Цитаты из книг автора «Молка Лазарева»

С каких пор ты стал раскидываться такими умными мыслями? Лил смерил друга невеселым взглядом, и всем видом изобразил оскорбленность до глубины души.

Ты белое чудо в ночной тишине, Ты страсти огонь поселила во мне! О милая, нежная, чуткая Киса! Тебя я спасу, уведу за кулисы! Сбежим мы со сцены твоей золотой, Туда, где наступит уютный покой! И наша с тобою кошачья семья Тогда заживет: котята, ты, я!

Подумала, что лучше голой, Чем ранить выбитое сердце. Не будет тьмы она узором И призраком ушедшей смерти. И нет обиды в ней ни капли За грубый тот поступок твой. И герцога ей очень жалко, И так побитого судьбой

Мысли до сих пор путались. Какие разные скелеты могут быть скрыты у людей в шкафах! Внешне непобедимая и суровая Троя – которую изнасиловали на балу. Глеб – сирота, которого предали те, кто заменил семью. Эридан – могущественный герцог, богатый и, казалось бы, непробиваемый, но с душевной раной внутри, ноющей уже долгие годы.

на меня смотрело странное зареванное, запуганное страшилище. Растрепанное, с размазанной тушью и подводкой под глазами, алая помада растерта по щекам и подбородку. Господи, в таком виде меня лицезрел Глеб и даже словом не обмолвился! Захотелось поставить мужику памятник, нужно иметь огромную выдержку, чтобы вытерпеть такой ужастик на протяжении почти получаса рядом с собой

Этот человек видел тебя полуголой, спас от изнасилования и до сих пор помогает. Да, он псих, но, наверное, ему можно все рассказать

Выбор был невелик: либо занять стул за письменным столом, либо уместиться на краешке кровати. Оба решения казались мне недопустимыми, поэтому, как истинная женщина, я плюхнулась прямо на пушистый ковер

Еще раз раскинешь тут свои ноги, – громко пригрозила она, – я раскидаю здесь твои зубы!

«Эльвир, – позвала я. – Скажи мне, что все будет хорошо». «Сказать могу, – откликнулась она. – Но обещать не буду. У меня подобного ощущения нет. Если ты не заметила, у нас с тобой от балов одни неприятности».

Эридан в последнее время нам многое спускал с рук, а мы, пользуясь случаем, нагло борзели.