Глава 2

Директриса выходит за дверь, бросив на меня короткий предупреждающий взгляд. Она все еще мне не верит и правильно делает. В самом начале я пыталась активно сопротивляться, – до тех пор, пока не поняла, что эта стратегия в корне не верна и мне никак не поможет, лишь усугубит положение.

Дверь тихо закрылась, но я не слышу цокота ее каблуков, значит, она осталась стоять там, в коридоре. Караулить. Но вряд ли подслушивать.

Что ж… Этого я тоже ждала.

«Пора!» – шепчу себе мысленно и, наконец, поднимаю взгляд.

Дракон, чуть сузив глаза, внимательно смотрит на меня, его лицо холодно и бесстрастно. Но мне почему-то кажется, что сейчас он более внимательно рассматривает товар, который ему подали с витрины. И я понимаю, что увиденное его вполне устраивает.

– Подойди, – раздается в тишине хлесткий приказ.

Я бесшумно приближаюсь, сделав то, что он мне велит. Останавливаюсь в паре шагов и задираю голову вверх – настолько дракон выше.

– Надевай, – Грегор Аш Хар протягивает мне два изящных браслета из белого золота. Красивая вещица, украшенная вязью магических символов, образующих замысловатый узор.

Вот только мы оба знаем, что это вовсе не подарок, и застываем друг напротив друга. Настает самый важный момент.

Такие браслеты носят все архэ, как знак принадлежности определенному дракону. Как рабский ошейник, но в более красивой оплетке, но суть одна. По ним представители их расы безошибочно считывают владельца девушки и не смеют даже приблизиться к ней.

И если бы только это! Мне пришлось потратить много времени, нервов и сил, подслушивая под дверьми кабинета директрисы, прежде чем я узнала об их дополнительных свойствах. Это еще и артефакт, очень мощный. Если я сейчас одену браслеты, то снять уже не могу, пока хозяин мне этого не позволит. И он сможет найти меня везде, куда бы я ни сбежала.

Глаза резко щиплет, когда я вспоминаю свою подругу, Алайю. Мой единственный лучик света в этом царстве тьмы. Год назад ее тоже купил дракон – взрослый, лет сорока, жестокий даже на вид. Она не хотела уезжать с ним, но ей пришлось.

А еще через месяц, собрав всех нас в гостиной, директриса заявила, что Алайи больше нет. По ее словам, мерзавка сбежала с любовником, и тот ее убил. Дракон, пустившийся в погоню, нашел ее уже мертвой – именно по браслетам. Только я не поверила. Знала, что Алайя никогда бы так не поступила.

Но именно этот случай заставил меня, превозмогая слезы и боль от потери, искать дальше информацию про эти чертовы браслеты и, наконец, я ее нашла.

Они работали только в том случае, если ты приняла их добровольно, тем самым отдавая себя во власть дракона. Если же нет – он не вправе был тебя заставлять. Пока браслеты на моих запястьях не защелкнулись, я условно свободна, если приму их – обратной дороги не будет. Это мой единственный шанс, хоть и призрачный.

– Нет, – я разлепляю пересохшие губы и поражаюсь тому, как хрипло звучит мой голос, с трудом проталкивая сквозь горло слова. – Я не буду их надевать.

Лицо дракона каменеет, а рука, держащая браслеты, сжимается в кулак с такой силой, что, мне кажется, он сейчас просто расплющит их.

Наши взгляды скрещиваются в немом поединке: его, давящий и опасный, и мой, пытающийся удержать остатки решимости. Потому что противостоять этой нечеловеческой мощи практически невозможно. Хочется заскулить и сжаться в комок, лишь бы только не ощущать.

Наконец, темная, хищная бровь дракона надменно выгибается, когда он не видит ожидаемого эффекта.

– Это приказ, – в его голосе появляются рычащие нотки.

– Нет.

Я едва заставляю себя стоять на месте и в принципе ему возражать. В любой момент он может свернуть мне шею или придумать что-то еще, более изощренное. Он подписал контракт, но не может заполучить свою игрушку, потому что та против. Неслыханно! Дерзко!

Ни один из них не станет терпеть подобного, я прекрасно осознаю это. Но во мне все еще теплится надежда, что все пойдет по моему сценарию – тому, который я так долго продумывала.

