Я уже писал в декабре прошлого года, что выбрал первую книгу, которую я прочитаю в 2024 году. Ей стал роман Нади Алексеевой «Полунощница». Традиция начинать новый год с книги для меня очень важная, поэтому я долго выбираю, с чего начнется мой новый литературный год. «Полунощница»стал очень важным для меня текстом. Он уже встал рядом с «Галаадом» Мэрилин Робинсон, «Пятым персонажем» Робертсона Дэвиса и «Братьями Карамазовыми» Ф.М. Достоевского. Кто меня знает, тот поймет, что это значит для меня. Почему? Об этом в моей рецензии.
Настоящее искусство и настоящая литература часто рождаются из отчаяния и боли, поиска выхода из них и страстном желании поговорить об этом с другими. Впрочем, с любой максимой сегодня можно спорить. Одно я знаю точно – литература не терпит равнодушия и фальши. Читатель всегда это почувствует, пропуская через себя истории героев, их борьбу с собой и миром, их страстное желание быть услышанными.
Я почти уверен, что роман финалистки премии «Лицей» Нади Алексеевой «Полунощница» начался с одной фразы, которую вспоминает героиня произведения Ася: «Никто не поможет: ни люди, ни врачи, ни Бог». Это все, что оставила ей мама, покончившая собой. По сути роман является поиском ответа на эту страшную фразу. Она потом эхом отзывается в судьбах героев, сквозь смерть прозревая и призывая жизнь.
Главной локацией и главным героем романа является Валаам, остров в северной части Ладожского озера, самый большой в составе Валаамского архипелага. На Валааме время и пространство причудливо переплетаются, притягивая к себе разных людей – монахов, трудников, волонтеров. Сюда приезжает айтишник Павел, мучимый чувством вины и потерей родителей, он хочет найти на Валааме родственников бабушки, которая воспитала его. На грузовом суде «Святитель Николай» он встречает волонтерку Асю, которая становится его путеводителем по странным и запутанным лабиринтам Валаама.
Вся наша жизнь похожа на путешествие - к себе, от себя, к Богу, от Него. С пути начинается роман «Полунощница» и путешествием он завершается, закрывая одну главу и открывая новый путь к другой. В этом главная тайна произведения – как и каким образом мы связаны друг с другом и почему в нашей жизни, как в жизни героев, все переплетается. Валаам в романе не негеографическое, а метафизическое пространство, в котором происходят постепенные метаморфозы в душах героев.
Глобальная история состоит из человеческих микроисторий, соединяющихся друг с другом в единую картину духовного материка, о котором писал английский поэт Джон Донн. Это отражается во всех сюжетных линиях «Полунощницы». Самое ценное в романе – это авторская интонация наблюдателя, фиксирующего детали и подробности человеческих судеб. В нем нет уже всем надоевшей постиронии, зато очень много любви и сострадания. Без натужного проповедничества и нравоучений.
Поначалу ты пытаешься понять почему в романе столько разных человеческих историй и как связаны между собой приехавшая за своими ответами постаревшая многократная вдова Ёлка, озлобившийся местный житель Сёмен, странный волонтёр Бородатый, таинственный старец Власий, к которому никак не может попасть Павел. Нужно просто следовать за героями, и они покажут вам путь в запутанных метафизических лабиринтах Валаама.
В романе все строится на мельчайших деталях и подробностях. Подобно самому острову, текст превращается в запутанный путь по лабиринту, полном геометрических фигур и линий. Даже лужи на Валааме могут стать отправной точкой для личного катарсиса, а возвышающаяся над всеми колокольня не просто самое высокое место, с которого можно увидеть происходящее в романе, но и точка отсчета.
Роман частенько напоминает полотна нидерландского художника Питера Брейгеля. Герои не подозревают, как отразятся и чем откликнутся их поступки в духовной реальности. Они становятся героями невероятно сложного полотна, центром которой является Бог и которого все упорно не замечают.
Постепенный приход к вере Павла осознается через возращение к боли и чувству вины. А регент Иосиф, голос которого почему-то начинает звучать с особенной силой именно на Валааме, должен будет осознать, где он в жизни по-настоящему фальшивит. Да и многим другим героям придется осознать простую и горькую истину: «Только с креста не сходят, с креста - снимают».
Из этого и выстраивается сложная архитектура чуда, где через боль и потери проявляется сострадание и надежда. Преображение не видно вблизи, нужна дистанция, чтобы почувствовать рождение в себе нового, еще очень хрупкого рождающегося мира. В этом, на мой взгляд, самая главная ценность романа.
Можно сказать много правильных, но пустых слов, но настоящая трансформация происходит медленно и мучительно, поэтому и ценится как драгоценная жемчужина из притчи. Главные ответы нам не подсказывают, мы завоевываем их сами. Об этом сплетении Божественного и человеческого Надя Алексеева написала роман, о котором хочется думать после того, как ты закрыл последнюю страницу и к которому захочется еще не один раз вернуться.