– Я упустил это из виду, – ответил правду. – Ваше величество заговорили про ритуал, и он вытеснил из моей головы все остальное.

– Удобное оправдание. – Мне следовало начать привыкать к тому, что он король. Правитель, а не обычный смертный. Он уже даже звучал, как правитель. – Обычно ты умудряешься держать в голове множество деталей. И ничего не упускаешь из виду.

– Обычно ритуалом «Принятие власти» занимается главный церемониймейстер, а не личный, ваше величество, – не выдержал я.

Воцарилось молчание. Никс выдохнул и прикрыл глаза.

– Я надеюсь, это было единственным, что ты упустил из виду, – он расстегнул жилет. – Этому пройдохе она почему-то доверяет, заменять его сейчас все равно непонятно кем. А этот хотя бы верен деньгам. Вытащить мою сестру из темницы было хорошим решением.

Освобождая Анну-Марию, я больше думал об освобождении Диона. И их знакомство сыграло мне на руку. И Никс был не совсем прав про Деззи и деньги, у наемника существовал свой кодекс чести. И защита принцессы при должной оплате туда вполне вписывалась.

– Благодарю, ваше величество, – я поклонился и тоже внутренне расслабился.

– К темным богам эти формальности, Эван, – король повесил жилет на вешалку и вернулся к столу. Потом остановился и внимательно посмотрел на меня. – Тебе опять нужно бумагу или устного приказа хватит?

– Если ваше величество позволит… – и я начал сгибаться в поклоне, стиснув зубы от боли.

– Позволит, – спешно выдохнул сюзерен, останавливая меня.

Я выпрямился. Иногда вышестоящие, правители, придворные забывали про свои слова. Или это остальные не сильно в них верили и нуждались в подтверждении. Во время своего путешествия из Верии я несколько раз попадал на такие суды. Слуг наказывали, потому что аристократ вначале дал устное разрешение, а потом передумал. Мне не хотелось попасть в такую ситуацию.

– Хэйдас! – Никс дернул за шнур, и в помещение влетел секретарь. – Напиши Эвану ту бумагу с позволением, чтоб он прекратил из себя корчить…

Хэйдас понятливо улыбнулся и скрылся за дверью. Я тоже позволил уголкам губ изогнуться в легкой улыбке.

Никс растрепал пятерней тщательно уложенные волосы. Сейчас я видел, разговор о сестре дался ему нелегко. Весь день дался ему нелегко. Король уселся за стол и посмотрел на мою руку. Я тоже покосился на забинтованную конечность.

– Тебе не стоило этого делать, – он качнул головой, мрачный от своих мыслей.

Возможно. Возможно, не стоило. Но цепь летела на стену. Достигни ее, артефакт бы разлетелся на кусочки. Стали бы бесполезными скипетр и ритуал. И, вообще, все.

– Стоило, – мягко возразил я.

Все мои проблемы сейчас меркли перед возможным исходом. Если цепь и правда меня приняла, то действие артефакта, скорее всего, можно обратить вспять. Сомневаюсь, что мы единственный случай в истории с двумя владельцами.

– Как твоя рука?

– Достаточно хорошо, благодарю его величество за заботу.

Никс вздохнул и покосился на дверь в приемную. Он скучал по неофициальным обращениям. Я и Хэйдас всегда были для него глотком свежего воздуха в шахте придворного официоза.

– Я представлю тебя к ордену, – он начал возиться со стопкой каких-то бумаг. – Не волнуйся, не только тебя.

– Вы очень добры, ваше величество, – я еще раз попытался поклониться, не обращая внимание на его недовольство и свою боль, но тут же выпрямился. Все же нужно поберечься. Что там говорил помощник лекаря о покое?

Дверь бесшумно распахнулась и также бесшумно закрылась, внутрь просочился Хэйдас. Вмиг преодолев расстояние до стола, он положил исписанный лист, а затем добавил еще один.

– Ваше величество, простите дерзость, – секретарь склонил голову, – но я позволил написать еще один приказ. Назначение Эвана Мейнфорда вашим личным церемониймейстером.

– А он же... – Никс нахмурился, разглядывая бумаги.

– Личный церемониймейстер наследника престола, ваше величество. При отсутствии наследника престола эта должность упраздняется.

Никс устало смотрел на меня, словно спрашивая, когда я хотел это сообщить. Я смело встретился с его глазами. Здесь оправданиям места не было. Время для обсуждения еще имелось. О чем и сообщил правителю.

