Микаэль скользнул носом по скуле. Его аромат – сладкий мускус с какими-то древесными нотками – окутал меня, дурманя голову. Это преступление – так пахнуть!

– Поверю тебе на слово, – ответила я, глядя ему в глаза.

– Ну уж нет. Не хочу, чтобы у тебя оставались сомнения.

После этих слов его рот накрыл мой. Губы Мика, теплые и влажные, казалось, двигались в такт музыке. Я слегка то ли всхлипнула, то ли вздохнула, и он тут же воспользовался этим, углубив поцелуй. Теперь не только губы, но и его язык изучал мой рот.

Целовался он просто божественно!

– Ладно, Микаэль, ты точно не гей, – вынесла я вердикт, отрываясь от него, чтобы хоть как-то перевести дыхание.

Надеюсь, Стефан занят Лив и не видел этого, иначе его хватит удар и он утомит меня своими нравоучениями.

Микаэль рассмеялся.

– Зови меня просто Мик. – Песня закончилась, и ее сменила заводная. – Выйдем?

Он указал в сторону заднего двора. Чтобы не перекрикивать музыку, я просто кивнула.

– Так почему ты прятался от тех красоток?

– Знаешь, когда парни пытаются переспать с определенными девушками, чтобы заработать очки? Так вот тут примерно то же самое.

– Хочешь сказать, что у них спортивный интерес затащить тебя в постель?

Я думала, это работает только с девушками.

– Да, я бы это так назвал.

Мы нашли место на крыльце и сели.

– Ты уже успела познакомиться с кампусом?

Мик улыбался, и на его щеках снова проступили эти очаровательные ямочки, от которых сложно было оторвать взгляд.

– Нет, – я мотнула головой.

– Как насчет экскурсии? Могу завтра организовать.

– Это что, свидание?

Господи? Когда я научусь сначала думать, а потом говорить?

– Да, – ответил Фостер.

По телу тут же покатились мурашки предвкушения. Неужели у меня будет свидание? Настоящее. Да еще и с таким парнем!

Только слепой бы не заметил, насколько он красив. Не знаю, чем я смогла вызвать его интерес, но я определенно хочу отправиться на свидание с ним.

Так, утром у Стефана отборочные, я обещала быть, а вот после…

– Тогда в шестнадцать ноль-ноль. Нормально? – спросила я Мика.

– Ева, вот ты где, – из дверей вышел брат, прервав наш с Фостером разговор. – О, привет, – поздоровался с ним Стеф. – Я собираюсь уходить, хочу выспаться перед завтрашним днем. Ты со мной?

Мне был хорошо знаком этот тон. Он означал, что это был не вопрос.

Бросив виноватый взгляд на Микаэля, я поднялась.

– Да, поехали. Прости, Мик.

Он тоже встал и, перехватив мою руку, поцеловал кончики пальцев.

Несмотря на всю целомудренность этого поцелуя, он ощущался безумно интимно.

Кто вообще в наше время целует руки? Разве этот ритуал не канул в Лету несколько десятков лет назад?

– Встречаемся завтра в шестнадцать у здания администрации.

– Мне, как старшему брату, пора проводить беседы с твоими ухажерами? – поддел меня Стеф, когда мы пробирались на выход.

– Заткнись! – рассмеявшись, я ткнула его под ребра.

Стефан и Лив ворковали на протяжении всей дороги обратно. Я старалась их не слушать, погрузившись в свои мысли.

Завтра после свидания с Микаэлем мне предстоит отправиться на лед. Не просто покататься для поддержания формы, а на полноценную тренировку, готовить новую программу. Правда, завтра я еще буду кататься без тренера, хочу сначала познакомиться с катком.

Небо за окном было темным и беззвездным, лишь тонкий серп луны тускло светился, едва отгоняя темноту. Несмотря на то, что было еще не очень поздно, в кампусе было довольно немноголюдно.

– Твой брат тако-о-ой милый, – протянула Лив, как только за нами закрылась дверь комнаты.

– Вы с ним поладили. Мне кажется, он даже положил на тебя глаз?

Стефан правда выглядел увлеченным, я имею в виду, больше, чем обычно.

– Правда? – она взволнованно улыбнулась. – Я боялась, что вела себя как дура весь вечер.

– Брось, ты была очаровательна.

– Я заметила, ты танцевала с Миком Фостером? Он хороший парень.

Мои уши слегка порозовели: если она видела танец, то наверняка и поцелуй. И наверняка не она одна.

– Если он такой хороший, почему ты клеилась к моему брату, а не к нему? – беззлобно поддела ее я.

Хотя по правде, цеплялась за возможность узнать о нем немного больше.

Лив смутилась, слегка покраснев.

– Просто хочу сказать, что он очень добрый. В прошлом году один урод распускал слухи обо мне, и Мик стал первым, кто поддержал меня. И к твоему сведению, я больше люблю брюнетов, – она возмущенно фыркнула. – К тому же, мне кажется, он нравится Аманде. А претендовать на парней, на которых положила глаз твой капитан, – табу!

Праведное возмущение в ее голосе заставило меня от души рассмеяться, пока я стягивала с себя платье и переодевалась в удобную растянутую футболку Стефана.

– Вот тебе еще один плюс того, что я не собираюсь в вашу группу поддержки.

Мы смыли макияж, перед тем как забраться в свои кровати.

– Ты пойдешь завтра поддержать Стефана? – спросила я Лив, уже наполовину погружаясь в сон.

– Да, он меня даже пригласил.

Утро было прохладное и свежее. По привычке я проснулась раньше будильника. Я всегда любила ранние подъемы. Наверное, сказался мой спортивный образ жизни. В этом мы сильно различались с братом. Стефан всегда был жуткой соней, и вставать раньше десяти для него было тяжко. Поэтому он постоянно бурчал по утрам.

