Цитаты из книги «Опыты»

Ибо та совершенная дружба, о которой я говорю, неделима: каждый с такой полнотой отдает себя другу, что ему больше нечего уделить кому-нибудь еще;

Пусть не пытаются уподоблять этой дружбе обычные дружеские связи.

ближайших его друзей – и спросил его, на что он был бы готов ради Гракха, тот ответил: «На все». «То есть как это на все? – продолжал допрашивать Лелий. – А если бы он приказал тебе сжечь наши храмы?» «Он не приказал бы мне этого», – возразил Блоссий. «Ну, а если бы он все-таки это сделал?» – настаивал Лелий. «Я бы повиновался ему», – сказал Блоссий.

Я говорю «раствориться», ибо в нас не осталось ничего, что было бы достоянием только одного или другого, ничего, что было бы только его или только моим.

В той же дружбе, о которой я здесь говорю, они смешиваются и сливаются в нечто до такой степени единое, что скреплявшие их когда-то швы стираются начисто и они сами больше не в состоянии отыскать их следы. Если бы у меня настойчиво требовали ответа, почему я любил моего друга, я чувствую, что не мог бы выразить этого иначе, чем сказав: «Потому, что это был он, и потому, что это был я».

тогда в любимом рождалось желание духовно зачать от духовной красоты любящего. Последнее для него было главным, а плотское – случайным и второстепенным, тогда как у любящего все было наоборот.

Между тем в дружбе нет никаких иных расчетов и соображений, кроме нее самой.

Но это – пламя безрассудное и летучее, непостоянное и переменчивое, это – лихорадочный жар, то затухающий, то вспыхивающий с новой силой и гнездящийся лишь в одном уголке нашей души. В дружбе же – теплота общая и всепроникающая, умеренная, сверх того, ровная, теплота постоянная и устойчивая, сама приятность и ласка, в которой нет ничего резкого и ранящего.

поистине прекрасное слово, выражающее глубокую привязанность и любовь, и по этой причине я и Ла Боэси постоянно прибегали к нему, чтобы дать понятие о нашей дружбе.

Ведь высшая ступень ее совершенства – это и есть справедливость.