IX

Я повторяю прежнее опять…

Следующие дни Феликса были настолько похожи друг на друга, что иногда казалось, что это один нескончаемый день. День, который состоял из работы и сна.

С утра – кухня в ресторане быстрого питания, потом до самой ночи поездки по городу. Еда – на ходу, на бегу. Потом короткий чёрный сон без сновидений, который совершенно не помогал, не давал отдыха. И снова работа.

К вечеру в голове гудело от шума улиц и грохота метро. Лица клиентов сливались в одно большое бледное плоское лицо. Оно было хмурым и озабоченным, как большинство лиц в транспорте и на улице. Засыпая, Феликс видел это лицо и понимал, что завтра утром всё начнётся сначала: картошка фри, котлеты, булочки, салат, а потом коробки и пакеты. И среди этой монотонной суеты не было времени (да и желания) продумать разговор со следователем. Феликс отмахивался от мыслей и предчувствий, и они сдавались, растворялись в усталости.

Почти каждый день звонил Юрка. Приглашал в гости и на работу в свой отдел. Такое впечатление, что он решил взять Феликса измором. И это у него начало получаться. Феликс понимал, что вместо того, чтобы искать третью работу лучше найти одну, но хорошо оплачиваемую. Будет больше денег и больше свободного времени. Тем более, что необязательно работать у Юрки всю жизнь. Можно перейти ненадолго, отдать долги, а потом до конца жизни ездить курьером.

И когда телефон (старый поцарапанный смартфон) запиликал в неподходящий момент в метро, где шумно, ничего не слышно и сигнал пропадает, Феликс подумал, что это снова Юрка и готов был дать положительный ответ на его предложение. Но звонок был с незнакомого номера, что взбесило Феликса. В последнее время его донимали разной рекламой в неурочное время в малоподходящем месте.

– Феликс Сергеевич? – поинтересовался женский голос из трубки.

Голос был приятным. И даже не женским, а девчачьим. Как будто звонила девочка-подросток. Феликс усмехнулся, раздражение пропало. Бедная девочка зарабатывает как может, пусть расскажет ему о чудесной банковской карте, которая решит все его проблемы.

– С вами говорит следователь Златовицкая, – ошарашила Феликса «девочка-подросток». – Я по поводу вашего заявления о пропаже айфона. Вам удобно разговаривать?

Следователь Златовицкая готова была пообщаться с Феликсом завтра в любое удобное для него время в том же самом кабинете, где он встречался со следователем Волобуевым.

Что такое? Неужели сбылось проклятие Юрки, и Волобуева, действительно, хватил инфаркт? Или он просто ушёл в отпуск, а свои дела передал на время следователю с приятным голосом. А может, он серьёзно заболел? Лежит сейчас в больнице в реанимации в тяжёлом состоянии.

Феликс отругал себя за то, что не решился предупредить противного следователя о грозящей ему опасности. Неужели его предвидение сбылось?

На следующий день Феликс снова отправился в хорошо знакомое ему отделение полиции.

Следователь Златовицкая сидела за столом следователя Волобуева, сложив руки на столе, как прилежная ученица и задавала Феликсу вопросы, которые не задал ему в своё время Волобуев. Держалась и выглядела она строго – тёмно-серый костюм, белая блузка, гладкая причёска, неброский аккуратный маникюр. За всё время разговора следователь Златовицкая ни разу не улыбнулась.

– Теперь вы будете вести моё дело? Я имею в виду, вы до конца его доведёте? Или снова передадите следователю Волобуеву, когда он вернётся? – спросил Феликс, когда все вопросы были заданы, ответы получены, а бумаги подписаны.

– Я буду вести ваше дело, – ответила Златовицкая. – Будем надеяться, что ваш айфон рано или поздно найдётся.

– Простите, пожалуйста, за такой вопрос. А что случилось со следователем Волобуевым?

– Это не имеет отношения к делу, – строгим официальным тоном ответила следователь Златовицкая.

– Извините, пожалуйста, но для меня это очень важно. Скажите, пожалуйста, он умер?

Следователь так посмотрела на него, что Феликс понял, что угадал.

– Пожалуйста, скажите, отчего он умер.

– Почему вы задаёте мне такие вопросы? Почему вы решили, что он умер?

Несмотря на свою показную строгость, следователь Златовицкая была милой и симпатичной, а ещё очень молодой. И Феликс решился. Впервые в жизни решился рассказать то, что никогда никому не рассказывал – о своём предвидении, своём даре. Следователь Златовицкая выслушала его серьёзно, без улыбки, ни разу не перебила. Когда он закончил, сказала:

– Правильно было бы ответить, что всё это вам показалось. Но я сама однажды была участницей событий необъяснимых и странных, можно сказать, мистических. Поэтому я не знаю, что вам ответить.

