– Вроде выглядишь чистокровной человечкой, а рассуждаешь как заправская гномка.
– Я из клана одесситов. Правда, по бабушкиной линии.
– Не помню, чтобы слышал о таком, – задумчиво почесал макушку перевертыш.
– А у тебя есть предложение? – Оборотень весь подобрался.
– Скажем так, у нас с твоим другом весьма схожая проблема, можно сказать, что почти одна на двоих. И мы ее можем решить к обоюдной выгоде.
Магесса же, единым движением поднявшись из кресла, подошла ко мне и, положив руку на плечо, произнесла короткую рубленую фразу. Последняя в равной мере могла быть и заклинанием, и матюгом. Впрочем, одно не исключало другого.
Эти дамочки, проходя мимо, облили меня цистерной презрения. Я мысленно пожелала им состояния пюре, или, как выражалась бабуля, «картошки в депрессии»: вроде картошка как картошка, но такая подавленная…
Софа: «Одесская женщина, внучка, такой же ж урок преподаст: коня на скаку перекупит, горящую избу продаст», – подразумевая, что если нет силы, попытайся дать хук интеллектом.
Не верьте тем, кто утверждает, что больше всего мужчины боятся женских слез. Неправда. Многие из них получают прививку от солоноватых капель годам к двадцати, пережив первые