, но у них нет почти никаких шансов на победу. Рауф Нагиев понимает, что конкуренцию ему составлю только я.

– И он решил подкупить вас, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Наргиз.

– Он просчитался. Мне не нужны его деньги. И я не сниму своей кандидатуры.

– Он ведь много богаче вас?

Амир кивнул.

– Если он не смог купить вас, он может подкупить тех, кто согласился вам помочь, того же мэра Дербента.

– С Маратом Гамидовым у нас не просто деловые отношения: мы дружим уже много лет.

– Перед большими деньгами трудно устоять. Нагиев может сделать вашему мэру предложение, от которого тот не сможет отказаться.

Наргиз сама не верила тому, что сейчас говорит. Она знала Марата Гамидова достаточно хорошо, чтобы быть уверенной – он не поддастся на посулы и останется честен, по крайней мере, настолько, насколько это возможно в большой политике. Но ей было интересно знать мнение человека, который сейчас сидел напротив и делился с ней своими проблемами.

– Я не исключаю такую возможность, хотя мне неприятно об этом даже думать, – после некоторого раздумья произнес тот. – В любом случае к нему на данный момент с какими-то конкретными предложениями не подходили. Я виделся недавно с Гамидовым, ничто не говорит о том, что он переметнулся на сторону моего соперника. Да и не верю я в такую возможность.

– Что вам еще удалось узнать о Рауфе Нагиеве? Он связан с криминалом?

– Да, и до сих пор не очень это скрывал.

– В таком случае он вряд ли молча проглотит ваш отказ на его предложение.

– Он и не проглотил. Две недели назад он встретился со мной и повторил свое предложение, а когда снова услышал категорическое «нет», пригрозил, что расправится с моей семьей.

– Пригрозил открыто?

– Нет, но дал ясно понять, чтобы я опасался за жизнь своих родных.

– Свидетелей разговора, конечно, не было?

– Не было. К сожалению, мне не удалось записать наш разговор. Нагиев предусмотрительно включил устройство, мешающее что-либо записывать.

– Две недели – большой срок. Он привел угрозу в исполнение? – осторожно спросила Наргиз.

– Нет. Видимо, он пока выжидает. Мои родители сейчас живут за границей, а жену и дочь я спрятал в надежном месте. Они останутся там, пока не пройдут выборы.

– А за свою жизнь вы не опасаетесь? Кстати, почему вы ходите без телохранителей?

– Вы верите, что от них есть какой-то прок? Не из собственного опыта, но знаю: если кто-то решил кого-то убить, никто не убережет. И потом, я не хочу рисковать чужими жизнями. Даже если эти люди выполняют свою работу и получают за нее неплохие деньги.

– Кто были ваши два вчерашних преследователя? Люди Нагиева?

– До последнего времени я тоже думал, что это его люди.

Наргиз удивленно посмотрела на своего собеседника.

– Кому вы еще перешли дорогу?

– Не знаю. Я уже вообще ничего не понимаю. Все последние дни я ощущал за собой слежку. Впрочем, эти люди не особенно скрывались. Они ходили за мной по пятам. Я даже не мог позвонить жене, боялся, что наши разговоры прослушиваются. Сейчас столько способов записывать чужие разговоры, даже по вибрации стекол можно узнать, о чем говорят в помещении. В конце концов, мое терпение лопнуло, и я решил разобраться с теми, кто меня пасет. – Он замолчал.

Наргиз его не торопила, выжидательно глядя на него.

– Произошло это два дня назад, – продолжил он через некоторое время. – Я был очень зол. Мне снова позвонил Нагиев и уже в третий раз повторил свое предложение. Я послал его к черту и бросил трубку. Возвращаясь домой, я сразу заметил серую «девятку», которая медленно двинулась за мной, как только я тронулся с места. У своего дома я вышел из автомобиля и дождался, когда «девятка» затормозит в нескольких метрах от меня. Мне хватило нескольких секунд, чтобы добраться до нее, распахнуть дверцу автомобиля, схватить за грудки водителя и вытянуть его из салона. Второй мужчина поспешил на помощь напарнику, и завязалась драка. Она получилось короткой, и я бы не сказал, что яростной. Ребята хоть и казались крепкими на вид, но не особенно сопротивлялись и дали повалить себя на землю. Это показалась мне странным, а когда я сказал им, что они могут идти к черту со своим Нагиевым, они удивленно переглянулись и в один голос заявили, что не знают никакого Нагиева. Они работают в частном детективном агентстве «Трио», и несколько дней назад им поручили следить за мной, за каждым моим шагом – куда я хожу, с кем общаюсь и так далее. Я потом проверил: детективное агентство «Трио» действительно существует.

– Ерунда какая-то! – воскликнула, выслушав его, Наргиз. – Нагиев не стал бы обращаться в детективное агентство. У него, поди, и своих людей достаточно.

– Я тоже так думаю. Но если это не люди Нагиева, то кто же? Кому еще понадобилось следить за мной?

– А те типы, что были вчера? Они тоже из агентства?

– Да, если только в детективное агентство обращаются, чтобы заказать кого-то.

– Они что, пытались вас убить?

– Самым недвусмысленным образом. Они пытались сбросить меня с Крымского моста в Москву-реку. И не поздней ночью, когда мало свидетелей, а средь бела дня.

– Отчего же им это не удалось?

Он бросил на нее еще один тяжелый взгляд.

– Я понимаю: вы предпочли бы, чтобы мой труп сейчас вылавливали в Москве-реке. Тогда я не сидел бы здесь и не грузил вас своими проблемами.

– Вы обо всех так плохо думаете?

Он молчал, и Наргиз строго посмотрела на него.

– Вы не имеете права так говорить – вы меня совсем не знаете.

– Простите, – пробормотал он.

– Принимается. Так как? Вам вчера улыбнулась удача или кто-то помог вам?

– Я не знаю, было ли это случайностью или нет… В самый последний миг в джип, преследовавший меня, врезалась другая машина – «форд». В нем тоже сидели двое. Возможно, столкновение произошло из-за того, что мы создавали аварийную ситуацию на мосту. И та, и другая машина довольно серьезно пострадали, но когда те, что из «форда», выскочили из машины, возмущенно размахивая руками, джип, хоть и был сильно помят, тут же тронулся с места и, быстро набирая скорость, исчез.

– А к вам пассажиры «форда» не предъявили никаких претензий?

– Как ни удивительно, нет. Они пошумели немного, но, завидев приближающуюся милицейскую машину, тоже предпочли исчезнуть. Я последовал их примеру.

– Почему вы не дождались гаишников? Вы могли назвать номера «форда» и джипа и выяснить, кому они принадлежат.