– Вы можете сказать, как он умер?

– Его убили.

– Убили? Вы уверены?

– Да. Мы думаем, это кто-то из подследственных, настоящих или бывших.

– Я хотел предупредить его. Пытался. Но у меня не получилось. Он мне не поверил, – сказал Феликс. – А как его убили?

– Очень странно, – начала следователь Златовицкая, но перебила себя. – Извините, это тайна следствия.

– Тайна следствия, – повторил Феликс, когда вышел из отделения полиции.

Что же такое случилось со следователем Волобуевым? Почему эта девочка-следователь назвала убийство странным? А что, если попробовать, как с Настей? Посмотреть, как произошло убийство. Конечно, это страшно, неприятно, и не факт, что он увидит убийцу. Ведь не получилось же это с Настей. Но попробовать стоит. А вдруг…

X

Каким бы счастьем было для меня —

Проснувшись утром, увидать воочью

Тот ясный лик в лучах живого дня,

Что мне светил туманно мертвой ночью.

Феликс вышел, а следователь Златовицкая задумалась. Надо ли рассказывать новым коллегам о предчувствии этого потерпевшего? Как они к этому отнесутся? Как! Посмеются, конечно, сочтут этого Феликса Сергеевича сумасшедшим. А вдруг, его рассказ поможет следствию? Да, нет, вряд ли. Чем это может помочь? Следователь Златовицкая решила пока не говорить никому о предчувствии Феликса, посмотреть, как будет продвигаться следствие.

Молодая следователь Златовицкая интересовалась делом об убийстве своего предшественника и всё о нём знала. Она бы, не задумываясь, приняла участие в расследовании. Но ей, конечно, никто этого не предлагал.

Она знала, что следователя Волобуева убили недалеко от его дома, когда он возвращался с работы. А возвращался он, когда уже стемнело. В самом убийстве не было ничего странного. Волобуева ударили ножом в шею. Удар был один – точный и смертельный. Судя по всему, человек, который его убил, был сильным и знал, как бить. Так мог действовать профессиональный убийца. Или спортсмен? Доктор Морбиус2? Профессор Мориарти? Следователь Златовицкая усмехнулась: тогда понятно, что за знак оставил преступник.

В убийстве следователя Волобуева не было ничего странного, кроме послания убийцы. Что оно может означать? Убийца решил оставить свои инициалы? Но для чего? Чтобы его быстрее нашли среди тех, кого в своё время засадил следователь Волобуев? Глупо. А может быть, наоборот, – дерзко.

Молодая следователь считала, что вполне может вести серьёзные дела, а не только скучные кражи телефонов и кошельков. Она была уверена, что если бы ей поручили дело об убийстве, она бы с ним справилась. Конечно, под руководством старших товарищей. Нескоро, наверное, будут у неё подобные дела. Ведь для своего начальства она неопытная, начинающая. Следователь Златовицкая перебирала бумаги на столе и думала, правильно ли она сделала, что выбрала эту профессию? Совсем не так представляла она свою работу. Но она не бросит её сейчас, в самом начале. А наоборот, будет делать её хорошо, лучше всех. По-другому она не умеет. Она всегда была отличницей.

И пока серьёзных дел ей не поручают, надо хорошо работать по тем делам, которые есть. Надо помочь этому бедолаге-потерпевшему Феликсу. Какой-то он грустный или уставший. Такое впечатление, что работает много, а радости в жизни у него мало. Надо найти его айфон. Наверное, все свои сбережения на него потратил

Пока следователь Златовицкая размышляла о своей работе и о Феликсе, он вышел на улицу, повернул лицо к ещё теплому осеннему солнцу, посмотрел на него сквозь ресницы. Он не любил осень. И хотя уже давно не ходил в школу, первое сентября вызывало у него не самые лучшие чувства. В этот день он сочувствовал нарядным мальчикам и девочкам с букетами и огромными рюкзаками за спиной.

Феликс повернулся, чтобы уйти и чуть не столкнулся с девушкой. Она отскочила, он начал извиняться. Девушка улыбнулась. Ветер подхватил её длинные светлые волосы, и на мгновение Феликсу показалось, что перед ним Лера. Но нет, на Леру она не похожа. Если только улыбка. Девушка прошла мимо, Феликс проводил её взглядом. И только когда она исчезла из вида, Феликс понял, что она зашла в отделение полиции. Она что, там работает? Или она такая же потерпевшая, как и он? Феликс хотел пойти за девушкой, но не решился. Солнце скрылось за облаком и стало холодно. Феликс постоял, глядя на дверь, в которую вошла незнакомка, как будто ждал, что она скоро выйдет. Но, понимая, что из отделения полиции так быстро не возвращаются, решил идти домой.