Цитаты из книг автора «Мона Кастен»

– А что это, собственно, с Перси? – неожиданно спросила Лидия, как будто прочитав мои мысли. Она говорила, понизив голос и кивнув в сторону кабины. – Понятия не имею. – Он меня даже не спросил, как все прошло, – пробормотала она. – Можешь рассказать мне, – предложил я, но Лидия поморщилась. – Ты такой странный, когда влюблен. Я только скорчил гримасу.

Я надел серую толстовку, которую утром носила Руби, и приятный запах окутал меня. Было чувство, что и на языке все еще остался ее вкус, и я покрылся гусиной кожей, вспоминая, как она стонала мое имя. Я непременно хочу все это повторить. И лучше всего немедленно. Лидия, сев в машину, сразу заметила, что во мне что-то изменилось. Прищурившись, она осмотрела меня сверху вниз и снизу вверх. Потом по ее лицу расползлась понимающая ухмылка: – У тебя такой вид, будто ты провел веселую ночь. Она слишком хорошо меня знает.

– Не хватает еще одного пункта, – сказал Джеймс и забрал у меня записную книжку, ручку и начал что-то писать. – Готово, – пробормотал он, держа результаты своей работы перед собой. Я подползла вплотную к нему, так что наши голые бедра соприкоснулись, и прочитала то, что он написал. 5. Руби. Я замерла, глядя то на список, то на Джеймса. – Когда ты со мной, возникает такое чувство, что я могу все, – сипло признался он. – Поэтому, если этот список сделает меня счастливым, ты точно должна быть в нем. Я не знала, что сказать. И только забралась к нему на колени и обвила руками шею. Мы вместе упали на подушки, слившись губами и держа в руках его мечты.

Я перелезла через него и включила ночник у кровати. Затем раскрыла на коленях записную книжку. – Всякий раз, когда мне плохо, я составляю списки. Это мне еще в детстве помогало сохранять ясную голову. Даже если все проходило не так уж гладко, – объяснила я. – Я нахожу себе вдохновляющую цитату или помечаю вещи, которые непременно должна сделать или которые впоследствии хочу изменить в мире. – Я подняла ручку вверх. – Обычно я использую разноцветные ручки, но уж обойдемся тем, что есть. Недоверие в его взгляде растаяло, и он улыбнулся. – Ты хочешь сделать такой список для меня? Я кивнула: – Может, он тебя тоже замотивирует. Он посмотрел на пустую страницу записной книжки и наконец кивнул: – О’кей.

– Мечты важны, Джеймс, – прошептала я. – Тогда ты и есть моя мечта. У меня на миг перехватило дыхание, но я быстро поняла, что это была лишь вялая попытка отговориться и не реагировать на то, что я сказала. – Это не работает, к сожалению. Он криво усмехнулся: – Да было бы и слишком просто к тому же. – Чего же тебе хотелось бы? Что тебя больше всего воодушевляет?

– Эй! Если уж терять девственность, то где же еще, как не в Оксфорде. Он, смеясь, покачал головой. В следующую секунду придвинулся ближе, пока я не упала на него. Он обнял меня и прижал к своему горячему телу. – Ты сумасшедшая, Руби Белл. Разве что чуточку, мысленно поправила я.

– Я был бы тогда осторожнее, – забормотал он и прижался губами к моим волосам. – Я думаю, тебя бы это отпугнуло, и ты бы сбежал. – Не сбежал бы. Я просто был бы осторожнее. Я запрокинула голову и посмотрела ему в лицо. Между бровями у него пролегла вертикальная складка, придав озабоченный вид. – Но я не хотела ни осторожности, ни нежности. Уголок его губ слегка приподнялся, и в глазах появился темный блеск. Но исчез он так же быстро, как и появился. – Может, я бы подумал о смене локации. Нельзя терять девственность в комнате общежития на скрипучей кровати.

– Ты дрожишь, – прошептала она и начала гладить спину. Она держалась за мои плечи, когда я целовал ее за ухом и медленно входил все глубже. – Потому что я должен быть паинькой. – И это тот Джеймс Бофорт, который во время секса ломает кровати с водяными матрасами? – спросила она не дыша. Я укусил ее шею. – Я же тебе говорил, это была не водяная кровать.

Потом она обвила меня руками и улыбнулась. – Ты непременно должен сделать это еще раз, – сказала она. Я улыбнулся ей в ответ и в тот же момент решил однажды провести целую ночь с головой между ног Руби. – Вот где истинное место твоему наглому и дерзкому языку.

Теперь она лежала передо мной в одном белье, и я задержал дыхание. Не знаю, чем я это заслужил. Я понятия не имел. Может, это то, что люди называют кармой. По принципу: Эй, в твоей жизни все дерьмово? Вот, за это ты получишь самую лучшую девушку в мире. Она простит тебя и даст себя раздеть, хотя ты этого и не заслуживаешь. Что-то вроде того. Не важно, по какой причине Руби позволила мне все это делать, я собирался показать ей, как сильно влюблен.