Глава 6

После похода к стоматологу Валя не на шутку разболелась, и пришлось взять больничный. Ну не ходить же больной с насморком и постоянным чиханием на учёбу, заражая при этом всех вокруг.

Врача мама для Вали вызвала на дом, потому как совсем не осталось никаких сил на поход в поликлинику. Сил даже не находилось встать с постели и куда-то идти, тем более к врачу, отстаивать эти длинные и ужасные очереди с температурой, после которых ещё больше разболеешься.

Послушав и осмотрев девушку, врач подтвердила простудное заболевание, точнее ангину, и выписала целый рецептурный листок с наименованием кучи всевозможных лекарств и спреев для носа.

Увидев его, мать чуть сознание не потеряла, пробурчав про себя:

— По старинке будем лечиться. Лимон с горячим чаем и вареньем из малины, молоко с мёдом — и будет как новенькая.

Выбросив рецепт в мусорное ведро, мама заварила горячий крепкий чай в термос, бросила туда дольки лимона, настругала имбиря, не забыла про веточку мяты и добавила пару ложек мёда.

Взболтав содержимое, поставила термос на тумбочку возле кровати спящей Вали и, оставив записку с простым содержанием: «Ушла, буду поздно, пей лекарство из термоса», чмокнула дочку в лоб, проверяя таким образом, не поднялась ли у Вали температура.

Убедившись в обратном, Зинаида Алексеевна поправила одеяло и, открыв настежь форточку, ушла.

Глава 7

Проснувшись ближе к вечеру, Валя спросонья не сразу поняла, что к чему. Встав с постели и хорошенько потянувшись, тем самым сбросив с себя остатки сна, она увидела записку и, прочитав её, улыбнулась, благодаря в душе маму за оказанную заботу.

Открыв термос, Валя с наслаждением выпила почти весь чай, не успевший ещё как следует остыть.

Папа, как всегда, был в очередной командировке. Из-за этого родители постоянно ругались. Зинаида Алексеевна подозревала мужа в измене, утверждая, что у него точно имеется вторая семья в другом городе.

Валя как могла успокаивала мать, но та твёрдо стояла на своей догадке.

Валя засунула градусник себе под мышку и легла обратно в постель в ожидании, когда пройдёт нужное время для измерения температуры.

Накануне она с Анжелой обменялась номерами телефонов — так, на всякий случай. Если вдруг обоим станет скучно, то можно будет набрать номер, поболтать немного ни о чём, и тогда вновь поднимется настроение, а плохие мысли исчезнут.

Спустя десять минут Валя вытащила градусник и очень обрадовалась, увидев понижение температуры. После долгого сна, лекарств и крепкого чая с пряностями температура спала, остановившись на отметке 37 градусов.

Такова была постоянная температура тела Вали, и для её организма это считалось нормой.

Ей вдруг так сильно захотелось выпить горячего и крепкого кофе. Желая поскорее утолить свою жажду и заглушить потребность организма, Валя поставила наполненный водой чайник на плиту.

Неожиданно зазвонил сотовый, и Валя, вздрогнув, быстро подняла трубку:

— Привет, как ты? Тебя не видно на учёбе, ты заболела? — звонила неугомонная Анжела, которой некстати стало скучно.

Валентина была раздражена столь внезапным вторжением в её личное пространство. У неё никогда не было близких подруг, и она изо всех сил старалась следовать этому правилу: «Никакой дружбы с женским полом».

В эту чушь она не верила, как и в то, что между мужчиной и женщиной не может быть никакой дружбы.

— У тебя сел голос, чего молчишь? — настаивала на продолжении разговора настырная Анжела.

Валентина всё-таки соизволила ответить после непродолжительного молчания:

— Привет, прости за долгую паузу. Просто я приболела, взяла больничный и пока не знаю, как скоро вернусь к учёбе.

— Всё ясно с тобой. Хочешь, я навещу тебя? Привезу вкусняшек. Как ты на это смотришь, Валя? — пыталась напроситься в гости Анжела.

— Нет, ничего не нужно, но за заботу спасибо. Я хочу побыть одна. Мне реально сейчас ни до кого и ни до чего, и кушать совершенно не хочется, — ответила Валя более-менее уважительным тоном.

— Я поняла. Выздоравливай! Будет скучно — звони. До связи.

Послышались долгие гудки на другом конце провода, и Валя, выключив телефон, пошла пить горячий и крепкий кофе.

Глава 8

Провалявшись с простудой дома целых две недели, Валентина успела за такой долгий период времени настолько разлениться, что ей совсем не хотелось выходить из зоны комфорта и снова начинать привыкать к обычному течению рутинных ежедневных обстоятельств.

Проведя дома столько времени, постоянно соприкасаясь из-за всяких мелочей с матерью, которая не обращала внимания на плохое самочувствие дочки, Валентина устала. Мать постоянно пилила её, говоря при этом, что она полная размазня, слабая и всё в подобном духе.

