Глава 2. Принудительный ужин

Вика положила себе еды, но немного, аж в три раза меньше, чем мужу. Потом неохотно села за стол рядом с ним и начала водить вилкой по картошке. Как будто думала, кушать или нет? Альберт по-прежнему поглядывал на неё краем глаза, а сам делал вид, что занят трапезой. Притворялся, что не смотрит на неё.

Вика довольно долго не начинала кушать, но он не делал ей замечаний. Спустя долгих три минуты, которые показались Альберту целой вещностью, Вика спросила:

– А потом мне можно будет сходить?

– Ешь, – грубо приказал Альберт, не поднимая головы. Чем сильнее и чаще она просилась в туалет, тем сильнее он хотел запретить ей. И запрещал.

– Ну, пожалуйста…

Вика поникла. Голову поднять боялась, на мужа тоже не смотрела. Но в туалет хотела так сильно, что смолчать тоже не могла.

Альберт больше ничего не сказал. Проигнорировал её «пожалуйста» и продолжил есть. Но Вика знала, что если сейчас не поест, другой возможности уже не будет. Альберт только один раз ужинает после работы, а потом немного смотрит телевизор и ложится спать. Ну, либо они занимаются сексом, и он ложится спать. Так или иначе, за стол они больше не присядут. Он запрёт её в коморке до утра и на этом всё… а Вика голодная. Она подумала об этом и всё же начала кушать. Сначала делала это медленно, с опаской. Но как только почувствовала вкус еды, сразу начала всё жадно поглощать.

Не прошло и пяти минут, её позывы в туалет усилились. Невмоготу она схватилась за живот и начала тяжело дышать.

– А теперь можно уже? Ну, пожалуйста…

Она так вздыхала, прямо стонала. Сидела с низко опущенной головой. Альберт присел ровнее и потянулся к ней. Неожиданно схватил её за волосы и заставил откинуть голову назад.

– Смотри на меня, когда разговариваешь со мной.

И она вынужденно посмотрела ему в глаза, жалобно повторила:

– Ну, пожалуйста…

Альберт ехидно улыбнулся, ведь в его голове назрел гнусный план. Гнусный, но дико его возбуждающий.

– Даже во время шалостей так не стонешь, – пожаловался Альберт.

– Ну, пожалуйста… – повторяла Вика снова и снова. И она уже заранее с ужасом осознала, что теперь он не захочет её отпускать. Раз так сказал, не захочет.

– Иди, помой посуду и ко мне.

И вот её ужасная догадка подтвердилась. По её телу пробежался холодок, а самой захотелось плакать от неизбежности. Раз он приглашает её в комнату, значит, не собирается разрешать облегчиться. Хочет взять в её полную? Такого ещё не было. Вике даже вообразить было страшно, насколько это ужасно… уже сейчас ей казалось, что она вот-вот лопнет.

– Пожалуйста, я очень хочу… эхе… эхе… – захныкала Вика. Она жмурилась от страха. Одной рукой держалась за живот, а второй потянулась к голове. Он больно схватил её за волосы и отпускать даже не думал. Когда она запищала, он ещё сильнее сжал её волосы. Прямо за волосы начал её поднимать.

– Мало ли чего ты там хочешь, а я хочу тебя, – сказал Альберт.

– А… а… – со стоном прокричала Вика. Она почувствовала, как её волосы обрываются в произвольных местах. Живот болит всё сильнее. В слезах она поднялась на ноги, и он толкнул её в сторону раковины.

– Надо закалять попку, чтобы не срала, когда вздумается, – сказал Альберт. Он схватил её за попку и начал сжимать, потряхивать. Схватил прямо через джинсы и переполненные памперсы, но всё равно умудрился сделать ей больно.

– А… пожалуйста, – прокричала Вика, а сама держала в руке грязную тарелку и жмурилась. Ей было жутко его слушать. Она уже сожалела, что не позволила ему уйти в гостиную… лучше бы он ушёл, а она бы спокойно помыла посуду. Это лучше, чем терпеть его нападки и насмешки. Она ведь уже поняла, что он не разрешит ей сходить в туалет в ближайшее время. И зачем ей было нарываться? В эту секунду она думала именно об этом, а он сжимал и сжимал её попку, продавливая новый синяк. Или старый.

– Так и хочется тебя наказать, – сказал Альберт, всё также потряхивая её попу. – Весь вечер пищишь: «хочу в туалет, хочу в туалет!».

Он прильнул губами к её ушку и прошептал:

– А вот и не сходишь, потерпишь.

Вика в ответ ничего не сказала, только замерла на месте и тяжело дышала.

– А ну повтори, – приказал Альберт. – Скажи, что потерпишь.

