Цитаты из книг автора «Морган Хаузел»

Ангус Кэмпбелл работал психологом в Мичиганском университете. Он родился в 1910 году и проводил свои исследования в те годы, когда психология была главным образом сосредоточена на расстройствах психики – депрессиях, тревожных состояниях, шизофрении. Кэмпбеллу же хотелось понять, что делает людей счастливыми. Его вышедшая в 1981 году книга «Чувство благополучия в Америке» (The Sense of Wellbeing in America) начинается с утверждения, что люди в целом намного счастливее, чем представляет себе большинство психологов. Однако очевидно, что одни испытывают больше удовлетворения, чем другие. И это не зависит напрямую от доходов, места проживания и образования, потому что даже в самых благополучных группах можно найти множество хронически несчастных людей. Самый мощный общий знаменатель счастья оказался совсем простым. Вот как описал его Кэмпбелл: «Уверенность человека в том, что он полностью контролирует свою жизнь, является намного более надежной предпосылкой позитивного чувства благополучия, чем любые объективные жизненные обстоятельства, которые мы рассматривали». Это больше, чем зарплата. Больше, чем размеры дома. Больше, чем престижная работа. Это самый важный фактор качества жизни, позволяющий человеку стать счастливым: возможность делать то, что хочешь, когда хочешь и с кем хочешь. Деньги позволяют нам распоряжаться своим временем, и в этом их главная внутренняя сила, которую нельзя переоценить. Вы постепенно, шаг за шагом, достигаете уровня независимости и самостоятельности, которые дают вам возможность самим решать, что и когда делать. Имея даже относительно небольшое количество денег в запасе, вы можете продержаться некоторое время, не ходя на работу, если, к примеру, заболели. Если денег становится немного больше, у вас появляется возможность после увольнения подождать, пока появится подходящая работа, а не хвататься за первую попавшуюся. Это может оказаться решающим фактором в жизни. «Аварийный» запас денег на шесть месяцев означает, что у вас нет необходимости бояться своего босса, потому что вы знаете, что не пропадете, если вам вдруг потребуется искать новую работу. Наличие еще большей суммы дает вам возможность выбрать работу с более низким заработком, но с гибким режимом рабочего дня. Или ближе к дому, чтобы сэкономить время на переездах. Или с более выгодными условиями медицинского страхования, чтобы не беспокоиться о том, чем заплатить за лечение в случае необходимости. Далее у вас появляется возможность уйти на пенсию, когда вам хочется, а не когда получится. Используя свои деньги для покупки времени и права выбора, вы добиваетесь качества жизни, с которым не могут сравниться никакие материальные блага.

Комик Крис Рок, которого я вижу по телевизору, безупречен. Но тот Крис Рок, который выступает в десятках маленьких клубов, бывает и так себе. Так и задумано. Даже самый гениальный комик не может знать заранее, какие шутки будут пользоваться успехом. Все успешные комики обкатывают свой материал в небольших клубах, прежде чем выходить на широкую аудиторию. Рока однажды спросили, не скучает ли он по маленьким клубам. Он ответил: «Начиная гастрольное турне, я не сразу выхожу на большую арену. Перед последним турне я выступал в одном заведении в Нью-Брунсвике под названием “Фабрика стресса”. Я дал там около 40 или 50 представлений, готовясь к поездке». Одна из газет описала, как проходят эти выступления в клубах. Опробуя материал, Рок перелистывал свои записи. «Мне надо урезать часть шуток», – рассказывал он в перерывах между выходами на сцену. Таким образом, те хорошие шутки, которые мы видим на Netflix, – это «хвосты», оставшиеся после бесчисленного множества проб. Похожие вещи можно наблюдать и в инвестициях. Определить общий размер состояния Уоррена Баффета или среднюю величину его годовых доходов нетрудно. Можно даже указать его самые лучшие вложения. Они у всех на виду и являются предметом обсуждений. Намного труднее составить перечень всех инвестиций, которые он совершал на протяжении своей карьеры. Никто не говорит про неудачно выбранные акции, провальный бизнес, плохие приобретения. Однако они представляют собой значительную часть истории Баффета. Это оборотная сторона его успеха. На собрании акционеров Berkshire Hathaway 2013 года Уоррен Баффет сказал, что за всю жизнь у него было 400–500 наименований акций, но основную часть денег он заработал только на десяти из них. Его поддержал Чарли Мангер: «Если убрать всего несколько основных инвестиций Berkshire, то средняя доходность окажется весьма посредственной». Обращая особое внимание на успехи персонажей, которые служат нам примерами, мы упускаем из виду, что их причиной было очень небольшое количество действий. В результате может сложиться впечатление, что мы что-то делаем неправильно, допуская массу ошибок, провалов, потерь и отступлений. Однако неудачи случаются у нас не чаще, чем у мастеров. Возможно, в тех эпизодах, когда им сопутствовала удача, они были более правы, но можно быть уверенным, что ошибались они ничуть не реже нас. «Важно не то, насколько верным или неверным было ваше решение, – говорил Джордж Сорос, – а то, сколько денег вы заработали в результате правильного решения и сколько потеряли в результате неправильного». Вы можете ошибаться в половине случаев и все же разбогатеть.