Валентина устала от критики со стороны матери. Иногда у неё даже закрадывалась мысль: «Её ли это родители? Может, она вообще подкидыш, без роду без племени?»

Ведь таких плохих отношений между матерью и дочкой не бывает. Как тут в голову не будут лезть мысли о приёмном ребёнке, коим считала себя Валентина в этой семье из-за постоянных придирок матери?

Любящие матери никогда не станут искать недостатки в родном ребёнке и тем более указывать на них в злостной манере. Они, наоборот, постараются намекнуть в мягкой форме на недостатки, точнее, смягчить замечания, а то и вовсе сведут их к минимуму или попытаются вместе решить проблему.

Из-за такого ежедневного плохого отношения матери к её персоне Валентина теряла самооценку и начинала считать себя никчёмной и ни на что не способной личностью.

Одна радость осталась у девушки в жизни — это общение с Анжелой, плавно перетёкшее в дружбу. Пусть и не крепкую, но зато Валя знала наверняка, что ей она может рассказать обо всём, поделиться своими страхами вперемешку с переживаниями, не переживая о том, что её секреты станут явными и о них узнает весь мир.

Придя в училище без настроения, Валентина не пошла на занятия, а осталась сидеть на лавочке во дворе училища, набирая при этом Анжелу.

Успев сделать две затяжки, Валя наконец-то услышала голос Анжелы — весёлый и беззаботный:

— Ты где, подруга? Я иду на наше место, если ты, конечно, про него не забыла, — смеялась Анжела, уже стоя возле Вали и забирая у неё сигарету, чтобы затянуться.

— Боже, ты всегда появляешься из ниоткуда, — в ответ смеялась Валя, обнимая и целуя Анжелу.

Усевшись рядышком на скамейку, девушки обсуждали все накопленные за долгое время новости, шутили, смеялись, не забывая при этом курить одну сигарету на двоих.

В этот день занятия они решили пропустить и отправились убивать свободное время прогулкой по городу.

Глава 9

Так незаметно пролетел год, и наступили долгожданные каникулы. Пусть и не очень длинные, но всё же лучше такие, чем никакие.

Хотя за год учёбы Валя особо не устала, вообще не переживая из-за неё и не заморачиваясь насчёт большого количества прогулов. Родители не могли заставить дочурку взяться за ум, заставив тем самым больше думать об учёбе, от которой зависело будущее девушки, вместо того чтобы шляться по разным злачным местам с новоявленной знакомой Анжелой.

Пару раз Анжела попадалась на глаза родителям Валентины, и они были не в восторге от этих встреч и вообще от этой мутной особы.

Валентина же была в восторге от своей подружки. В компании с ней она чувствовала себя не такой одинокой, как раньше. При живых родителях девушка ощущала себя сиротой, и это чувство её иногда коробило.

Она помнила о том, что родители хотят со временем завести ещё одного ребёнка, точнее, родить. Заводят только животных, и Валя этого боялась больше всего.

Её и так особо-то не любили, а тут совершенно очевидно, что после рождения малыша она станет для них невидимкой, отойдёт на второй план, а родители, поглощённые заботами о ребёнке, совсем забудут о Валентине.

Такие мысли пугали девушку, и ей нужно было чем-то заняться, чтобы отвлечься от негатива и мрачных мыслей, крутившихся в её голове.

Гуляя по парку с Анжелой и поедая очередную порцию мороженого, Валентина казалась очень задумчивой и из-за этого пропускала большую часть разговора с Анжелой, отвечая на её вопросы и расспросы невпопад.

Анжела предложила присесть на одну из опустевших скамеек и, нахмурив брови, строго спросила:

— Что с тобой не так? Ты меня вообще не слушаешь. Давай, колись, что случилось?

— Просто я не хочу всё лето просидеть дома. Ты же знаешь, у меня плохие отношения с родителями, — в который раз посетовала Валя на свою проблему.

— Я знаю об этом… Ну что я могу для тебя сделать? Чем помочь?

— Мне необходимо устроиться куда-нибудь на временную подработку, хотя бы на время летних каникул, — ответила Валя.

— Я могу тебе предложить кое-что, но вряд ли ты на такое согласишься, — вначале замешкалась, а потом задумчиво произнесла Анжела.

В душе затеплилась надежда, и на мгновение показалось, что не всё так ужасно в её жизни и выход всегда есть.

С интересом посмотрев на Анжелу, Валентина в порыве схватила её за руку и горячо произнесла:

— Мне всё подойдёт. Любая подработка покажется раем для меня по сравнению с адом, творящимся дома.

Её горячий монолог внезапно прервала Анжела, выдернув руку из цепких Валининых пальцев и вскочив со скамейки. Она продолжила незаконченное предложение о временной подработке:

— Я не договорила. Ты не поняла, о чём я. Это работа не для тебя. Ты божий одуванчик, а там надо быть наглой, зубастой акулой, чтобы выжить и не покончить жизнь самоубийством. Там большие деньги, но при этом нужно ложиться в постель с мужиками.

