Но эта Вселенная так грандиозна, гармонична и непостижима, что невозможно поверить, будто смерть в ней играет случайную роль. И такое сказал бывший агностик. Эта Вселенная так грандиозна, гармонична и непостижима, что невозможно поверить, будто смерть играет в ней случайную роль? И говорил он это, когда его тело уже походило на пустую скорлупку, когда он не мог уже сам ни помыться, ни побриться, ни высморкаться, ни вытереть зад. Грандиозна? Гармонична? Если он, в мучительном состоянии угасания, находил в окружавшем его мире величие, то что же говорить обо всех нас?