Питер Линч – один из лучших инвесторов современности. Он говорит: «Вы добьетесь выдающихся результатов, если будете правы всего лишь шесть раз из десяти». Конечно, есть сферы занятости, где каждый раз требуются идеальные результаты. Например, в профессии летчика. А есть области деятельности, где нужно добиваться идеальных результатов почти во всех случаях, например на посту шеф-повара ресторана. Но инвестирование, бизнес и финансы к таким видам деятельности не относятся. И инвесторы, и предприниматели утверждают, что никто не в состоянии постоянно принимать правильные решения. У творческих личностей всегда возникает масса ужасных идей, которые они пытаются претворить в жизнь. Взять хотя бы Amazon. Вряд ли кому-то придет в голову говорить о том, что крупный промах в такой гигантской компании – это нормально или хорошо. Здравый смысл подсказывает, что глава компании должен в этом случае хотя бы извиниться перед акционерами. Однако Джефф Безос, пережив недавний крах с запуском проекта Fire Phone, заявил: «Если вы считаете это большой неудачей, то мы в данный момент работаем над куда более масштабными провалами. Я не шучу. На фоне некоторых из них Fire Phone покажется детской шалостью». Глава Netflix Рид Хастингс однажды заявил, что компания отказывается от нескольких проектов с большими бюджетами. Он объяснил это следующим образом: «Мы слишком часто оказываемся правы. Мне приходится постоянно будоражить свою команду, чтобы она не заразилась самодовольством. Нам надо идти на больший риск. Нужно пробовать сумасшедшие вещи, чтобы повысить долю неудач». И это не введение публики в заблуждение и не отсутствие ответственности. Это грамотное признание роли «хвостов» как носителей успеха. На каждый удачный проект типа Prime у Amazon или сериала «Оранжевый – хит сезона» наверняка приходится множество провальных. Это трудно осознать с позиций здравого смысла, потому что в большинстве случаев мы видим только конечный продукт и не замечаем тех потерь, которые ему предшествовали.