Повисла пауза.

Валя смотрела на Анжелу широко открытыми глазами и до последнего не верила в то, что сказала подруга. К сожалению, это оказалось правдой.

Такая реальность присутствовала в жизни Анжелы, и теперь тот же самый сценарий коснулся Вали — не по её прихоти, а из-за сложившихся жизненных обстоятельств.

Конечно, она могла пойти в официантки или кем угодно ещё, лишь бы не стать проституткой на несколько ночей. Но такова была её участь в данный момент, потому что она не совсем понимала, на что соглашалась.

Её мозг был затуманен вечными издёвками со стороны матери, и ей захотелось поднять свою самооценку, заполучив мужское внимание, пусть даже такой ценой.

Анжела села обратно и сказала с серьёзным видом:

— Подумай хорошенько, прежде чем соглашаться на такое предложение. Ты думаешь, мне нравится этим заниматься? Нет, конечно, — пыталась успокоить саму себя Анжела, но у неё это очень неубедительно получалось. — Просто там реально за одну ночь можно неплохо заработать и без всяких усилий.

Валя сидела, вытянувшись напряжённой струной, не шевелясь, и думала о безрадостной перспективе своего проживания с родителями.

По сути, ей было нечего терять. Ну куда её сейчас возьмут без образования и без опыта? Только если курьером, официанткой или уборщицей.

Эти низкие должности были не для неё.

Ей понравилось условие стать временной проституткой ради наживы лёгких денег, без какого-либо отягощающего физического труда. Бегать весь день с подносами, угождая капризным посетителям ресторана, или махать целыми днями шваброй, или, того хуже, ездить в набитом до отказа людьми транспорте, развозя письма с посылками по всему городу — такие перспективы девушку не устраивали.

А вот провести одну-другую ночь с мужчиной за бокалом вина, да ещё и за деньги, причём немалые, ей показалось заманчивым предложением Анжелы.

И, недолго думая, она поспешила с ответом:

— Я согласна, — уверенно произнесла Валентина и обняла в порыве чувств, как у неё это частенько бывало, ошарашенную Анжелу.

Глава 10

Зинаида Алексеевна, мать Валентины, в последнее время замечала резкие перемены в поведении дочери. Появилась непонятная ранимость, раздражительность, и даже по малейшему поводу на её глазах выступали слёзы. Такое поведение дочери сильно беспокоило женщину.

Частые походы в сомнительные заведения настораживали её. Она уже не знала, что и думать. Может, она стала наркоманкой или, того хуже, в проститутки заделалась?

Пару раз поинтересовавшись у дочери, где она пропадает столько времени, и не получив внятного ответа, Зинаида перестала изводить её вопросами.

Отец Вали вообще стал реже бывать дома, жалуясь, что вся эта атмосфера, творившаяся в семье, его угнетает. Поэтому он предпочитал частенько отсиживаться в командировках.

Как будто он не являлся частью этой семьи и все проблемы взвалил на плечи жены.

Зинаида периодически злилась на мужа, не чувствуя поддержки с его стороны, и не переставала думать о второй семье на стороне в другом городе. Эта мысль прочно засела у неё в голове и не давала покоя.

Она всё пыталась придумать план, с помощью которого смогла бы разузнать об изменах мужа и выяснить правду. Но это было проблематично. Ради этого нужно было брать отгулы на работе, покупать билеты, лететь на другой конец страны и всё провернуть так, чтобы остаться незамеченной мужем.

Это было выше её сил, и поэтому Зинаида гнала от себя такие мысли прочь.

Рисковать ради этого непонятно чем, а в итоге выяснить, что игра не стоила свеч и всё было напрасно… Тем более Зинаида панически боялась перелётов на самолёте и, конечно же, боялась узнать правду.

Много было дум на эту тему, но никаких предпринятых шагов за этим не последовало. Всё осталось на уровне предположений.

Валя же не замечала маминых переживаний и вела себя совершенно спокойно. Правда, её и саму пугали резкие перемены в поведении отца.

После той подработки осталось осадочное неприятное чувство продажной проститутки, какой она изо всех сил прикидывалась перед богатым клиентом, который в последнюю очередь указал пальцем именно на неё и увёз из этого чёртового места подальше, в красивый и уютный номер гостиницы.

На прикроватной тумбочке стоял поднос, на котором красовалась бутылка шампанского в окружении двух фужеров. Также стояло множество вазочек с фруктами, ягодами и конфетами.

Клиент попался не из бедного общества, хотя с виду так и не скажешь.

На мгновение он показался Валентине таким родным, и она ухватилась за него, как утопающий за спасительную соломинку. Девушка увидела в нём своего спасителя от пагубных пристрастий.

Хоть он и был таким неказистым и угрюмым, Валентина интуитивно почувствовала, что надо брать этого человека в свои руки и никогда не отпускать от себя.

И пусть кто-то попробует сказать, что он не для неё — сразу же получит в бубен.