– Да, я потерплю, – ответила Вика вымученным голоском.

– Даю тебе пять минут, потом чтобы живо ко мне.

Альберт сам открыл воду в кране, сполоснул пальчики и ушёл. Вика ещё сильнее зажмурилась и тихо протяжно простонала:

– А-а-а…

Из-за боли в животе и постоянных позывов в туалет, она не могла мыть посуду быстро. Передвигалась по кухне медленно, да и вообще мыла всё медленно. И всё же она уложилась в отведённые пять минут, а потом неохотно, пугливыми шагами направилась в гостиную. Альберт сидел на своём кресле и смотрел телевизор. Её позади почувствовал сразу же и грубо сказал:

– Не стой за спиной, сколько раз тебе говорить?

Он старается не думать о плохом, но периодически его посещают страхи, что он может получить нож в спину. Мало ли, тоже свихнётся и решит расправиться с ним? Да, он этого боялся. И чем дольше держал её в плену, тем сильнее боялся. За всё то, что он с ней вытворяет, вполне можно захотеть убить. И он это понимал. Понимал, но останавливаться не собирался.

Вика послушно обошла кресло и встала перед ним.

– Ближе, – строго приказал Альберт. В его правой руке она увидела ключик от навесного замочка и на какой-то миг ей даже стало легче. До последнего она надеялась, что сейчас он снимет с неё этот замок и разрешит сходить в туалет. А ведь раньше так было, он снимал замок и отпускал её в туалет. Вика не понимала, что с ним стряслось. Почему сегодня он так ведёт себя и заставляет её терпеть? Мучает её. Она с ужасом понимала, что его это заводит.

Едва Вика шагнула ближе к нему, он схватил её за цепь на талии и притянул к себе, потом торопливо снял замок.

– Снимай это всё, – приказал Альберт, подёргав её за джинсы.

– Спасибо, – ответила Вика и попыталась уйти в ванную. Увы, не получилось. Альберт сразу же громко спросил:

– Куда собралась? Здесь раздевайся, при мне.

– Но как же…

– Никаких «но», – перебил Альберт. Вика уже успела отстегнуть пуговицу своих шортиков и приспустила их, а под ними проглядывался переполненный памперс для взрослых.

– Он воняет… давай сразу выкинем, – нерешительно промямлила Вика, отстёгивая липучку памперса.

– И не только он воняет, шорты тоже. Выкинь пока на пол, потом постираешь. Сегодня сходишь в душ и наденешь чистое.

Это её немного успокоило. Он не каждый день позволяет ей мыться, ведь это требует определённого времени, а он рано ложится спать. Впрочем, она бы и сама не хотела мыться каждый день… но в ту секунду, когда она снимает памперс, всегда чувствует себя грязной и хочет в душ. Обычно подмывается, и ей становится легче, а сегодня он не пускает её в ванную. Вика только об этом и думала, когда же он её отпустит?

Вика послушно сняла шорты и памперс. Осталась в одной только маечке. Альберт взял её за руку и притянул к себе.

– Иди сюда, ложись на коленочки.

Как именно ложиться Вика уже знала. Даже знала, с какой стороны он хочет её уложить. Он частенько её так укладывает, а потом шлёпает или мастурбирует ей. Вика терпеть это не может, но сказать ему «нет» не может тоже. Альберт теперь не принимает никакого отказа. Если она пытается отказать ему в чём-либо, сразу же говорит, что накажет её. А это ужасно. Он уже не раз её наказывал.

Если она ведёт себя непослушно или делает что-то не так, он привязывает её по рукам и ногам в коморке, а в рот засовывает огромную самодельную соску из бутылки. Двухлитровую бутылку наполняет жидкой перемолотой пищей и заставляет это есть. И еда, и вода в одном флаконе. А если за день она не опустошит эту бутыль с противной жижей, он продлевает её наказание до следующего дня. И это ужасно. Если он не освободил её вечером, это означает, что так лежать ей придётся до следующего вечера. Ведь он на работе и раньше семи не возвращается. Вика жутко боится наказания и поэтому ведёт себя послушно.

Вика послушно легла на его колени, свесив руки на пол. Но это ему не понравилось. Он схватил её за запястье и притянул руку к попе.

– Раздвигай ягодицы.

Вика с волнением подвела и вторую руку к своей попе и медленно раздвинула ягодицы. Альберт тем временем зашебаршил упаковкой влажных салфеток. Вытащил из пачки парочку, а потом второй рукой начал хватать её анальную пробку.

– Нет, что ты задумал? Только не вытаскивай её… я не смогу терпеть… – жалобно попросила Вика.

