Отзывы на книги автора «Надежда Алексеева»

Я уже писал в декабре прошлого года, что выбрал первую книгу, которую я прочитаю в 2024 году. Ей стал роман Нади Алексеевой «Полунощница». Традиция начинать новый год с книги для меня очень важная, поэтому я долго выбираю, с чего начнется мой новый литературный год. «Полунощница»стал очень важным для меня текстом. Он уже встал рядом с «Галаадом» Мэрилин Робинсон, «Пятым персонажем» Робертсона Дэвиса и «Братьями Карамазовыми» Ф.М. Достоевского. Кто меня знает, тот поймет, что это значит для меня. Почему? Об этом в моей рецензии.

Настоящее искусство и настоящая литература часто рождаются из отчаяния и боли, поиска выхода из них и страстном желании поговорить об этом с другими. Впрочем, с любой максимой сегодня можно спорить. Одно я знаю точно – литература не терпит равнодушия и фальши. Читатель всегда это почувствует, пропуская через себя истории героев, их борьбу с собой и миром, их страстное желание быть услышанными.

Я почти уверен, что роман финалистки премии «Лицей» Нади Алексеевой «Полунощница» начался с одной фразы, которую вспоминает героиня произведения Ася: «Никто не поможет: ни люди, ни врачи, ни Бог». Это все, что оставила ей мама, покончившая собой. По сути роман является поиском ответа на эту страшную фразу. Она потом эхом отзывается в судьбах героев, сквозь смерть прозревая и призывая жизнь.

Главной локацией и главным героем романа является Валаам, остров в северной части Ладожского озера, самый большой в составе Валаамского архипелага. На Валааме время и пространство причудливо переплетаются, притягивая к себе разных людей – монахов, трудников, волонтеров. Сюда приезжает айтишник Павел, мучимый чувством вины и потерей родителей, он хочет найти на Валааме родственников бабушки, которая воспитала его. На грузовом суде «Святитель Николай» он встречает волонтерку Асю, которая становится его путеводителем по странным и запутанным лабиринтам Валаама.

Вся наша жизнь похожа на путешествие - к себе, от себя, к Богу, от Него. С пути начинается роман «Полунощница» и путешествием он завершается, закрывая одну главу и открывая новый путь к другой. В этом главная тайна произведения – как и каким образом мы связаны друг с другом и почему в нашей жизни, как в жизни героев, все переплетается. Валаам в романе не негеографическое, а метафизическое пространство, в котором происходят постепенные метаморфозы в душах героев.

Глобальная история состоит из человеческих микроисторий, соединяющихся друг с другом в единую картину духовного материка, о котором писал английский поэт Джон Донн. Это отражается во всех сюжетных линиях «Полунощницы». Самое ценное в романе – это авторская интонация наблюдателя, фиксирующего детали и подробности человеческих судеб. В нем нет уже всем надоевшей постиронии, зато очень много любви и сострадания. Без натужного проповедничества и нравоучений.

Поначалу ты пытаешься понять почему в романе столько разных человеческих историй и как связаны между собой приехавшая за своими ответами постаревшая многократная вдова Ёлка, озлобившийся местный житель Сёмен, странный волонтёр Бородатый, таинственный старец Власий, к которому никак не может попасть Павел. Нужно просто следовать за героями, и они покажут вам путь в запутанных метафизических лабиринтах Валаама.

В романе все строится на мельчайших деталях и подробностях. Подобно самому острову, текст превращается в запутанный путь по лабиринту, полном геометрических фигур и линий. Даже лужи на Валааме могут стать отправной точкой для личного катарсиса, а возвышающаяся над всеми колокольня не просто самое высокое место, с которого можно увидеть происходящее в романе, но и точка отсчета.

Роман частенько напоминает полотна нидерландского художника Питера Брейгеля. Герои не подозревают, как отразятся и чем откликнутся их поступки в духовной реальности. Они становятся героями невероятно сложного полотна, центром которой является Бог и которого все упорно не замечают.

