Сначала были операции. Кости лица перестраивали, кожу очищали от шрамов и пигментации, вживляли синтетические мышцы для безупречной мимики. Потом – импланты. Нейросеть, вшитая в зрачки, позволяла считывать микродвижения лиц, анализировать ложь. Биочипы в кончиках пальцев – взламывать простые шифры прикосновением

А потом – обучение. Как соблазнять. Как убивать, хотя звучало это как защитить себя. Все данные обо мне и о семье были где-то стерты, где-то изменены.

Грэг называл это «апгрейдом».

Элен предупредила меня утром. Её голос в моём импланте звучал холодно и отстранённо:

– Последний звонок. Они выходят на финальную стадию. Стадию прощания.

Я знала, что это значит. Мы больше не увидимся. Я очень старалась быть ограниченно тупой для Фила, чтобы подобраться ближе, как велел Грэг.

Но была одна проблема.

Теперь у меня два приказа с разных сторон и лишь одно решение на мой выбор. Пора собирать чемодан.

Картер Зейнд

Картер Зейнд – высокий, с холодными серыми глазами и резкими чертами лица, казался воплощением расчётливого хищника. Так про меня пишут буквально все статьи в инфонете по всей галактике. Моя корпорация «Зейнд Дайнамикс» была единственной силой, способной десятилетиями противостоять империи Харпера. В отличие от Фила, который правил через страх и подавление. Я всегда предпочитал изощрённые манипуляции. В прессе меня называли гением интриг. Ни один мой шаг не был случайным. Даже мирный договор с Харпером – лишь часть многоходовки. Одержимый идеей наследия.

Бездетность Фила я считал слабостью, а собственного сына (если бы он был) воспитал бы как оружие. Жена у меня уже есть, проверенная через все службы безопасности, наполовину модифицированная как солдат, она как тень как мой телохранитель, правая рука, секретарь и личный помощник даже удобно, везде рядом и всегда на защите моих интересов.

Но даже в случае с женой, я никогда не полагаюсь на что-то одно. Даже на самое совершенное. В защищённом отсеке моего личного шаттла находится её точная копия – «Найрэн-Бета». Спящая, пустая оболочка, готовая в любой момент принять в себя резервную нейросеть оригинальной жены. Это не сентиментальность. Это стратегический резерв, который всегда должен быть под рукой.

Жаль что потомства от такой женщины не завести… Но сейчас все решают технологии – год, два и появится сын (хорошо спрятанный ото всех и обученный всему до наступления совершеннолетия, когда можно будет показать его миру), свой план я рассчитал на долгие годы вперед.

Нам предстоит завтра корпоратив двух корпораций такое мероприятие под названием пустить пыль в глаза, чтоб ослепли. Женой уже было все подготовлено и выверено до мельчайших подробностей, теперь посмотрим кто будет блестеть ярче перед камерами папарацци всех галактик.

Найрэн

Я стояла у огромного панорамного окна нашей резиденции, наблюдая, как последние лучи солнца Эриты угасают в фиолетовых волнах атмосферы. Вспоминая наш первый день встречи с Картером, хочется то ли сплюнуть то ли …

Cемь лет. Семь лет с тех пор, как он вошёл в мою жизнь – не как человек, а как стихия.

Я тогда пряталась в руинах старого дока на планете Терминус, с перебитой ногой и пустым магазином в пистолете. Неудавшаяся миссия планетарного отряда специального назначения. Тогда, сидя прислонившись к стене дока в окружении кусков трупов своего отряда, смотря на свою оторванную ногу где виднелась кость в области колена – я думала мне конец. Последний шприц с обезболивающим и адреналином я вколола уже вечность назад не так долго осталось до болезненной агонии. Он появился в дверном проёме внезапно, залитом багровым светом заката, и я подумала – смерть, галлюцинация. Высокий, в чёрном мундире без знаков различия, с лицом, которое не выражало ничего, кроме холодного расчёта, и в этом льду такое красивое.

Но он не убил меня.

Ты сильная, – сказал он, – а я ценю силу.

