Цитаты из книг автора «Мишель Пастуро»

В большинстве своем эти законы могут показаться реакционными, ведь они осуждают различные перемены и нововведения, приводящие к нарушению существующего порядка вещей и к порче нравов; кроме того, они часто бывают направлены против молодежи и против женщин, ведь представителей этих двух социальных категорий обычно привлекает новизна.

поэтому пролить кровь другого человека значит покуситься на то, что принадлежит Богу. Прощение возможно, однако для этого необходимо покаяние, искупление вины и покорность.

Однако у Отцов Церкви красный цвет ассоциируется не только с огнем, но и с кровью.

Завете тот же огненно-красный цвет исходит от Бога, он представляет собой Дух Святой «животворящий», как сказано в «Символе веры». Он – одновременно свет и дыхание жизни, он полон мощи и согревает своим теплом. В день Пятидесятницы он снизошел на апостолов в виде «разделяющихся языков, как бы огненных» (Деян. 2: 1–4). Такой красный цвет сияет, оживляет, возрождает, сплачивает, очищает. Это пламя божественной Любви (в средневековой латыни Caritas). Понятие божественной Любви играет очень важную роль. Оно включает в себя и любовь, с которой пришел к людям Христос («Огонь пришел Я низвесть на землю и как желал бы, чтобы он уже возгорелся!»82), и любовь, которую каждый истинный христианин питает к ближнему своему.

красильщики изобрели новый пигмент из очень дорогого сырья. Это сырье — так называемый чернильный орешек, или галл, маленький шарообразный нарост, появляющийся на дубовых листьях. В эти листья некоторые насекомые откладывают яйца; когда появляются личинки, дерево начинает выделять особый сок; затвердевая, он образует вокруг каждой личинки нечто вроде кокона. Галлы надо собирать до наступления лета, когда личинка еще находится внутри, затем медленно высушивать. Тогда орешек сохранит весь свой богатый запас танинов и даст красивую устойчивую черную краску. Но такая краска слишком дорого стоит, поэтому ее применение ограничено.

черном как о цвете плодородия прослеживаются до самого Средневековья, где они будут связаны с символикой стихий и с ее помощью закрепятся надолго: огонь — красный, вода — зеленая, воздух — белый, а земля — черная.

и независимая; он всегда существует в привязке к некоему объекту, к явлению природы или живому существу, которое он описывает, характеризует или индивидуализирует. Разумеется, римлянин может сказать «я люблю красные тоги, я не люблю синие цветы», но ему было бы затруднительно заявить «я люблю красное и не люблю синее», не уточняя, о чем идет речь. А древнему греку, египтянину или еврею это было бы еще труднее.

людей Античности дело обстоит иначе. Цвет не существует как вещь в себе, как абстракция, самостоятельная

Такой громкой славой петух во многом обязан своему красному гребешку. Понятно, что птица, которая носит на голове подобное украшение, должна быть любима богами, должна служить им вестником. При всем при том надо учитывать, что для римлян символика, связанная с красным, является более выразительной, чем символика, связанная с любым другим цветом, и они чутко реагируют на все, в чем, по их мнению, проявляется эта символика.

крыльями, его отношение к еде, гадальщики дают клиентам рекомендации, как им следует вести себя или какое решение принять. В кругу военных часто прибегают к таким гаданиям, чтобы узнать, стоит или не стоит ввязываться в бой. Немало военачальников обязаны петуху самой славной из своих побед. Что побудило Плиния, который тоже был военным, произнести удивительную фразу: «Петухи – властители мира»66.