Постепенный приход к вере Павла осознается через возращение к боли и чувству вины. А регент Иосиф, голос которого почему-то начинает звучать с особенной силой именно на Валааме, должен будет осознать, где он в жизни по-настоящему фальшивит. Да и многим другим героям придется осознать простую и горькую истину: «Только с креста не сходят, с креста - снимают».

Из этого и выстраивается сложная архитектура чуда, где через боль и потери проявляется сострадание и надежда. Преображение не видно вблизи, нужна дистанция, чтобы почувствовать рождение в себе нового, еще очень хрупкого рождающегося мира. В этом, на мой взгляд, самая главная ценность романа.

Можно сказать много правильных, но пустых слов, но настоящая трансформация происходит медленно и мучительно, поэтому и ценится как драгоценная жемчужина из притчи. Главные ответы нам не подсказывают, мы завоевываем их сами. Об этом сплетении Божественного и человеческого Надя Алексеева написала роман, о котором хочется думать после того, как ты закрыл последнюю страницу и к которому захочется еще не один раз вернуться.

Когда человек волею обстоятельств остаётся на свете совсем один, у него возникает естественное желание отыскать хоть кого-то из родных, прилепиться к кому-то близкому по крови. Так происходит и с Павлом, героем романа. Это айтишник-москвич, молодой человек, рано осиротевший, воспитанный бабушкой и дедом, похоронивший их. Узнав из письма, случайно найденного в бардачке старой отцовской «Победы», что любимый бабушкин младший брат Петя не погиб в Великую Отечественную, а, лишившись на войне ног, попал на Валаам в интернат для инвалидов, Павел отправляется туда волонтёром искать следы своего родственника и созданной им семьи.

Автор прекрасно воссоздает атмосферу Валаама, сурового северного края с его буйными ветрами, густыми лесами, своеобразной природой, ледяной водой Ладоги, строгим укладом монастыря.

Жанр книги оказалось определить чрезвычайно сложно. Кто-то увидел в ней роман воспитания, кто-то семейную сагу, кому-то даже привиделся детектив с элементами триллера. Для меня это социальная драма, честная, реалистичная, рассказанная прекрасным языком и достоверная с психологической точки зрения.

Надя Алексеева успешно выстроила достаточно динамичное действие в двух временных планах: в прошлом (1970-е годы) и в современности (2016). Очень понравилось, как она разворачивает сюжет, вводя читателей в курс дела постепенно, шаг за шагом, – и картина произошедшего проясняется, делается объемной. Писательница сумела создать героев из плоти и крови, в подлинность которых веришь. Ей здорово удалось показать их характеры, чувства, мотивы поступков.

Вот Ася – своего рода проводник Павла к Валааму и по самому острову. Она здесь и своя, и пришлая одновременно: всем онахорошо знакома, ведь ездит сюда уже несколько лет, работает, не жалея себя, но не только ради помощи в обители, но и пытаясь решить свои острые внутренние проблемы. Так сказать, спасается Валаамом.

Еще один очень интересный персонаж – Ёлка. Ее жизненный путь очерчен несколькими штрихами, без избыточных подробностей, но этого оказалось достаточно, чтобы читатель увидел человека в чем-то наивного, но цепкого, хваткого, с юности не слишком-то обремененного нравственными ограничениями. Ёлка всегда стремилась вырваться с Валаама, ее влекла яркая и обеспеченная жизнь. Однако остров словно властно притягивает ее к себе, заставляет вернуться. Жаль, что финал ее линии получился каким-то незавершённым, скомканным. Приехала спустя годы на Валаам, «пофестивалила» – и всё?

Васька – участник войны, не оставивший после нее своего командира-инвалида, ставший фактически частью его семьи. То, как описан финал его судьбы, у меня вызвало просто чистый восторг.

Отец Иосиф – регент церковного хора, выпускник московской консерватории, превративший свою жизнь в служение голосу, проявляющемуся только здесь, на Валааме, и забывший ради него собственных родителей. Какую прекрасную епитимью накладывает на него старец Власий!