Новый король отмахнулся от моих слов, пробежался по бумагам, а затем украсил их размашистой подписью.

– Благодарю, – я склонил голову, адресуя поклон и Никсу, и секретарю.

Новое назначение вызвало смешанные чувства. Личный церемониймейстер короля – сильный взлет. Если не в иерархии, то в глазах придворных. Те же обязанности с другой сердцевиной. Я был для этого слегка некомпетентен. Но отказаться не мог. Никс бы не понял моего отказа, а опять портить ему настроение не хотелось. Да и я должен был Хэйдасу за ту маленькую услугу в приемной.

– Теперь можно общаться как раньше, – мне протянули бумаги. – Произошедшее ничего не меняет в наших отношениях, – произнес Никс. Дверь за Хэйдасом закрылась.

Я улыбнулся. Смеяться помощник лекаря тоже очень не рекомендовал. И после поклонов я понимал почему. Теперь не спасал даже обезболивающий настой, выпитый несколько часов назад.

– Надеешься, я хоть на секунду забуду, что ты мой король?

С назначением на новую должность мне нужно было еще подойти к главному распорядителю двора. Тогда все точно вступит в силу. И я смогу задержаться здесь больше чем на неделю. И спокойно со всем разобраться.

Никс рассмеялся, но веселья в его смехе вообще не было.

– Я мечтаю об этом, Эван.

Несбыточная мечта. Король – это не титул.

– Мне нужно будет подтянуть свои знания, – честно ответил я. – Если я сегодня больше тебе не нужен, я с радостью проведу время в библиотеке.

– Ты мне нужен всегда, – с очень серьезным видом отозвался сюзерен. – Даже когда забываешь что-то рассказать.

Дыхание перекрыло. Никс умел одновременно похвалить и напомнить о промахах. Я склонил голову.

– Благодарю. – Мне не удалось полностью скрыть дрожь. Если бы сюзерен знал, сколько всего на самом деле я ему не рассказываю, то сейчас бы говорил совсем не это. Тогда, скорее всего, мне бы сейчас подписывали смертный приговор. – С твоего позволения, я тебя оставлю.

– Иди, – кивнул друг.

На негнущихся ногах я вышел из кабинета. Личный церемониймейстер короля. Член тайного совета. Серый кардинал успешного заговора. Возможный кавалер какого-нибудь ордена. И всего одно имя, Эван Мейнфорд.

Я остановился. Кроме как в кабинет, из приемной еще можно было попасть в королевскую гостиную. Закрытые двери, по охраннику с каждой стороны. Сердца словно сжал чей-то кулак. Все началось именно здесь, по словам Никса. Заговорщики пришли сюда в приемную, вырубили стражу, проникли к Теодору Пятому, а потом убили короля. Добыв признание бастарда перед этим.

– Он все еще там? – я тихо спросил у Хэйдаса. Так тихо, чтобы слышал только он.

Секретарь оторвался от документа. Он тоже давно не спал и тонул в работе. Из всех членов тайного совета лишь я один урвал несколько часов отдыха.

– Кто? – вначале не понял он и огляделся. Потом заметил, куда я смотрю. – Перенесли в комнаты служителей богов, – ответил глухо. – Тело секретаря отдали родственникам.

Я кивнул и двинулся к выходу.

– Я буду счастлив продолжать работать с вами, – донеслось мне в спину.

Для придворных и стражи его слова были таким же заявлением, как представление принцессы до этого. Мы все по-разному пробовали новую власть на вкус.

– Благодарю за оказанное доверие, – я все же обернулся и ответил Хэйдасу. А потом покинул его новое рабочее место.

От кабинета двинулся к главному распорядителю двора в Центральную часть. Прошел мимо закрытых дверей малого тронного зала. Может быть, пока я спал, тайный совет собирался без меня. А может, нет. Могили занимался заговорщиками, новый канцлер улаживал беспорядки в большом Совете, мы с Вельхером восстанавливались после битвы, а генерал Эгиор лежал с некоторыми своими подчиненными в мертвецкой. У тайного совета опять был новый состав.

Разговор с Никсом оставил странное послевкусие. Наши отношения менялись. И ощущалось это странно.

У кабинета главного во дворце по должностям царил хаос. Толпились слуги в ливреях, женщины и кухарки в белых передниках. Через открытую дверь носились с бумагами помощники, кто-то кричал и требовал пересмотреть решение. Игнорируя всех, я прошел прямо к его столу.

– Ваше благородие, – поприветствовал.

Главный распорядитель двора не принадлежал к аристократии. Но пусть мы и были разных сословий, обращались к нам одинаково.

