Цитаты из книг автора «Мирослава Чайка»

– Да хотя бы взять твои изрезанные ноги, – неожиданно перешла на крик вожатая. – Ты бы видел, Сережа, что она делает с ногами, режет их в кровь, вся в шрамах. Вот наша проблема! И твоя связь со взрослой женщиной – тоже проблема. А все остальное нас не касается! Не касается! Поняли? Я больше не хочу ничего слышать об этом!

Ирине Ивановне не сложно было втянуть Тимофея в свои темные дела. Стоило только однажды в кабинете склонить голову на его плечо и прошептать: – А помнишь…

Сергей бережно снял с Полины не принадлежащее ей платье, заварил не принадлежащий им чай, и они еще несколько часов лежали в не принадлежащей им кровати, занимаясь любовью, которая не имела права им принадлежать.

– Мы что, станем есть чужой суп? – спросил встревоженно юноша. – Я тебе больше скажу, Сережа, я еще собираюсь надеть чужое платье, – она прижалась к его плечу и добавила: – Какой ты еще все-таки ребенок. Вот станешь студентом – поймешь, что такое общежитие, еда, собранная с миру по нитке на общем столе, и одно платье, которое носишь по очереди с подругами по комнате.

– А его «Авиньонские девицы» – они же выглядят отталкивающе. – Вовсе нет, – ответил юноша, делая несколько шагов назад, чтобы лучше рассмотреть полотно, на котором на фоне голубого неба были написаны пять обнаженных женщин, на двух из которых были надеты африканские маски. – Да ладно, Сереж, обманывать себя. Вот ты бы хотел, чтобы вместо меня с тобой в постели лежала такая девица? Ты бы стал ее целовать? – Полина, ну о чем мы спорим? Неужели ты и правда считаешь, что должен существовать только реализм? Чтобы художники умело копировали действительность, которую мы и так можем лицезреть беспрерывно?

Когда Полина, оценив спальню, совершенно голая предстала перед Сергеем, он на мгновение остолбенел. Потом сделал шаг к окну и, схватившись за тяжелые пыльные портьеры, поспешно произнес: – Нужно задернуть шторы. Полина рассмеялась в голос. Она попыталась остановить его, схватив за руку. – Нет, не нужно. Я хочу видеть твои глаза.

– Полина, тебе было хорошо? – Да, было очень-очень хорошо, ты талантливый ученик, – ответила девушка и поцеловала его в щеку. – Мой учитель по алгебре тоже так говорит. – Ну и глупый же ты, котенок, – засмеялась Полина, стукнув его пальцем по носу. – Поднимайся, мы едем на выставку Пабло Пикассо в Пушкинский музей.

По московской легенде, архитекторами были Барма и Постник, которых по окончании строительства жестокий царь ослепил – чтобы больше нигде не построили такой красоты».

Это была записка, которую Ника получила сегодня на осеннем балу. Родион написал там самое короткое, но самое долгожданное слово – «Моя».

– Да ни на что она ради тебя не пошла. Вообще, да будет тебе известно, закрутить с тобой роман Полину Андреевну заставил Тимыч, – неожиданно для самой себя проболталась Ника.