– Расслабься, вытаскивать не собираюсь, – с ухмылкой сказал Альберт. И его насмешка означала, что её мечты наивные, ведь он не вытаскивать собрался, а что-то другое. Что ещё он может сделать? Вике сразу стало ясно, что он собирается мастурбировать ей этой пробкой. И это в такой момент? Когда она дико хочет срать? Ничего хуже она и представить не могла. Сразу же захотела плакать, а её сердце сжалось от волнения.

Он всегда вставляет в неё длинную пробку. Длиной приблизительно 20 см, но тонкую, как сосулька. На основании она чуть толще, едва ли достигает толщины среднестатистического мужского члена. Это позволяет её попе оставаться всегда расслабленной, и ему проще брать её в попу. Это ему нравится. И этой длины достаточно, чтобы она не смогла выкакать пробку, если ей захочется срать. Но кое-чего об этой пробке Вика не знала.

Альберт вытянул пробку из её задницы примерно на 10 см и вытер её салфеткой со всех сторон. Он весьма чистоплотен в этом вопросе и не любит пачкаться в фекалиях. Даже запах говна не переносит, но в попу брать её очень любит. В основном из-за того, что через задницу она точно не забеременеет, а для него это крайне важно.

Вика думала, что сейчас он протрёт пробку, сделает себе некую чистую ручку из толстого конца её пробки и начнёт ей мастурбировать тонким кончиком. Это не так ужасно, хотя ей будет неприятно. Но она уже была к этому готова. К тому же, когда он частично вытянул из неё эту пробку, позыв в туалет её немного отпустил. Место там в ней стало больше.

Но её догадки оказались ошибочными. Альберт не спешил ей мастурбировать. Вместо этого он как-то странно трогал её пробку. Одной рукой схватил, а другой будто пытался выкрутить. Игриво сказал:

– А ты знала, что эта игрушка многофункциональная?

– Что значит многофункциональная? – с волнением спросила Вика. Уже поняла, что он задумал нечто…

– Сейчас увидишь! – ухмыльнулся Альберт. И она не ошиблась. Он выкрутил толстый конец пробки вместе с ограничителем и в его руке оказался мини-мастурбатор. Правда, не слишком совершенный из-за резьбы, но этой маленькой штучке он быстро нашёл применение. Сразу начал вставлять это в её рот. Вика быстро поняла, что происходит. Попыталась отвернуться и жалобно повторила:

– Нет, что ты делаешь?..

Альберт грубо схватил её за волосы и заставил приподнять голову. Язвительно спросил:

– Что такое? Боишься, что какашки в рот попадут?

Вика зажмурилась и жалобно замычала с закрытым ртом:

– М-м-м…

– Не боись, не попадут! Я вытер её хорошо, так что открывай.

Он приложил игрушку к её губам и начал надавливать. Но Вика не спешила открывать рот, а его слова не особо её успокоили. Да, ей было противно, но причина её отказа была в другом. Она не любит держать во рту игрушки. Это кажется ей унизительным. А ещё он вставляет в её рот игрушки, если хочет сделать больно или что-то неприятное. Что-то такое, на что она не согласна. Таким образом требует заткнуться.

У неё снова сжалось сердце от волнения.

– Рот открыла, – грубо повторил Альберт. Он ещё сильнее прижал игрушку к её губам, и дальше сопротивляться она уже не могла. Стало больно и страшно, ведь он злится. Может даже ударить, если она продолжит сопротивляться. Теперь он не церемонится. Если она непослушная, он не только наказывает её изощрённым способом, но ещё и рукоприкладствует.

Вика сдалась. Едва ли приоткрыла рот, и он до упора вогнал игрушку в её ротик.

– Да, вот так вот! – язвительно сказал Альберт и похлопал её по щеке.

– М-м-м… – жалобно замычала Вика. Он обожает такие её стоны. Обиженный отчаянный стон и покорное поведение. Он сразу же завёлся, а его член вздёрнулся в приятном предвкушении. Но трахать её он пока не собирался, задумал кое-что весёленькое.

Вскоре всё его внимание снова переключилось на её задницу. Он понял, что Вика уже не раздвигает ягодицы. Одну руку и вовсе убрала от попки. Он шлёпнул её и сказал:

– Что я тебе говорил?

Вика сразу же послушно обхватила попку обеими руками и раздвинула ягодицы.

– Да, вот это другое дело! – довольный сказал Альберт. Он схватился за конец её пробки и снова начал с ней что-то делать. И Вика быстро поняла, что он вкручивает на эту пробку что-то другое. Другой конец, наверняка, длиннее и толще. Пока это была только её догадка, но ей уже заранее хотелось кричать. И она громче замычала:

– М-м-м…

Альберт усмехнулся.

– Да, детка, эта штука удлиняется!