– Людовик Святой радел о вере Христовой и славе Господней! А я-то, я о чем радел? – все так же тихо произнес Филипп Красивый. – О правосудии, – ответил Мариньи
– А евреи? Разве не переусердствовали мы, посылая их на костер? Ведь они тоже создания Господни, они страдают, как и мы, и тоже смертны. На то не было воли Божией. – Людовик Святой ненавидел их, государь, и королевству нужны были их богатства.
– С помощью папы Бонифация мы канонизировали короля Людовика, – внезапно сказал Филипп Красивый, понизив голос. – Но был ли он действительно святым? – Это было полезно для королевства, государь, – отозвался Мариньи. – А надо ли было затем действовать против Бонифация силой?