Прислужник, с которым он говорил до этого, тут же тихо ретировался. Меня узнавали и по камзолу, и по перевязанной руке. И слишком часто до этого видели рядом с будущим королем.

– Ваше благородие, – он вымученно улыбнулся. – Не думал, что вы придете сегодня, боюсь, ваши бумаги еще не готовы.

– Я пришел передать вам приказ короля, – перебил его речь и протянул документ.

За новым правителем приходили новые люди. Камердинер Никса, Байон, переехал за ним в королевские покои. Если бы старый секретарь остался жив, то отправился бы в отставку. На мое место могли назначить другого, более компетентного, но король сказал свое слово.

Распорядитель взял из моих рук лист. Провел над артефактом на столе, тот засветился, подтверждая большую государственную печать. Мужчина тут же подал сигнал одному из помощников. Приказ о моем назначении отправился в королевском архиве. Я выдохнул. Теперь можно было не переживать, не паковать вещи и не писать в поместье. Я оставался во дворце.

Попрощавшись с главным распорядителем двора, я отправился в библиотеку, как и планировал. Теперь помимо первоначальной цели, появилась и другая – выяснить новые обязанности. Принц и король, слишком большая разница. Другие поклоны, другие допустимые и недопустимые вольности. Помогать королю – совсем не то же самое, что наставлять принца.

Чтобы попасть в библиотеку, требовалось прогуляться. Она и архив находились в другом здании. Выйдя в дворцовый парк, я двинулся по дорожке. Прохладный воздух шевелил волосы. Не магия, обычный ветер. Осень вступала в свои права. Еще совсем медленно и незаметно. Листья даже не начали менять цвет, но вскоре покроют траву золотым ковром.

Темноту парка освещали фонари. То тут, то там виднелись мундиры патрулирующих гвардейцев. Передо мной распахнули тяжелую дверь, и я поднялся по лестнице на второй этаж.

Поприветствовав библиотекаря, перечислил нужные мне книги. С церемониалом было легко, я точно знал, где искать необходимые знания. Сложнее оказалось с информацией про артефакты. Пришлось запросить историческую хронику начиная с Никоса Первого и заканчивая сегодняшним днем. И копию или оригинал созданных мною мемуаров.

Все это доставили на трех тележках, и я зарылся в материалы. Шторы задвинули, зажглись магические огни. Вначале за столами сидело несколько придворных, потом спустя пару часов зал опустел. Гореть осталось лишь два светильника – у стола хранителя и мой.

Я откинулся на спинку стула и дал отдых глазам.

– Ваше благородие, попросить подать вам кофе? – ко мне подошел библиотекарь.

Насколько я знал, его скоро должны были сменить. Хранилище знаний для работников дворцового аппарата было открыто всегда. Для тех, кто получил от короля пропуск, только двенадцать часов днем.

– Благодарю, – я выдавил дежурную улыбку. Глаза слипались. К усталости прибавлялась тревога, гудящая голова и ноющая боль.

Чудесный бодрящий напиток мне принесли быстро. Пить его пришлось за соседним столом, подальше от книг, но я все равно был счастлив.

Спать в ту ночь я так и не лег. Я выписывал себе заметки, вспоминал людей, от которых могу получить разъяснения по различным деталям, и пытался влить в мозг как можно больше новой информации.

И все же в шесть утра я стоял у дверей королевской гостиной с тонизирующим отваром в руках. В чистой свежей одежде, побритый и с собранными в высокий хвост кудрями.

– Его величество уже проснулся? – спросил гвардейцев у дверей. Воины переглянулись. Один просочился в комнаты, доложить обо мне. Не раздумывая, я прошел за ним через гостиную в спальню.

– Эван? Что ты здесь делаешь? – Никс был во вчерашних бриджах и сорочке. В его синих глазах плескалась усталость, на щеках начинала проступать щетина, а растрепанные волосы следовало помыть и подровнять.

Что я здесь делаю? Стою. И даже стараюсь улыбаться. Бессонная ночь не прошла зря. Я был полон энергии и решимости менять себя и мир вокруг.

И начать следовало с самого простого.

– Тебе надо переодеться, – заявил я, ставя напиток на столик. – И пригласить портного.

– Эван, нет! – мгновенно вспыхнул король, у которого, как оказалось, хватило сил на гнев.

– Никс, – тут же перебил я. – Если не любишь жилеты, то так избавиться от них легче всего.

Лицо сюзерена озарила слабая улыбка.