Цитаты из книг автора «Митч Элбом»

И если у вас разные взгляды на жизнь, дела ваши плохи. У вас должны быть одни и те же ценности. И знаешь, Митч, какая самая главная из этих ценностей? – Какая? – Вера в значимость супружеской жизни.

Они едва понимают жизнь. А кому хочется жить, если не понимаешь, что происходит вокруг? Тобой вертят как хотят: то велят тебе покупать эти духи, чтобы стать привлекательнее, то те джинсы, чтобы выглядеть сексапильнее, – и ты всему этому веришь. Муть какая-то.

Дело в том, что в наши дни, помимо семьи, нет иной надежной опоры. Во время моей болезни это стало для меня совершенно ясно. Если у тебя нет любви, поддержки и заботы семьи, тебе почти не на что рассчитывать.

– Наша культура не поощряет доброты к самому себе. Нас учат не тому, чему нужно. Надо быть очень стойким, чтобы отвергать то, что портит жизнь. И создавать свою собственную культуру. Большинству людей это не под силу.

Наша культура не поощряет доброты к самому себе. Нас учат не тому, чему нужно. Надо быть очень стойким, чтобы отвергать то, что портит жизнь. И создавать свою собственную культуру. Большинству людей это не под силу. И эти люди несчастнее меня, даже теперешнего, такого больного

Сегодня книга напечатана в десятках стран, где я никогда не бывал, и переведена на множество языков, на которых я не говорю и не пишу. По книге сняли телевизионный фильм, и выдающийся актер Джек Леммон признался, что роль Морри – его самая любимая. По мотивам книги была поставлена пьеса, и она обошла сцены всей Америки. Эту книгу читали в школах, университетах, приютах для умирающих, на поминальных службах, в церквях, синагогах, в читательских группах и в благотворительных обществах.

в утробе Великого Женского Духа и ждать там, пока луна не отправит его назад на землю. И порой у луны столько хлопот с новыми душами, что она исчезает с неба. Вот почему бывают безлунные ночи. Но в конце концов луна всегда возвращается, как и все мы. Вот во что верит это племя

Посещая Морри, я начал читать о смерти: о том, как представители различных культур смотрят на уход из жизни. Например, в арктическом районе Северной Америки есть племя, которое верит в то, что у всего на земле есть душа и эта душа в миниатюре повторяет форму того, в чем она обретается. В олене есть крохотный олень, а в человеке – крохотный человек. И когда большее существо умирает, крохотное продолжает жить. Оно может переместиться во что-то рожденное поблизости или отправиться во временный приют отдохновения на небеса

смерти? – Ну, например, как буддисты. Представь, что каждый день у тебя на плече сидит птичка и спрашивает то, что ты мысленно должен спросить себя: «Сегодня и есть тот самый день? Я готов? Я делаю все, что мне надо делать? Я таков, каким хочу быть?»

Где бы я ни жил, везде встречал людей, которым только бы захапать что-нибудь новое. Захапать новую машину. Захапать новую квартиру или дом. Захапать новейшую игрушку. А потом они жаждут тебе об этом рассказать: «Угадай, что я достал! Угадай, что я достал!» И знаешь, чем я это объясняю? Эти люди жаждут любви, а довольствуются суррогатом. Они с распростертыми объятиями кидаются к материальным ценностям и ждут чего-то подобного от них. А трюк не срабатывает.