ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Ландыш

Еще около получаса мне пришлось общаться с Жанной и Альбиной. Каждая рассказывало о том, что её волновало больше всего.

Как похудеть после новогодних праздников (и плевать, что уже февраль), какую видеокассету купить, как попасть на дискотеку, да так, чтобы охрана не узнала.

Я кивала головой, вежливо улыбалась, но внутри считала секунды до того момента, когда эта встреча завершится.

Трудно было постоянно сохранять непринужденный вид, особенно тогда, когда в воздухе витало напряжение.

Я чувствовала его.

Потому что дедушка сверлил взглядом Айдара. А тот, в свою очередь, делал вид, что не замечал его.

Он общался – с мужчинами, их спутницами. Уверенно и непринужденно – так, если бы всегда крутился в этом обществе.

Только вот мое чутье подсказывало – Айдар другой.

Я видела это, потому что…

Взор мой то и дело искал Айдара среди остальных.

И всегда находил.

Трудно было не заметить его. Дело было даже не в его яркой внешности, а в том, что Айдар излучал.

Энергия силы, дерзости и желания подавлять витала вокруг него. И что таить, притягивала внимание.

Не только мое.

Я видела, как на Айдара пялились Жанна с Альбиной. Несложно было догадаться – имей те возможность, то непременно бы познакомились с ним поближе.

Заметила я и то, как улыбалась ему Анна Сергеевна. Остальные женщины тоже поглядывали на Айдара. Их холеные лица выражали любопытство и настороженность.

Так издалека смотрят на хищного зверя.

Любуясь им и одновременно опасаясь, не вонзятся ли в следующий миг его клыки в твое горло…

Он встречал их взгляды с многозначительной улыбочкой.

Такой, словно Айдар знал про каждого какую-то тайну.

– Ландыш, ну ты попробуй, все же. Отпросись у дедушки. Устроим типа девичника! – Альбина выжидающе посмотрела на меня.

– Да! – поддакнула Жанна. – Кино посмотрим. Взрослое. Что скажешь?

– Ну, нет, – я поморщилась. – Я эту гадость не хочу смотреть.

– Тогда специально для тебя возьмем кассету с мелодрамой, – не унималась Альбина. – Давай, отпросись!

– Хотя бы разочек! – Жанна запрыгала на месте, отчего её черные кудряшки задергались в такт.

– Вряд ли это возможно, – я вовремя отвела взор от Айдара, потому что краем глаза заметила, как он повернулся в мою сторону.

Не хватало еще, чтобы тот заметил, что я тоже смотрела на него!

– Ландыш, ты что вся покраснела? – Альбина непонимающе изогнула брови.

– Ничего, – я попыталась сохранить спокойствие, – жарко тут.

– Ага, жарко. Колись, давай, кто этот красавец и почему он смотрел на тебя? – Жанна округлила свои, и без того, круглые глаза.

– Ты о ком? – я нахмурилась.

– Она еще спрашивает! – хихикнула Альбина. – Да тот синеглазый самец.

– Самец? Я вижу тут только мужчин и женщин, – я обернулась в поисках дедушки.

Он, кажется, прощался с Аркадием.

Слава Богу.

– Да ладно тебе, Ландыш, ты же поняла, о ком идет речь, – в голосе Альбины зазвучали стервозные нотки, – о том мужчине, который подходил к тебе. Хватит делать вид, что ты не понимаешь.

– Мы не знакомы, и давайте закроем эту тему, – не желая продолжать этот разговор, я пошла в сторону дедушки.

– А вот и моя красавица-внучка! – глаза дедушки заблестели от восхищения.

Я подошла к нему. Улыбнулась:

– Дедушка, не смущай, пожалуйста, меня.

– Какое может быть смущение! Гордись, что ты – Бахметьева, – его улыбка стала шире, впрочем, и Аркадий не отставал от него.

– Мы как раз с Аркадием говорили о том, чтобы они вместе приехали к нам в гости. С сыном. Ты ведь помнишь, что у них с Анной есть сын?

Сын?

– Нет, – я почувствовала, как мои губы нервно дрогнули.

Потому что понимала, куда клонит дедушка.

– Какая же ты забывчивая! – рассмеялся он. – Вадим у них на днях возвращается с Европы. Он парень начитанный, образованный. Уверен – вам будет интересно пообщаться. Ну, ладно, Аркадий. Завтра все обсудим. Нам уже пора домой.