Семён Подосёнов-Комиссаров – своеобразный «хозяин» Валаама, крепкий, стойкий, решительный, не склонный к сантиментам. Но сколько же в нем внутренней теплоты и тщательно скрываемой любви! Как заботлив он, еще подросток, по отношению к калекам – жителям инвалидного дома, как беззаветно предан Ёлке, как любит своих родителей! Жалко, что его заветной мечте стать врачом так и не суждено было сбыться.

Интернат инвалидов показан буднично, без сентиментальности и выжимания слезы из читателя, но и без «чернухи». Но как же горько было узнать о той плачевной участи, которая ожидала после Победы вчерашних участников войны, героев, победителей! Они ведь фактически брошены на произвол судьбы на остров, где всего один (!!!) врач, не хватает лекарств и персонала, а из-за суровых погодных условий не всегда есть связь с «большой землей».

В романе нет хэппи-энда. Валаамцы-миряне принудительно выселяются властями на материк, вынуждены переехать в ближайшую Сортавалу, фактически лишаются родины, а это для многих очень больно. И всё-таки автор верит, что после ночной тьмы обязательно наступит рассвет, что всем воздастся за дела их. Именно об этом – название романа: полунощница– служба в храме, совершаемая в полночь или рано утром и посвященная грядущему пришествию Всевышнего и Страшному суду.

Я не люблю отзывы о книгах, которые начинаются со слов "книга не моя", "ничего не понятно", "произведение не зацепило", потому что такие отзывы, как правило, говорят больше об их авторах, а не о текстах. Значит не хватило соответствующего жизненного опыта, нет общих с автором культурных референций, а может быть просто не получилось внимательно прочесть книгу.
Но вот сейчас испытываю соблазн сам начать с того, что Полунощница Нади Алексеевой осталась для меня не до конца разгаданной загадкой. Роман очень локоцентричен, не только потому, что почти все действие происходит на архипелаге Валаам, но и потому, что удивительная история этого места - монастырь, потом запустение, потом интернат для инвалидов, деградация и опять монастырь - метафора чего-то большего. Но я не в силах понять, чего именно. Это все очень сильно написано: ставшие ненужными и неприкаянными вчерашние герои войны, инвалиды выживают на вокзалах где нищенством, где воровством, потому что труд не может прокормить. А потом их прячут с глаз долой на заброшенный остров в огромном Ладожском озере, идеальная изоляция, как лазарет для прокаженных. Без цели, без надежды, уже без страха влачат они там свое существование. Но внешний мир нет-нет, да и прорывается к ним - то туристы, то бандиты...
В современной линии, в монастырь на Валаам приезжают герои, чтобы решить свои проблемы, получить совет у старца. В центре повествования Павел, имеющий свой грех на душе, и ищущий потерянную родню. Прекрасная, кстати, деталь - и то и другое происходит благодаря "Победе"! Найденная им правда предельно горька и неудобна, и сюжет как раз построен для того, чтобы размышлять, что с этой правдой делать.
Язык Алексеевой имеет ярко выраженные особенности: повествование как будто ложится петлями, каждый следующий виток отчасти повторяет предыдущий, но раскрывает еще немного нового, дополняя и раскрашивая свежими красками известную историю. Основной твист как раз из этой серии! (Получается, что об одной из главных идей книги нельзя рассказать без спойлера). Но такое построение очень требовательно к читателю, не позволяет ослабить концентрацию.
В клубке текста есть, как мне кажется, несколько оборванных нитей, значения которых я не понял. Почему Ёлке немного осталось? Кто украл 15 миллионов со счета монастыря? Зачем дайверы нашли ящик с гранатами? Пойдут ли Митрюхину впрок украденные деньги?
Ни у самое главное - я так и не понял, чем автор хотел поделиться с читателями. Даже часто повторяемая героями цитата "Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух" не помогает.