Отбросив одеяло и опустив ноги на прохладный деревянный пол, я сладко потянулась.

Лив еще крепко спала, укутавшись в свое винтажное одеяло.

Телефон показывал почти девять часов утра. Через полчаса начнется тренировка «Снежных Лисов».

– Лив… – позвала я соседку.

Риверс что-то пробормотала и повернулась на другой бок, глубже зарываясь в одеяло. Улыбнувшись, я запустила в нее подушкой.

– Просыпайся, соня, иначе мы опоздаем к Стефану.

Имя брата подействовало. Оливия не без причитаний все же вылезла из кровати.

Через полчаса мы были на месте. Ледовая арена кампуса впечатляла своими размерами.

Оказавшись у катка, я провела рукой по бортику с особым благоговением. Как же мне не терпелось поскорее самой выйти на лед; ощутить кожей этот легкий морозец; услышать звук скольжения коньков по льду. И это все обязательно будет, но вечером. Сейчас звездный час Стефана.

Стоило мне о нем подумать, как брат тут же появился на льду.

Он увидел нас и расплылся в улыбке. Быстро рассекая лед, он пересек каток и оказался возле нас.

Стефан, как обычно, улыбался. О таких людях, как он, обычно говорят: душа компании. Он приковывает к себе внимание и покоряет людей своей харизмой.

– Привет, девочки! Рад, что вы пришли. Сегодня мне уже не кажется, что все будет так просто.

Он кивнул в сторону ватаги молодых спортсменов, одетых в хоккейные доспехи, которые выходили на лед.

– Тут все профи. – Стеф нервно оперся на клюшку. – У нас у всех десятки игр за свои школы. Взять могут любого. В основном составе всего два места, и еще четыре во втором.

– Ты круче их всех Стеф, – мне очень хотелось подбодрить брата. – Ты обязательно попадешь в команду. Они не дураки, чтобы упустить тебя.

– Я буду болеть за тебя, – добавила Оливия.

Стефан зря переживал. Он обладал необыкновенным талантом и видением игры, которые не могли оставить равнодушными даже самых далеких от хоккея людей.

На льду появился высокий мускулистый мужчина. Его лицо выражало одновременно скуку и раздражение. Главный тренер команды – мистер Джонсон. Раздался оглушительный свисток.

Стефан подмигнул нам на прощание и поехал в сторону новичков.

– Рад видеть, что такое большое количество талантливых ребят хотят стать частью нашей команды. Всех вас рекомендовали наши спортивные рекруты, здесь игроки только тех позиций, в которых мы нуждаемся. Тем счастливчикам, кому повезет попасть в команду университета, предложат спортивную стипендию. Ко мне можете обращаться «тренер Джонсон». Все ясно?

– Да, тренер, – синхронно ответили молодые спортсмены.

– Я нервничаю, жуть! Сильнее, чем когда сама пробовалась к «Лисичкам», – Лив взяла меня под руку, и слегка прижалась.

– Все будет хорошо. Стефан справится.

Не знаю, кого этой фразой я пыталась успокоить больше – Оливию или себя. Я очень переживала за брата. Он просто бредил этой командой. В старшей школе не сомневался ни дня, куда ему идти дальше.

– Что ж, начинаем отборочный тур в нашу хоккейную команду, – продолжил тренер Джонсон. – Это будет игра на выбывание. Играть вы будете уже со своими будущими товарищами по команде.

После его слов на хоккейную площадку строем стали выезжать «Снежные Лисы». Их ослепительная белая форма с голубыми вставками идеально смотрелась на фоне льда.

Все как на подбор: высокие, широкоплечие и, уверена, нереально мускулистые.

Я уже собиралась опять посмотреть на брата, когда увидела последнего игрока, с повязкой капитана.

Нет-нет-нет! Пожалуйста, пусть это будет не он, пусть будет не он!

Сердце лихорадочно колотилось, пока я завороженно наблюдала за тем, как Микаэль приветствует новобранцев, пожимая каждому руку.

Меня стало слегка мутить. Мечты о сегодняшнем свидании разбились вдребезги об этот лед.

– Покажите мне настоящую игру! – напутствовал тренер.

С этими словами он подал сигнал, и игра началась.

Стефан оказался в одной команде с Микаэлем.

Матч начался стремительно. Обе команды стали активно бороться за шайбу. Но Стеф оказался проворнее. Он перехватил шайбу и молниеносно обошел нескольких игроков, направляясь к воротам. В последний момент, когда казалось, что вот-вот догонят, он сделал красивый пас Мику, и тот, не теряя ни секунды, забил гол.

– Ева, с тобой все хорошо? Ты как будто призрака увидела.

Риверс смотрела на меня слегка обеспокоенно.

– Это что, Микаэль? – спросила я Лив, надеясь, что, возможно, ошиблась.

Но надежды рухнули тут же.

– Да. Скажи, он хорош? Лучший нападающий прошлого сезона! – ответила Оливия.

Отборочный тур закончился примерно через полчаса. Все игроки остановились, чтобы перевести дыхание. Тренер Джонсон подошел к Стефану, Алексу и еще одному новичку, претендовавшему на место в команде на позиции тафгая^[1].

– Мои поздравления, Саммерс, Эндрюс. Вы приняты. Основной состав.

– Молодцы! Стефан, ты лучший! – заверещала Оливия.

Брат расплылся в довольной улыбке.

Тренер Джонсон назвал еще четыре фамилии ребят, которые вошли во второй состав, и попрощался с теми, кто не смог пройти.

Когда официальная часть была закончена, Стефан снова направился к нам с Лив. Микаэль проследил за ним взглядом и, кажется, только сейчас заметил меня и Оливию на трибунах.