Экономические системы, рынки и карьеры часто идут по тому же пути и демонстрируют рост через потери. Ниже приведены экономические показатели США за последние 170 лет. Но помните ли вы всё, что происходило в этот период? Давайте вспоминать… ● 1,3 миллиона американцев погибли в девяти крупных войнах. ● Примерно 99,9 процентов всех созданных компаний ушли из бизнеса. ● На четырех президентов США были совершены покушения. ● 675 тысяч американцев умерли в течение года от пандемии гриппа. ● Каждая из 30 различных природных катастроф отняла жизнь как минимум у 400 американцев. ● 33 рецессии длились в общей сложности 48 лет. ● Количество пророков, сумевших предсказать эти рецессии, сводится к нулю. ● Фондовый рынок не менее 102 раз обрушивался более чем на 10 процентов от текущих максимальных значений. ● Акции не меньше 12 раз теряли треть своей стоимости. ● В истории было 20 разных лет, в течение которых ежегодная инфляция превышала 7 процентов. ● По данным Google, выражение «экономический пессимизм» появлялось в газетах как минимум 29 тысяч раз. Наш жизненный стандарт повысился за 170 лет в 20 раз, однако за этот период не было ни одного дня, который не давал бы весомых поводов для пессимизма. Образ мышления, для которого характерны одновременно и паранойя, и оптимизм, трудно поддерживать, потому что значительно легче видеть мир в черно-белом цвете, нежели анализировать нюансы. Однако вам пойдет на пользу краткосрочная паранойя, позволяющая выживать достаточно долго, чтобы наслаждаться оптимизмом. Джесси Ливермору это понимание далось дорогой ценой. Он решил, что наступление хороших времен навсегда отменяет неприятности, что богатство – это нормальное состояние, а сам он неуязвим. Потеряв впоследствии почти все, он говорил: «Иногда я думаю, что спекулянты готовы были бы заплатить любую цену, чтобы избавиться от самоуверенности. Многие беды, постигшие в общем-то неглупых людей, являются прямым следствием слишком высокого самомнения». «Это очень дорогая болезнь, – сказал он однажды. – Ею может заразиться кто угодно и где угодно». Далее мы рассмотрим другие ситуации, когда от роста на фоне невзгод голова может пойти кругом.

Принято считать, что оптимизм – это способность верить, что все будет хорошо. Но такое определение нельзя назвать полным. Разумный оптимизм – это вера в то, что все шансы на вашей стороне и что конечный результат будет в вашу пользу, хотя на промежуточных этапах возможны и неудачи. Более того, вы знаете, что их не избежать. Можно оптимистически смотреть на траекторию долгосрочного роста, но при этом осознавать, что дорога к конечной точке усеяна противопехотными минами. Одно другого не исключает. Мысль о том, что в долгосрочной перспективе все будет хорошо, но без неприятностей в пути не обойтись, свойственна далеко не всем, но так по большей части устроена жизнь. К двадцати годам мы теряем около половины синаптических нейронных связей, которые имелись в мозгу в возрасте двух лет, так как они утратили для нас свою эффективность и значимость. Однако двадцатилетний человек обычно намного умнее двухлетнего ребенка. Разрушение во имя прогресса не только возможно, но и необходимо, поскольку это один из эффективных путей избавления от всего лишнего. Представьте себе, что вы как родитель имеете возможность заглянуть в мозг своего ребенка. Каждое утро замечаете, что в его голове остается все меньше синаптических связей. И вас охватывает паника: «Так не должно быть. Все пропадает и рушится. Надо что-то предпринимать. Нам нужен доктор!» Однако на самом деле ничего экстраординарного не происходит, вы наблюдаете нормальное развитие и прогресс.

Не о «росте», «уме» или «прозорливости», а об умении пережить длительный период без провалов и потрясений. Это должно быть краеугольным камнем вашей стратегии как в инвестировании, так и в профессиональной карьере или бизнесе. Есть две причины, по которым менталитет выживания необходим в обращении с деньгами. Одна из них очевидна: не бывает таких прибылей, ради которых стоило бы рискнуть полностью лишиться всего. Вторая причина – это контринтуитивный эффект экспоненциального роста, о котором мы говорили в четвертой главе. Он проявляется лишь в том случае, если вы даете своим активам возможность расти на протяжении многих лет. Это то же самое, что посадить дуб. За год вы не увидите большого прироста, но через 10 лет изменения уже существенны, а через 50 просто поражают воображение. Для того чтобы этот рост состоялся, нужно пережить все непредвиденные обстоятельства, которые неизбежно возникнут со временем. Мы можем потратить годы, пытаясь понять, каким образом Баффет добился такой отдачи от своих инвестиций: как он находил лучшие компании, самые дешевые акции, классных менеджеров. Это трудно. Значительно легче, но не менее важно обратить внимание на то, чего он не делал. Он не влезал в долги. Не паниковал и не продавал свои активы в ходе 14 пережитых рецессий. Не пачкал свою деловую репутацию. Не привязывался к одной-единственной стратегии, одному подходу или одной тенденции. Не полагался на чужие деньги (управление инвестициями с позиций публичной компании означает, что инвесторы не имеют права изымать свой капитал). Не перегорел, не подал в отставку и не ушел на пенсию. Он выжил и тем самым обеспечил себе долголетие. А долголетие в инвестициях – с 10 до как минимум 89 лет – творит чудеса за счет аккумулирующего эффекта сложных процентов. И это самый главный момент в понимании успеха Баффета.