Современная русская проза - редкий гость в моем списке прочитанных или ждущих прочтения книг, потому что любой современной книге я всегда предпочту мою любимую классику. Но как только я стала отовсюду слышать о писательском дебюте Нади Алексеевой и ознакомилась с аннотацией к “Полунощнице”, я тут же загорелась желанием непременно познакомиться с этим романом.

Сами посудите, какая заманчивая и многообещающая завязка у книги: главный герой, айтишник по имени Павел отправляется в качестве волонтера на Валаамский остров для того, чтобы разыскать следы брата своей бабушки, Пети Подосёнова, который так и не вернулся в семью после войны. Но это не единственная причина, заставившая его бросить всё и отправиться на Валаам: на самом деле Павел ищет ответ на главный для себя вопрос - как жить дальше и в чем обрести смысл и цель существования?

И наш главный герой не одинок в своем стремлении найти себя и свой путь, ведь Валаам соединил между собой судьбы других таких же потерянных и сломленных чем-то или кем-то людей. Так, на пути Павла встречается Ася, пытающаяся справиться со своей алкогольной зависимостью и ищущая спасения в волонтерстве и уповающая на чудотворную атмосферу святого места.

Мне понравилось, как писательница обрисовала историю этой героини - такими крупными драматичными штрихами, очень яркими и красноречивыми, которые создают реалистичную и полную трагедии картину жизни человека с зависимостью. И да, здесь снова подтверждается одна простая истина - абсолютное большинство психологических проблем идет из детства. К сожалению, Ася не стала здесь исключением, и ее несчастный жизненный путь был предопределен заранее.

Ася хотела разобраться, почему какие-то вещества вышибают ее из колеи, как когда-то маму. Отчего ей надо выпить глоточек с утра, чтобы соображать?

Он вытерпел шесть лет, два они прожили счастливо, катались на лыжах в горах, к ним приходили гости, засиживались допоздна. Начали строить дачу под Гатчиной. Ася принимала по чуть-чуть, утром, для бодрости. Тогда ее глаза становились молодыми. Только вот черные густые волосы редели, серели – как трава, шибанутая первым заморозком. Закрашивала. Как-то зимой она и сама не заметила, как вместо работы пошла в магазин и вернулась следующим утром, накуренная, в разорванных колготках.

Кроме того, среди историй второстепенных персонажей мне почему-то особенно запала в душу история брата Иосифа (или Серёги - так его звали в обычной жизни). Удивительно, как велико может быть желание человека верить в чудо - настолько, что он готов поверить, будто только остров дает его голосу чудодейственную силу и раскрывает его истинный талант.

Голос занял не только всю Серегину голову, но поглотил его самого, он жил внутри своего голоса, как в келье, а тот – поселился на Валааме. Уедет Серега с острова, станет бездомным. Сиротой.

Чтобы петь знаменно, надо жить знаменно, – тихо так ответил отец Федор.

Но тогда встает вопрос об истинности и искренности веры брата Иосифа: будет ли он продолжать служить Господу, если потеряет свой чудесный голос? Что-то мне подсказывает, что в таком случае он мгновенно разуверится и вернется в мирскую жизнь закоренелым циником.

Конечно же, роман не обошелся без постоянных флешбэков, когда читатель наконец-то узнает историю Петра Подосёнова и других обитателей валаамского дома инвалидов, куда после Великой Отечественной войны были свезены все инвалиды, оставшиеся без попечения и необходимого ухода.

Я читала несколько статей об этом доме инвалидов, и меня поражало в каком негативном ключе некоторые из них выставляли создание этого - мол, инвалидов убрали с глаз долой, чтобы они своей убогостью не портили образ героического подвига русского народа.

Но почему авторы таких статей не задумываются о том, что бы стало с инвалидами войны без валаамского приюта? Многие бы умерли от голода и холода на вокзалах, многие спились бы и умерли от последствий алкоголизма - ведь без помощи родных и близких (а многие вернувшиеся с фронта оставались в полнейшем одиночестве) человеку с ограниченными возможностями очень трудно устроиться в обыденной жизни. В те времена инфраструктура даже самых крупных отечественных городов была совершенно не приспособлена для жизни инвалидов.