Как-то неожиданно быстро мы собрались и попрощались.

Кутаясь в серебристую шубу, я пошла позади дедушки. Охрана, как всегда, была рядом.

Морозный воздух обжег мне легкие, как только я вышла вслед за дедушкой. Запрокинула голову – небо уже приобрело темно-серый оттенок.

Вечерело. Как же быстро!

И холодно!

Особенно ногам. Неудивительно, ведь на мне были туфельки, а не зимние сапоги! Я поспешила к машине.

Увы, я позабыла о важном. Под моими ногами была не ковровая дорожка, а тонкая корка льда, так удачно спрятавшаяся под песком…

Я начала скользить, но слава Богу, не упала.

Следующие события произошли столь быстро, что я не понимала, как это случилось.

– Дай-ка я помогу тебе, малышка, а то все ноги себе переломаешь! – позади раздался мужской голос и сильные руки ухватили меня за плечи, а затем плавно повели вперед.

Это был Айдар.

Господи… Даже несмотря на то, что между нами была мои шуба и платье, я почувствовала жар от его рук!

– Эй, – дедушка обернулся и остановился. – Убери от неё руки!

– Если уберу – большая вероятность, что ваша внучка упадет. Вы ведь этого не хотите? – с вызовом, вопросил Айдар.

Дедушка промолчал. Наконец, я оказалась возле машины.

– У вас такая красивая внучка, – услышала я голос Айдара, когда садилась в машину. – Как бы не украли.

– Ты что такое говоришь, сученыш? – зло выдохнул дедушка. – Ты что, бессмертный такие вещи говорить мне?

– Ни ты, ни я – не бессмертны, Рафаэль. Помни об этом, – усмехнулся Айдар, но что было дальше я не расслышала. Дверь сбоку захлопнулась. Через секунды дедушка разместился сбоку. Лицо его было мрачным, и я не смела ему что-либо сказать.

Пытаясь успокоиться и заодно согреться, я сунула руки в карманы. Замерла. Потому что в левом я обнаружила какую-то бумажку…

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Мы ехали молча.

Дедушка не проронил ни слова.

Только выражение его по-своему красивого лица – сосредоточенный взгляд и поджатые губы – красноречиво указывали на то, как не доволен он был случившимся.

Я не пыталась начать разговор. Потому что внутри меня разгорались странные чувства, которые могли повлиять на манеру моего общения.

Смятение, испуг и волнение.

Пожалуй, последнее чувство было особенно ярким.

Никто так не командовал мой, не прикасался, и не заставлял мое сердце трепетать…

И я, пытавшаяся успокоиться, бесцельно глядела в окно. Но видела перед собой то, что не нужно было видеть.

По пути до дома машина дважды останавливалась.

И дедушка так же дважды выходил, чтобы обсудить что-то со своими партнерами – на заправке и перед больницей.

Наконец впереди показался наш дом.

Словно альпийское шале, дом красовался посреди зимней сказки. Высокие сосны и ели, все покрытые снегом, как великаны, возвышались над нашим и остальными домами.

Кругом, разумеется, была охрана.

Дедушка удвоил её, после того случая.

Машина завернула во двор. Я сразу оживилась. Мне хотелось поскорее остаться в своей комнате. Одной.

Едва сдерживая нетерпение, я вышла за дедушкой.

Кивнула охране, которая, как всегда, ответила равнодушным взглядом. Это дедушка научил их. Чтобы не смели даже улыбнуться.

– Ух, как холодно! – выдохнула я, скидывая туфельки.

А тут, дома, как же было хорошо!

Тепло и чем-то вкусно пахло! Видимо, тетя Вера сварила щи. А я их очень любила. К тому же, я проголодалась.

Осталось только подняться наверх, переодеться.

Серебристый мех скользнул по мне, когда я начала стягивать с себя шубку.

– Ландыш, – дедушка обернулся на меня. – Тебе этот гад что-то в карман положил, или мне так показалось?

Я застыла на месте.

Не спрашивая моего разрешения, дедушка начал проверять карманы моей шубы.

Пока он это делал, я вновь почувствовала себя шестилетней девочкой, укравшей конфеты из буфета.

Вот только сегодня я ничего не украла.