Аш Хар внезапно оказывается рядом и меня окутывает его запахом – ледяной мятой с цитрусовыми и мускусными нотками. Будоражащим. Пьянящим.

– Решила поиграть со мной, девочка? – дракон угрожающе склоняется ко мне, впиваясь взглядом черных мерцающих глаз. Пронизывающим. Ломающим волю. – Хорошо. Тогда будь готова принять мои правила игры…

И после недолгой паузы жестко припечатывает: – Никаких правил.

Вертикальный ртутный зрачок пульсирует, и я отчетливо понимаю, насколько он зол. Какая-то человечка посмела перечить. Ему! Возможно, он вообще впервые услышал слово «нет» от человека.

Затаив дыхание, я стою и жду, что последует дальше. От этого будет зависеть не просто многое, от этого будет зависеть все.

Я лишь надеюсь на то, что дракон не станет нарушать традицию, по которой архэ свою последнюю ночь проводит в пансионе – прощается с подругами, собирает личные вещи, получает последние наставления. Подумав об этом, я невольно вздрагиваю. Это мне тоже придется пережить.

– Завтра на рассвете я заберу тебя, – раздается над моим ухом ледяной голос дракона. – У тебя есть время на то, чтобы подумать и принять правильное решение. Иначе… ты пожалеешь.

*****

Дракон уходит, громко хлопнув дверью и оставляя меня одну.

Его последние слова все еще звучат у меня в ушах, и я отчетливо понимаю: это не было шуткой или угрозой. Простая констатация факта.

Я медленно закрываю и открываю глаза, пытаясь восстановить дыхание и успокоиться. Вот и все. Первый этап моего плана прошел успешно. Кажется, он еще не понял, что магнетизм их расы на меня не подействовал: решил, что ему просто досталась строптивая девица, которую придется перевоспитывать.

Это хорошо, главное, чтобы он ни о чем не догадался. Как и Марея – потому что сейчас меня ждет второе испытание, разговор с ней. И я должна буду очень сильно постараться, чтобы сыграть его идеально.

… – Очень странно, что лорд Аш Хар не надел на тебя браслеты, – госпожа Марея сидит за своим рабочим столом, сцепив худые руки в замок, и буравит меня подозрительным змеиным взглядом. Я стою напротив, изображая смирение и непонимание. – Он что-нибудь сказал?

– Только то, что приедет за мной на рассвете.

Директриса недовольно поджимает губы: ей явно не нравится все происходящее и она не верит мне до конца. Но и причин наказывать меня у нее нет. На это я и рассчитывала. За годы, проведенные в пансионе, я успела неплохо ее изучить. Мне пришлось это сделать, чтобы обеспечить себе хоть маленький кусочек свободы внутри этого роскошного особняка, ставшего моей тюрьмой.

Не перечить. Оставаться спокойной. Казаться заинтересованной. Не переигрывать. Последнее сложнее всего. Я знаю, что директриса не любит меня и не доверяет до конца, но мне плевать. Главное, чтобы позволила сейчас вернуться в комнату.

– Ступай. Собери свои вещи, а после спустись в гостиную к остальным, я еще раз расскажу тебе об обязанностях в доме лорда Аш Хара.

Я приседаю в книксене и выхожу из ее кабинета, держа спину ровно, не позволяя промелькнуть даже тени улыбки на своем лице. Осталось совсем чуть-чуть, и я буду свободна.

Вернувшись в комнату, я окидываю ее равнодушным взглядом. Просторная, светлая и… абсолютно чужая с некоторых пор. Здесь все рассчитано на двоих: две кровати под газовыми балдахинами, два туалетных столика у окна, два стула, резной шкаф.

После отъезда Алайи ко мне так никого и не подселили, но я этому только рада. И иногда, перед сном разговариваю с подругой, как будто она все еще незримо присутствует здесь: сидит за туалетным столиком, расчесывая свои кудрявые золотистые волосы, широко улыбается, рассказывая о чем-то смешном.

– Мне будет тебя не хватать, милая, – шепчу я, выставляя на окно условный сигнал – вазу с цветком. Это означает, что дракон выбрал именно меня. А после принимаюсь складывать в кожаный саквояж свои вещи. Все до единой, чтобы не оставить им ни малейшей возможности меня разыскать.