Так было ли это решение правительства в действительности таким несправедливым и жестоким? И какие варианты по устройству ветеранов войны, не способных позаботиться о себе самостоятельно после перенесенных травм и полученных увечий, можно еще придумать?

Так вот, вернемся все-таки к семье Подосёновых, которые, как мне кажется, являются типичным примером несчастливой семьи, но несчастливой глубоко внутри, что очень тщательно скрывается от всех окружающих и потому не слишком бросается в глаза.

И главная причина этого - сам Петр Подосёнов, но у кого из нас есть моральное право его осуждать за это? Антонина, жена Петра, совершенно верно подмечает:

Из вас двоих с войны вернулся только Васька.

Мне приходит в голову мысль, что именно таким сильным, волевым, независимым и гордым личностям, как Подосёнов, труднее всего приспособиться к своей физической беспомощности. Больше всего на свете они ненавидят жалость по отношению к себе - оттого Петр и не смог найти счастья со своей женой - ему всюду мерещилась та самая отвратительная жалость, еще больше унижавшая его, беспомощного калеку.

И его роковой поступок видится мне ни чем иным как способом заявить всему миру: вот он я, Петр Подосёнов, и я все еще властен над собственной судьбой, я силен духом, несмотря на физическую немощность, и могу вознестись над ней и вновь стать свободным…

Отношение Петра к своему сыну Семёну является прямым следствием его внутренней травмированности: он не может вынести ни малейшего проявления слабости в собственном сыне и пытается воспитать в нем “настоящего мужика”. Но это лишь проекция его собственного чувства беспомощности.

Семёна ему было жалко, как тех интеллигентов, попавших на войну из-за письменных столов, не поднимавших тяжелее ручки ничего. Они иногда выживали, но каждый день психовали так, что и жить не стоило.

Вообще, в романе очень много тоски, отчаяния и безысходности: каждого из героев терзает своя собственная боль и трагедия, и кажется, будто от них нет спасения даже на святом и благодатном валаамском острове. И даже, когда встречаются два таких одиночества, глубоко травмированных и несчастных, они не могут ничего сделать, чтобы спасти друг друга.

Но это был бы слишком мрачный и доводящий до отчаяния финал, и поэтому Надя Алексеева припасла для нас немного надежды и веры в лучшее, завершив историю на эпизоде, который может служить началом пути к исцеляющей дружбе и восстановлению семейных уз.

Единственный недостаток “Полунощницы”, который я не могу не отметить в отзыве - это специфичная “рваность” (не могу подобрать другого подходящего эпитета) языка автора, из–за которого мне каждый раз с трудом удавалось настроиться на чтение. Кроме того, эта рваность прослеживается и в построении самого текста - как будто между различными отдельными эпизодами текста не хватает связующих элементов, которые бы объединяли эти фрагменты по смыслу. Особенно это касается моментов, когда повествование перемещается между настоящим и прошлым.

Однако, эти минусы не заставят меня отказаться от своего финального мнения, что роман Нади Алексеевой очень хорош и точно заслуживает читательского внимания - есть над чем задуматься и порефлексировать, есть над чем погоревать и кому посочувствовать. А это и есть главные признаки хорошей книги.

2021-2022 год, времена массовой релокации из России. Профессиональный копирайтер Аня переезжает за своим мужем в Белград. Естественно, в новой стране ее накрывает чувствами одиночества и разочарования, на фоне которых разворачивается конфликт в отношениях с мужем. Который, как я поняла, начался еще когда супруги жили в Москве.

В долгих прогулках по столице Сербии она вспоминает, как шла работа над ее первой книгой о последних годах жизни Чехова и его влюбленности в артистку МХТ — Ольгу Книппер. Мы буквально читаем выдуманную историю о русском классике.