Его звали Картер Зейнд. И как оказалось это он подкупил все и вся, придумал эту миссию, чтобы проверить меня, меня выбирали как блюдо в ресторане, как дорогое пойло перед употреблением. Чертов сомелье!

Он правитель, тиран, архитектор новой эры – как только не клеймили его враги. Для меня он стал… возможностью. Когда он предложил мне место рядом с собой, я думала, это шутка. Когда он назвал меня женой – решила, что сошёл с ума.

А потом начались модификации.

Сначала – усиленный скелет, чтобы я могла выдержать удар танкового кулака. Потом – нейроимпланты, чтобы читать тактические схемы быстрее, чем обычный мозг успеет моргнуть. Он ломал меня и собирал заново, шепча: «Ты будешь совершенной». И я верила. Пока не поняла, что для него я – лишь ещё один проект, длиной на десятилетия.

Иногда, в редкие секунды простоя, я ловила себя на мысли о «Бете». Знала, что моя смерть будет не более чем досадной паузой, техническим неудобством, пока моя копия не будет активирована и не получит последний дамп моего сознания. Это знание делало боль от его расчёта ещё острее и в то же время отменяло её, превращая в абсурд. Даже моя верность была дублирована.

Завтра на «Олимпии» всё решится. Все ловушки расставлены.

Мина

Завтра – тот самый день, когда все должно решиться. Корпоратив на «Олимпии» был не просто показной вечеринкой. Это была ловушка, расставленная с такой тщательностью, что даже сам Фил Харпер, со всей его паранойей, не смог бы разглядеть подвох.

Картер уже отправился на корабль, оставив мне последние инструкции. Его холодные серые глаза, как всегда, ничего не выдавали, но я знала – он нервничал. Ведь если что-то пойдет не так, вся наша многолетняя игра рухнет.

Я провела рукой по своему левому запястью, где под кожей скрывался имплант – подарок Картера. «На случай крайней необходимости», – сказал он тогда. Я не спрашивала, что именно он делает. Мне хватило того, как он посмотрел на меня в тот момент.

Грэг

Мой коммуникатор вибрировал. Сообщение от одного из наших агентов на «Олимпии»:

«Мина активирована. Готово».

Я усмехнулся. Бедная девочка. Она действительно думала, что сможет переиграть нас? Ее «любовь» к Филу была запрограммирована так же, как и ее идеальные черты лица.

Грэг проделал отличную работу, но даже он не знал, что в конце концов она станет всего лишь разменной монетой.

Набрал на коммуникатор главному

– хорошие новости, завтра можно включить инфосеть и смотреть все в прямом эфире

– Принято, ждем.

Фил Харпер

Звонок друга немного отвлек от приятностей с любовницей, но и отключить звонок он не мог

– Мина! Жди в той позе, где я тебя и оставил – кинул очередной любовнице Фил.

Ушел в кабинет и закрылся, даже если девка и была привязана, всеравно есть вероятность что могут подслушать.

Эйдан Акдинс поставлен Филом капитаном лайнера не просто так, он проверенный человек не просто временем но и делом. Они дружат уже много лет с академии, им абсолютно нечего делить, и про их дружбу никто не знает, видимо поэтому служба безопасности на проверке его подтвердила и позволила собрать свою команду. Неужели что-то случилось важное раз он звонит мне напрямую?

– Капитан Эйдан?

– Да, мистер Харпер, хотел спросить куда девать подарки которые сейчас понавезли на лайнер?

– А где они сейчас?

– Надежно упакованы и сложены в отдельном помещении.

– Выезжаю. Разберемся на месте. Пока без огласки чтобы не испортить сюрприз дарителю.

– Понял.

Вот дрянь! Стукнул коммуникатором по столу! Во мне бушевал пожар ненависти и злобы. Тварь опять на меня охотится и что же он там наоставлял? Опять мины и бомбочки направленные на меня и мое окружение? Как в этот раз он решил от меня избавиться?