Сердце в груди неприятно покалывало, кололи и кончики пальцев, но я продолжала стоять. Ровно и спокойно.

– Хм, значит – показалось, – сделал вывод дедушка и отошел в сторону.

– Я пойду. Переоденусь и спущусь на ужин, – стараясь придать лицу равнодушный вид, словно поступок дедушки не задел меня, произнесла я.

– Хорошо, Ландыш.

Я выдавила из себя улыбку и взбежала по лестнице. Какое же это блаженство – ходить босиком, без этих ужасно неудобных туфель! Хотя не спорю, они очень красивые.

Когда дверь в мою комнату закрылась, я несмело скользнула дрожащими пальцами по щеколде. Заперла.

А потом этими же пальцами нырнула в свой бюстгальтер.

Именно туда я спрятала записку от Айдара. Я даже не знала, что было там написано, но уже невероятно волновалась.

Шутка ли. Взрослый мужчина что-то написал мне.

Бумажка была небольшая.

Скомканная и теплая от моего тела. А мне, вдруг, показалось, что она была пропитана другим теплом. Айдаровым. Я смутилась. Теперь понимала, что это был довольно интимный момент – спрятать записку от незнакомого мужчины в свое декольте.

Взор мой опустился на бумажку. На ней неровным почерком было написано.

«Позвони, когда заскучаешь». И рядом – номер телефона…

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Я не стала звонить Айдару ни в тот вечер, ни потом, два дня спустя.

Но я спрятала эту записку.

Не знаю по какой причине, но я отчаянно боялась потерять его номер.

Мало того, я переписала телефонный номер в записную книжечку, которая всегда болталась в моей сумке.

Хотя, я даже мысленно не могла представить, что однажды позвоню ему.

Это было слишком… Неправильно.

Я убеждала себя в этом все три дня.

Вот и сейчас, расчесывая волосы, я напоминала своему сердцу, как это опасно – поступать не по правилам.

– Ландыш! – голос дедушки, раздавшийся с первого этажа, отвлек меня от размышлений.

Я вздрогнула, и расческа с грохотом упала на туалетный столик.

– Иду! – крикнула я в ответ и бросила взгляд на собственное отражение.

Мои светло-каштановые волосы были идеально расчесаны, и от того казались столь блестящими в теплом свете люстры.

На бледном лице ярким пламенем горели глаза.

Пожалуй, самое красивое во мне.

Они достались мне от мамы. Смесь голубого, синего и, порой, когда мое настроение менялось, к ним добавлялись оттенки серого или зеленого.

Я поднялась и провела ладонями вдоль своего наряда. Ладони зачесались от соприкосновения с шерстяной одеждой.

На мне было платье-свитер молочного оттенка и плотные колготки.

Милый наряд хорошей девочки, которая ждала в гости Вадима. Того самого, единственного ребенка Анны Сергеевны и Аркадия.

Я поспешила вниз.

В тот момент, когда я была посередине лестницы, входная дверь открылась, и в дом, принося с собой морозный воздух, прошли гости.

Анна Сергеевна в белоснежной шубе, Аркадий с красным, как у деда мороза, носом, и… Молодой парень, с которым я прежде еще не была знакома.

Он, вскинув голову, устремил на меня блестящие глаза.

Карие, как растопленный шоколад, они выражали удивление и, может даже, восхищение.

– Проходите, гости дорогие, – бодрый голос дедушки нарушил секундное замешательство, возникшее между мной и Вадимом.

– Ландыш, милая, чего там застыла, идем, поздоровайся, – дедушка с улыбкой посмотрел на меня, и я поспешила исполнить его просьбу.

– Здравствуйте, – слетело с моих губ, как только я спустилась с последней ступеньки.

– Ландыш, здравствуй! – Анна Сергеевна, игриво поправляя свои волосы, уложенные крупными кудрями, тепло улыбнулась мне. – Знакомься, наш с Аркашей сын – Вадим, парень 21 лет отроду. Будущее светило нашего банка.

– Мам, спасибо, конечно, но я уже достаточно взрослый, чтобы познакомиться сам, – Вадим тепло улыбнулся, и я подумала, что у него довольно приятная улыбка.

Да и вообще, он оказался лучше, чем я представляла его себе.

Высокий, с копной русых волос. И не какой-то заучка, а вполне даже нормальный парень.

Наверное.