Роман в романе. Звучит интересно,

но я не оценила :(

Я правда держалась как могла. Ну не мой это формат. Начиная с того, что книга озвучена женщиной (я не помню, чтобы в аудиокниге влюбилась в женский голос озвучки), заканчивая сюжетными линиями.

Чтобы дойти до конца, старалась найти в интернете положительные отзывы, но они меня не устраивали. Все пересказывают аннотацию своими словами, но разобраться в сюжете это никак не помогает.

Читала интервью автора, это немного вдохновило. Поняла, как старалась Надя Алексеева, как высоко оценили ее труд коллеги по цеху. Но стоило вернуться к книге, как меня одолевали мучения.

Прошлое (начало ХХ века) переплетено с прошлым Ани (когда она писала книгу) и событиями ее настоящей жизни (когда она переехала в Белград). В аудио переходы настолько не очевидны, что легко запутаться, про кого сейчас говорят и когда разворачиваются события. Запутаться и начать беситься.

— Возможно, книга идеально зайдет любителям творчества Чехова. Если вы читали все его произведения, в курсе отношений с Ольгой Книппер и вообще биографии писателя, читать черновик книги главной героини будет интересно.

— Возможно, вы найдете параллели между судьбой Ани и чеховской дамы с собачкой. Но я не видела абсолютно ничего.

— Возможно, вы профессиональный литературовед, критик, писатель… или имеете хоть какое-то отношение к высокой литературе, понимаете произведения на том уровне, который недоступен обычным смертным.

— Возможно, она просто попадет в ваше настроение на этом этапе жизни, но со мной этого волшебства не случилось.

Ну что же, Дама с собачкой, где у вас болит?

Работа копирайтера не то, чтобы хорошо обеспечивала Аню, для этого в ее жизни был Руслан. То есть, не для этого, конечно, он просто был - сильный, уверенный, надежный, и Аня принимала его заботу как данность. Смеялся, когда издательство заключило с ней договор на книгу о Чехове: "Давай к нам в команду, я тебе больше буду платить". Она хочет писать, чтобы сделать что-то для мира, а не про средства для фиксации бровей, которые позволяют даже в косички их заплести. И едет в Ялту, останавливается в доме, где жила Ольга Книппер, потому что, по правде, ее книга даже не об Антоне Павловиче, а о его жене, за которой в коллективном бессознательном закрепилось амплуа стервы-актрисы. Ходит теми же путями, сидит на чеховской скамейке, ловит бытовые сценки, вроде той, с немецкими пенсионерами, когда старичок-турист, залезши на скамейку, срывает для своей старушки грушу, а потом оба делают для гида виноватый вид, но груши съедают.

Ничего у нее не выйдет с книгой, издательство прикажет долго жить и много другого-всякого случится, а весной следующего, 2022 года, фирма Руслана откроет филиал в Белграде и он, вместе с некоторыми другими сотрудниками, переведется туда. Распишутся буднично - жене проще ВНЖ получить: "А так ты ко мне в каком качестве приедешь?" Это не эмиграция, это приезд к мужу, который работает в другом городе. Ну и, в другой стране, исключительно дружественной нам. Поздняя осень, аэропорт Тесла (в Сербии только родился и вырос, но родина им гордится), длинная пятиэтажка, будто положенная на бок их московская высотка, автобусы, Икея и опустошенная одним визитом карточка Руслана - финансовая стабильность окажется тоже не такой незыблемой, какой представлялась. А с работы она уже уволилась, и из всех проектов ее выпилили.

Бесприютный осенне-зимний Белград Ани должен бы контрастировать с чеховской Ялтой Ольги, но странным образом составляет ей пару. Там и тут молодые женщины, талантливые, которым есть, что сказать миру, но не принимаемые им отдельно от своих мужчин; игры, где нужно хитрить и недоговаривать; поиск в другом нежности и тепла, каких сама дать не можешь; ты кончился, а я жива... Разве что, в современности труба пониже и дым пожиже. Надя Алексеева одна из самых интересных и многообещающих фигур нашего литературного пространства. После яростной "Полунощницы", финального куска реальности, в которой еще можно было что-то изменить, пасмурно-приглушенный "Белград" - плоть от плоти времени осторожного говорения.