*****

Вечер застает меня, нервно меряющую шагами свою комнату. Наставления от директрисы получены: быть покорной и ласковой. Не отказывать в близости. Ублажать, как учили. Не дерзить. Уметь выгодно подать себя в любой ситуации.

И никогда не забывать о своем месте. Эти слова Марея произносит с особым нажимом, и мы все понимаем, о чем они. У дракона уже могла оказаться жена, когда он введет архэ в дом. Каждой из нас предстоит не просто ужиться с ней рядом, но и найти общий язык, насколько это возможно.

Слишком мерзко и унизительно для меня.

«А для нее?» – думаю я, но тут же отбрасываю эту мысль, как ненужную.

Других девушек ничего не смущает, многие из них смотрят на меня с откровенной завистью, кто-то даже со злостью. Все еще не могут простить, что дракон сразу направился ко мне, игнорируя их наряды и обольстительные улыбки.

И даже не догадываются, что я с радостью поменялась бы с ними местами. Но вслух я этого, конечно же, не говорю, лишь растягиваю губы в улыбке и согласно киваю.

…Дэлла появляется уже после ужина, как и всегда. Охранник на входе мажет по ней взглядом и равнодушно отворачивается – уже привык к ее ежедневным визитам. На девушке темный плащ с капюшоном, в руке большая корзина, закрытая сверху плотной тканью. В ней находятся еще теплые пироги, слабость к которым питает Марея.

И которой собираюсь воспользоваться я.

Стоя на верхней площадке, я вижу, как Дэлла неспешно поднимается по лестнице – якобы в кабинет директрисы, в котором та пьет свой традиционный вечерний чай. Но на полпути она юркает в темный коридор, и я быстро утягиваю ее в кладовку, где слуги хранят принадлежности для уборки.

– Все готово, – шепчет она, и из корзины мне в руки перекочевывает плащ, в точности такой же, как на ней. – Вторая корзина здесь?

– Да, – так же шепотом отвечаю я, демонстрируя старую большую корзину. Она не похожа на ту, что держит в руках Дэлла, но если прикрыть сверху тканью, будет не очень заметно. Главное, что она вообще есть. Собственно, с этой корзины, найденной мной на чердаке, и родился этот безумный план побега.

Мы быстро начинаем делать то, что обсуждали уже множество раз. Пока я надеваю плащ, прячу волосы и накидываю на голову глубокий капюшон, Дэлла перекладывает мои вещи в корзину.

Пустой саквояж мы заталкиваем в печку, и пламя тут же начинает жадно облизывать кожу своими алыми языками, отчего она пузырится и лопается. Мерзкое зрелище, от которого я отворачиваюсь.

Все рассчитано до мелочей, по минутам, но я все равно боюсь, что что-то может пойти не так. И когда Дэлла выскальзывает из кладовки первой, и я слышу громкий цокот ее каблучков на третьем этаже, а потом стук в дверь кабинета директрисы, начинаю считать про себя. Главное, не спешить.

Один… Два… Три…

Никто не должен заподозрить, что я – не она. Мы одинакового роста, у нас похожие фигуры и я одела темное платье – похожее на ее форменное, ведь девушка работает посыльной в одной из кондитерских столицы. Познакомились мы только потому, что директриса каждый день заказывает к вечернему чаю сладкую выпечку.

Расчет на то, что охранник не остановит девушку в плаще и она сможет беспрепятственно уйти. Даже если потом он заподозрит, что что-то не так – когда настоящая Дэлла спустится вниз, будет уже слишком поздно.

И все равно, спускаясь по лестнице, держа в руках большую корзину, накрытую тканью, под которой лежат мои вещи, я внутренне замираю всякий раз, слыша отдаленные голоса с третьего этажа. По спине ползет ледяная змейка страха, и мне кажется, что вот-вот сзади раздастся истошный крик: – Остановите ее! Она хочет сбежать!

Лишь когда я миную не обратившего на меня внимание охранника, пересекаю сад, стараясь не спешить, и моя дрожащая рука ложится на тяжелую бронзовую ручку калитки, я понимаю: все получилось.

Я свободна. Впервые после стольких лет заточения.