Мы исходим из того, что завтрашний день не будет похож на вчерашний. Мы не можем позволить себе почивать на лаврах. Довольствоваться достигнутым. Надеяться на то, что прошлый успех автоматически перенесется на будущее. И вновь мы говорим о выживании.

Давайте проведем небольшой мысленный эксперимент. Баффет начал серьезно заниматься инвестициями в 10-летнем возрасте. К 30 годам у него уже был миллион долларов, что с поправкой на инфляцию соответствовало бы сегодня 9,3 миллиона[16]. А что было бы, если бы он, как большинство нормальных людей, провел свою молодость, исследуя мир в поисках любимого занятия, и к 30 годам скопил, скажем, 25 тысяч долларов? Предположим, он инвестировал бы эти деньги с большим успехом (в среднем его вложения давали доходность в 22 процента годовых), а в 60 лет отошел от дел и начал играть в гольф и заниматься внуками. Каким был бы размер его состояния сегодня? Не 84,5 миллиарда долларов. 11,9 миллиона. На 99,9 процента меньше, чем на самом деле. Фактически весь финансовый успех Уоррена Баффета объясняется тем, что он заложил финансовую базу своего состояния в юные годы и приумножал ее до самой старости. Да, он умеет инвестировать, но его главный секрет – это время. Вот так работает аккумулирующий эффект. Давайте взглянем на это с другой стороны. Баффет – самый богатый инвестор всех времен. Но не самый умелый, если взять за критерий оценки среднюю годовую доходность его вложений. Джим Саймонс, глава хедж-фонда Renaissance Technologies, начиная с 1988 года добивался средней ежегодной доходности вложений в размере 66 процентов. К этому рекорду даже близко никто не подошел. Как мы уже видели, у Баффета этот показатель составлял примерно 22 процента, то есть втрое меньше. На данный момент состояние Саймонса оценивается в 21 миллиард долларов. Как бы смешно это ни звучало при таком масштабе цифр, он на 75 процентов беднее Баффета. Отчего же такая разница, если Саймонс превосходит Баффета как инвестор? Дело в том, что для Саймонса полоса таких удачных инвестиций наступила в 50 лет. У него было более чем вдвое меньше времени для накоплений, чем у Баффета. Если бы Джеймс Саймонс вкладывал деньги под 66 процентов годовых на протяжении 70 лет, как Баффет, то у него было бы сейчас – наберите побольше воздуха в грудь – шестьдесят три квинтиллиона девятьсот квадриллионов семьсот восемьдесят один триллион семьсот восемьдесят миллиардов семьсот сорок восемь миллионов сто шестьдесят тысяч долларов.

Хорошая новость состоит в том, что самый действенный инструмент для формирования чувства достаточности на удивление прост и не вынуждает идти на риск. Об этом мы поговорим в следующей главе.

После того как Раджата Гупту выпустили из тюрьмы, он сказал в интервью New York Times, что усвоил один урок: «Не принимайте ничего слишком близко к сердцу, будь то ваша репутация, достижения или что-то еще. Я сейчас вспоминаю о них, но что толку? Моя репутация несправедливо погублена, и я больше всего жалею о том, что это меня так сильно задевает». Пожалуй, это худший урок, который можно было извлечь из сложившихся обстоятельств. Я вижу здесь попытки человека оправдаться и вернуть себе репутацию, хотя он знает, что она утрачена навсегда. Репутация бесценна. Свобода и независимость бесценны. Семья и друзья бесценны. Любовь человека, который тебе дорог, бесценна. Счастье бесценно.