Каждый пишет, что он слышит, но творцам колокольцы времени слышнее, и не случайны здесь вовсе не чеховские, а горьковские, из бесконечного романа времени безвременья, утонувшие мальчики. "А был ли мальчик? Может быть мальчика-то и не было?"

Щербатая луна, и мы не в одной постели...

Вчера был день рождения Елены Шубиной, женщины, чьи талант и харизма во-многом определили лицо сегодняшней российской литературы. Спасибо вам, Елена Даниловна, от нас, читателей. А я второй день подряд рассказываю о новых сборниках РЕШ, сегодня это "Недиалог" Нади Алексеевой. Мы узнали и полюбили ее с "Полунощницей", резкой, горькой, парадоксально обнадеживающей. Потом был "Белград", тоскливый и бесприютный с печальной Ялтой. И вот, возможность познакомиться с Алексеевой драматургом. Счастливая возможность.

Дюжина текстов сборника: авторское предисловие и одиннадцать пьес - настоящий подарок, для умеющих в "свое кино". Все разные, о разном, построенные на различных приемах: классика, абсурдизм, монологи; двух- и многофигурные; предполагающие костюмы с декорациями и минималистичные. Хороши все, Надя мастер диалога, актуального и вневременного, в котором драма перетекает в смех, чтобы в следующую минуту обернуться трагедией, и вернуться к финалу, минуя четыре стадии переживания, принятием.

Дементная, частично парализованная после инсульта, бабушка и ее таджикская сиделка Фариза. Старушка ворчит, заговаривается, третирует свою невольную спутницу, и внезапно начинает говорить с ее интонациями, словно сделавшись на минуту зеркалом или вторым "я", куда более крепким и жизнеспособным, чем сама Фируза. Грустно, смешно, горько ("Бездомная луна"). Пожилая женщина проходит собеседование на вакантную должность няни с проживанием, по ходу дела пересказывая свою жизнь. Зритель/читатель понимает, что перед ним гений дошкольной педагогики, парадокс в том, что там, где человеку нужен человек, в роли эйч-ара алгоритм ("Монеточка").

Люди едут на автобусах в визаран в Сербии ("Синдром улитки") и в Ростов из Ялты ("Красный Аксай"). Бегут от себя в полярный Диксон, где тоскуют по березам ("Диксон") и надеются оживить любовь туром в неуютный зимний Египет ("Фараон обиделся"), застревают в лифте ("Социальный лифт"). И все они абсолютно живые, и каждый немножко ты.

Я уверена, что каждая из пьес сборника получит сценическое воплощение, я не настолько оптимистична, чтобы надеяться увидеть их в театре. Хорошая новость - они уже со мной и во мне. За тем и нужны сборники пьес.

Разочарован. К сожалению. В данном случае сработал старый принцип "Вторая книга автора" - когда первый роман выстреливает, а второй получается посредственным.
Вроде особо и не придерешься - язык отличный, героиня вполне себе живая и представимая, даже сюжет относительно злободневный, релокация и релоканты. Ну и вторая линия про Чехова достаточно любопытна показалась. Но в целом не построились у меня отношения с романом. Релоканты какие-то не релоканистые, героиня Аня странная и скорее раздражающая, такая себе не рыба не мясо, непонятно что хочет от жизни и зачем вообще делает то, что делает. Да такие люди встречаются, но у меня лично симпатии не вызывают. Линия про Чехова оживляла общие впечатления, но так и не спасла книгу. В общем, с трудом дочитал, закрыл и забыл. Надеюсь, что будет третий роман, который уже не разочарует.

