Цитаты из книг автора «Михаил Гаспаров»

. Чтобы расправиться с Фемистоклом, было прекрасное средство: остракизм, суд черепков. Раз в год афинские власти обращались к собранию: не кажется ли народу, что кто-то стал слишком влиятелен и может сделаться тираном? Если народ говорил «да», то устраивали голосование: каждый писал на глиняном черепке (по-гречески «черепок» – «остракон») имя того, кто казался ему опасен для свободы. Получивший больше всего голосов уходил в изгнание на десять лет. Он не считался преступником, такое изгнание было даже почетным: изгнан – значит, влиятелен. Но жить он должен был на чужбине. Таким остракизмом враги изгнали из Афин Фемистокла. Археологи нашли на афинской площади целую груду черепков с его именем – они были заготовлены заранее, как бюллетени для голосования.

сорок две версты с лишним от Марафона до Афин, всю «марафонскую дистанцию»,

по-латыни «строительный лес» будет «материес». А отсюда пошло то слово, которым и до наших дней философы обозначают все вместе взятое, что существует на свете, – слово «материя».

Мне девушки сказали: «Анакреон, стареешь! Вот зеркало, взгляни-ка: Твои опали кудри, И темя облысело». А я, растут ли кудри, Или давно их нету, — Не знаю, только знаю, Что старику не стыдно Тем веселей резвиться, Чем ближе смертный жребий.     Хочу запеть о Трое, Хочу о древнем Кадме, А лира моя, лира Звенит мне про Эрота. Я струны перестроил, Я лиру переладил, Я начал петь Геракла, А лира мне – Эрота. Прощайте же, герои: Как видно, петь могу я Эрота, лишь Эрота.     Как пьет земля сырая, Так из земли – деревья, А море пьет из речек, А солнце пьет из моря, А месяц пьет из солнца. Друзья мои, за что же Вы пить мне не даете?

говоришь ты нам?» – он будто бы показал афинянам на такой алтарь и сказал: «Вот об этом, которого вы, сами не зная, чтите».

Афиняне хотели дать Эпимениду талант денег, но он отказался и попросил только ветвь от их священной оливы – той, которую взрастила сама богиня Афина. С нею он и вернулся на Крит. А по разным концам Аттики еще долго стояли алтари с загадочной надписью: «Неведомому богу». И когда семь веков спустя (так рассказывают христиане) в Афины пришел с проповедью новой веры апостол Павел и его привели на Ареопаг и спросили: «О каком новом боге

Впрочем, не все верили этим рассказам о Фалариде. Говорили, будто Перилл действительно сделал и поднес ему страшного быка, но Фаларид этому так ужаснулся, что приказал схватить Перилла и самого сжечь в его медном чудовище. (Судьба его стала примером пословицы: «Не рой другому яму, сам в нее попадешь».) А потом над медной статуей совершили очищение, как после убийства, и отправили ее в Дельфы, в дар Аполлону.

Зевс устроил праздник и для всех животных выставил угощение. Не пришла одна черепаха, сказавши: «В гостях хорошо, а дома лучше». Рассердился Зевс и заставил ее вечно таскать на спине свой собственный дом.

Впрочем, ведь и сами мудрецы, когда их спросили, что на свете труднее всего и что легче всего, ответили: «Труднее всего – познать самого себя, а легче всего – давать советы другим».

Не делай того, за что бранишь других. О мертвых говори или хорошо, или ничего. Чем ты сильнее, тем будь добрее. Пусть язык не опережает мысли. Не спеши решать, спеши выполнять решенное. У друзей все общее. Кто выходит из дома, спроси: зачем? Кто возвращается, спроси: с чем? Не чванься в счастье, не унижайся в несчастье. Суди о словах по делам, а не о делах по словам. Вы скажете, что это и так все знают? Да, но все ли так и поступают?