Ворвался в комнату

– Мина! Собирайся, завтра тебя заберет Элена и вы вместе прилетите на лайнер, у меня сейчас есть дела.

– Да, господин.

Мина собралась буквально за минуту и выпорхнула за дверь особняка, хотя что там собирать трусики ниточки да накидка сверху? Хах

Итак, надо выдохнуть и подумать. Элена все решит здесь, а я полечу сейчас Потмоу что мне это все не нравится и на месте мы подумаем с Айдэном как провернуть все красиво завтра.

– Элена, ты завтра везешь Мину сама, я буду уже там или приеду ко времени (не за чем раскрывать карты сразу вдруг нас прослушивают).

– Поняла, Ваши вещи привезу c собой. Буду на связи постоянно.

– Все правильно, на связи.

В космопорт решил поехать на своем флате, взяв пару охранников биоников, добрался без приключений. Как только вышел ко мне сразу подошел Эйдан, ждал меня видимо сразу после звонка пошел встречать. Мы сделали вид что только что познакомились , пожали друг другу руки и он провел меня ко входу в шатл, который отвезет нас на лайнер. Шаттл мягко оторвался от платформы, и в иллюминаторах замелькали огни Новэриса. Разговоры шли ни о чем , без подтекста, каждый думал что там может быть прослушка. Шаттл плавно пристыковался к "Олимпии". Фил встал, его лицо снова стало непроницаемым.

– Готов? – спросил я.

– Всегда, – ответил он.

Но в его глазах я прочитал то же, что и много лет назад: "Не подведи меня".

И я не собирался.

Эйдан Акдинс

Мы поднялись на борт лайнера, и как только дверь закрылась, напряжение немного спало. Охранники остались снаружи, следуя протоколу. А мы проследовали на капитанский мостик. Я взглянул на Фила – его лицо было каменным, но в глазах читалось знакомое мне беспокойство.

Всегда так, – подумал я. – Даже когда мы были детьми, он никогда не показывал слабость. Но я всегда знал, когда он волновался.

Вспомнилось, как мы впервые встретились – на задворках академии, где сыновья корпоративных воротил учились "дипломатии" и "стратегии". Фил тогда уже был целеустремлённым, но одиноким. А я… я просто хотел выбраться из тени своего отца, капитана грузового флота. Мы подрались из-за какого-то пустяка, а потом, сидя в камере для нарушителей, разговорились.

"Ты знаешь, почему они нас здесь держат?" – спросил он тогда, вытирая кровь с разбитой губы. – "Чтобы мы научились ненавидеть друг друга. Но я не хочу играть по их правилам".

Я усмехнулся. Он всегда видел дальше других.

Позже, когда он возглавил "Харпер Индастриз", а я ушёл в космофлот, наши пути редко пересекались. Но несколько раз за эти годы он находил меня – всегда неожиданно, всегда с каким-то безумным планом.

"Эйдан, мне нужен человек, которому я могу доверять", – сказал он тогда, когда предложил мне "Олимпию".

Я согласился, конечно. Не из-за денег или статуса. Просто потому что это был Фил – единственный человек, который никогда не смотрел на меня как на инструмент.

Тяжелые шаги эхом раздавались по металлическим коридорам служебной палубы. Мы шли к тому самому помещению, где хранились «подарки». Фил молчал, но я знал – за этой маской холодного расчета клокотала ярость. Таким я его видел лишь однажды – когда в академии кто-то подстроил взрыв в лаборатории, где работала его первая любовь. Тогда он методично вычислил виновного и… Нет, не убил. Сделал хуже – превратил в ничто. Лишил имени, состояния, даже памяти.

"Как же ты ненавидишь, когда твои правила нарушают", – подумал я.

Дверь в грузовой отсек открылась с тихим шипением. Внутри, аккуратно упакованные в прозрачные контейнеры с голографическими логотипами «Зейнд Дайнамикс», лежали бутылки коллекционного альфа-кентаврийского вина.

– Ирония? – я поднял одну, наблюдая, как вязкая жидкость переливается кровавым оттенком. – Картер знает, что ты это не пьешь.