Роман в романе. Аня - начинающий писатель(?) приезжает к мужу в Белград в конце 2022 года (даты важны). Муж (Руслан) собственно так, название, "объелся груш" - расписались полгода назад перед его срочным отъездом из Москвы. Роман о релоктантах? Да вроде нет. Аня только что по заказу издательства закончила роман (повесть, эссе?) о знакомстве и непростых взаимоотношениях Чехова и Книппер. Ялта (преимущественно), Москва, Мелихово, Германия. Большая часть текста (страниц 250-300) цитирование романа и описание процесса его создания. Эта "чеховская часть" наиболее привлекательна. Да, излагается слегка альтернативное прошлое, но кто ж там знает что говорили друг другу 100 лет назад Чехов с Буниным, и подсыпали ли соперницы за главную роль в спектакле снотворное в кофе - у балетных и покруче бывает. По крайней мере достаточно атмосферно, а что до некоторой вульгаризации событий ( типа описания псевдовыкидыша у Книппер) есть изящный ответ -ведь Аня (не Надя Алексеева!) пишет по заказу полужелтого издания, там просили "клубнички" побольше. В общем неплохо, скучновато немного, но и произведения Антона Павловича особым драйвом не отличались.
Всё значительно хуже с "белградской" частью. У Ани тут не задалось начиная с самолета:
сосед

Старик у окна, спустив очки на кончик носа, уставился в книгу. По тому , как он перелистывал страницы, - казалось, и не читает вовсе, а на каждом развороте ведёт счёт до ста..

при получении багажа у соседки развалился чемодан

Потянуло душным запахом чужого жилища: смесью стирального порошка, затхлой верхней одеждой и будто едой.

собственное новое жилище показалось пустым и неуютным, еда - невкусной, местное вино - кислым, даже Дунай - грязным. В общем не тот настрой у Ани. Дальше - больше. Кругом несимпатичные люди, сербы - отнюдь не братья, подвозит её из ИКЕИ человек с "некрасивой" улыбкой, на работе у мужа для всех она - "жена Руслана", они для неё, да и остальные люди - цветные пятна, типа

крашеная блондинка за сорок: губы так густо намазаны бордовой помадой, словно она с наслаждением, по-детски, пила вишневый сироп и забыла утереться

Заняться нечем - нашла себе собаку, примерила на себя званье "дамы с собачкой". Если всё так плохо - езжай домой! Нет, продлевает пребывание, находит себе любовника...Сюжета нет и событий тоже - эпизоды. Характеры не прописаны, кроме Ани, но она и сама себя не знает и целей не имеет. И к этому не имеет отношение не время, не место (Белград, Москва, Ялта, да хоть её родной Серпухов).
Героиня не вызывает сочувствия абсолютно. Ну надо что-то делать с собой!
Чехов - великий писатель,
Книппер - большая актрисса,
А Аня - просто Аня, пока никто, но может стать кем угодно - хоть учителем, хоть библиотекарем в Русском доме, да и кто сказал , что работа обязательно должна касаться словесности? ( это, кстати, касается и Нади Алексеевой). У Чехова и другие героини есть. Помните в "Трёх сестрах" : "Человек должен трудиться, работать в поте лица..." Да и деньги надо как-то зарабатывать - можно, конечно, как Аня раз в месяц ходить в казино, но это совсем по киношному.
Ну и финал романа - бомба, в прямом смысле этого слова. Откуда она прилетела в начале 2023 в Белграде? Может это был 1999? Или Белгород? Ну, в общем автор всё сказал ( ничего не объяснив) и решил всё закончить. Закончу и я. Моя оценка - "3". Причём не "удовлетворительно", а "ПОСРЕДСТВЕННО"

Книга оставила у меня ощущение скуки и незаинтересованности. Я с трудом дочитала её до конца. Мне часто хотелось отложить её и забыть..

Мне непонятно, почему автор выбрала для действия именно Валаам. Ведь события могли происходить где угодно, даже в Подмосковье.

Стиль автора показался мне сложным для восприятия.