– Какая я тебе ведьма! – возмутилась я. – Я честная контрабандистка!
– Честная контрабандистка? Это как целомудренная одалиска? – оскалился комок шерсти, явно стремясь к почетной должности воротника.
Видимо, он четко знал при жизни, что злая женщина – это ураган. Вот она пьет красное вино, вот она прицельно метает вазы, танцует на осколках разбитых надежд, плачет из-за бездомной кошки, а потом, лучась ангельской улыбкой, страшно мстит…
А какая сладость тебе нравится больше всего? – продолжала допрос родственница, орудуя вилкой. Как выяснилось позже, это у нее был третий по счету предобеденный перекус.
– Сон. Он так сладок, что я бы его в чай добавляла, – ответила не задумываясь.