Цитаты из книги «Собачье сердце»

Затем он почесал затылок, огляделся, и я записал новое, отчетливо произнесенное слово: «буржуи». Ругался. