Вступление

Всё — правда, всё — смешно

Все рассказы в этой книге независимы друг от друга. Вы можете читать их в любом порядке. Мы расположили их по темам, а не по годам, чтобы вам было удобнее находить истории на интересную тему.

РАЗДЕЛ 1: ПУШКИН И ДЕНЬГИ

«Пушкин был великим поэтом и ужасным финансистом. Он зарабатывал много — и тратил всё. Долги, карты, авансы, векселя, переговоры с издателями — это была его вторая жизнь. И в ней он оставался таким же остроумным, как в стихах».

Десять рублей за бессмертие

В мае 1831 года Александр Сергеевич Пушкин с молодой женой Натальей Николаевной, наконец-то обвенчанный и счастливый, но как всегда без гроша в кармане, ехал из Москвы в Петербург. Дорога была долгой, почтовые станции сменяли одна другую, и на одной из них, где меняли уставших лошадей, произошла сцена, которую Пушкин потом пересказывал всем друзьям.

Когда карета остановилась, поэт вышел размяться и тут же был атакован. К нему подбежала дочь смотрителя — девица лет шестнадцати, румяная, глазастая, с растрёпанными косами. Она явно ждала этого момента и, судя по всему, репетировала речь всю ночь.

— Вы Александр Сергеевич? — выпалила она, дыша ему прямо в лицо. — Тот самый, который стихи пишет?

Пушкин, привыкший к провинциальному восторгу, снисходительно улыбнулся и кивнул. Девушка покраснела ещё сильнее и, достав из-за пазухи нечто, торжественно протянула ему.

Это был вязаный бумажник. Грубоватый, явно собственной работы, с любовью вышитыми незабудками по краям и даже с инициалами — двумя буквами «А.П.», выведенными синей ниткой. Видимо, девушка считала, что если уж дарить подарок великому поэту, то с инициалами — это обязательно.

— Это вам! — выпалила она, сияя. — На память. Чтобы вы всегда меня вспоминали, когда деньги будете считать!

Пушкин был тронут. Он взял бумажник, поклонился, поцеловал ручку девушке, поблагодарил с галантностью, на которую был великий мастер, и, положив подарок в карман сюртука, сел обратно в карету. Наталья Николаевна лишь иронично повела бровью:

— Ну, Александр Сергеевич, опять поклонница?

— Что поделаешь, — усмехнулся он. — Я же гений. Гениям положено иметь поклонниц. И вязаные бумажники.

Лошади тронулись, девушка долго махала вслед. История, казалось, была окончена. Но всё только начиналось.

Через неделю в квартире на Мойке раздался звонок. Лакей открыл дверь и увидел парня в потёртом кафтане и растоптанных сапогах — гонца из провинции. Гонец передал лакею плотный конверт, адресованный Пушкину, и велел ждать ответа.

Пушкин, заинтригованный странным визитом, вскрыл конверт, развернул бумагу и начал читать. Сначала недоумение, потом лёгкая улыбка, потом — хохот, от которого из соседней комнаты прибежала жена.

В письме, выведенном старательным, но не очень грамотным почерком, говорилось:

«Милостивый государь Александр Сергеевич, возвратите, пожалуйста, мой бумажник, который вы у меня взяли на почтовой станции, или пришлите за него десять рублей. Мне эти деньги очень нужны. С уважением, дочь смотрителя такой-то станции».

Пушкин, отсмеявшись, сказал жене:

— Понимаешь, Наташа, она мне подарила бумажник, а потом передумала. И теперь требует его вернуть. Или деньги. Причём деньги ей нужнее.

Наталья Николаевна улыбнулась:

— И что ты будешь делать?

— Заплачу, конечно, — ответил Пушкин. — Десять рублей — невелика сумма. Но бумажник я оставлю. Это же память. И, знаешь, я теперь понимаю, как надо делать бизнес: даришь подарок, потом требуешь его назад за деньги. Гениально!

Он отсчитал десять рублей, отдал гонцу и написал на обороте письма короткий ответ, который потом стал одним из любимых его экспромтов:

«Бумажник остаётся у меня как память о провинциальной галантности, а десять рублей — как напоминание о том, что даже муза иногда требует оплаты».

Гонец уехал, а Пушкин, обтирая слёзы, сказал жене:

— Вот так я и купил собственную популярность — за червонец. Недорого, правда? Считай, что я сделал выгодную инвестицию.

