Все, что остается горемычному подобию божьему – признать свою изначальную целостность, которая состоит из совершенно разных импульсов, изучать их и позволить им танцевать друг с другом свой необыкновенный танец, зарождая новые неведомые движения внутри светлой души, чтоб прорваться сквозь рутину в мир полный живого интереса, страсти и достижений.