Говорят, этот вязаный бумажник потом долго лежал у него в столе, и каждый раз, попадаясь под руку, вызывал у поэта улыбку. Потому что история была идеальной: и трогательная, и смешная, и наглядно показывающая, что гениальность — это прекрасно, но деньги, к сожалению, пока ещё печатаются не в типографиях.

А дочь смотрителя, получив свои десять рублей, наверное, очень удивилась, почему великий поэт не вернул ей бумажник. Но мы-то с вами знаем: он не вернул его нарочно. Чтобы было что вспоминать. И чтобы было что рассказать нам. И, возможно, чтобы мы все поняли: даже великий поэт может купить бессмертие за десять рублей.

Свадебный торг

Александр Сергеевич Пушкин умел писать стихи лучше всех в России. Умел он и влюбляться — тоже лучше всех, а порой и глупее всех. Но вот с деньгами у него была особая, почти мистическая связь: они к нему липли, а он их — терял. И самая большая денежная авантюра в его жизни началась не в карточном доме, а в доме Гончаровых на Большой Никитской.

В апреле 1830 года Пушкин, которому уже стукнуло тридцать, решил, что пора кончать с холостой жизнью. Он сделал предложение Наталье Николаевне Гончаровой — первой красавице Москвы. Предложение было принято. И тут началось.

Наталья Николаевна была бесприданницей. Её мать, Наталья Ивановна Гончарова, дама властная и практичная, сразу поставила условие: у дочери должно быть приданое.

— Александр Сергеевич, — сказала она тоном, не терпящим возражений, — вы, конечно, гений. Но гении тоже должны обеспечивать своих жён. У моей дочери должно быть приданое. Иначе свет её не примет.

Пушкин, который готов был жениться хоть в чём мать родила, опешил:

— Наталья Ивановна, я готов жениться на вашей дочери даже без гроша. Мне не нужно приданое.

— Это вам не нужно, — отрезала теща. — А ей нужно. И мне нужно. И обществу нужно. Так что ищите деньги.

Поэту пришлось самому искать деньги на приданое, которое он, по идее, должен был получить, а не давать. Отец Пушкина, Сергей Львович, человек мягко говоря не щедрый, выделил сыну село Кистенёво с двумястами душами крестьян. Пушкин заложил эти двести душ и получил тридцать восемь тысяч рублей. Из них одиннадцать тысяч он тут же отдал теще.

— Вот, — сказал он, протягивая деньги. — Это на приданое.

— Спасибо, — ответила Наталья Ивановна и спрятала деньги в сейф. — Теперь можно готовиться к свадьбе.

Но на этом всё не закончилось. За несколько дней до свадьбы теща заявила, что торжество придётся отложить.

— Почему? — спросил Пушкин, чувствуя, как у него начинает дёргаться глаз.

— У меня нет денег на карету, — ответила Наталья Ивановна. — А без кареты я не могу доехать до венчания.

Пушкин посмотрел на неё, потом на свои пустые карманы, потом на жену, потом снова на тещу.

— Сколько? — спросил он сдавленным голосом.

— Тысяча рублей, — сказала теща.

Пушкин отсчитал ещё тысячу. И сказал себе: «Это последнее. Больше я ей не дам. Ни копейки». Но, как мы знаем, это было не последнее.

Поэт был в бешенстве. Он писал другу Плетнёву: «Жизнь жениха тридцатилетнего хуже тридцати лет жизни игрока. Дела будущей тещи моей расстроены. Свадьба моя отлагается день ото дня далее. Между тем я хладею, думаю о заботах женатого человека, о прелести холостой жизни. Словом, если я и не несчастлив, по крайней мере не счастлив».

Он так переругался с тещей, что даже вернул Наталье Николаевне её слово. Уехал в Болдино, не зная, жених он или уже нет. И только когда от невесты пришло письмо, где она писала, что готова выйти замуж без приданого, Пушкин выдохнул.

Свадьба состоялась. Пушкин в итоге получил не только жену, но и трёх сестёр Гончаровых, дедушку-разорителя и тещу, которая так и не вернула одиннадцать тысяч. Карета, на которую он дал деньги, довезла всех до места. А Пушкин потом долго шутил:

— Знаете, я купил себе жену. Это была самая дорогая покупка в моей жизни. Но, кажется, я не прогадал.

И когда друзья смеялись над его долгами, он добавлял:

— Если бы я знал, что женитьба так дорого стоит, я бы, наверное, остался холостяком. Но тогда бы я не был счастлив. А так — я беден, но счастлив. И это главное.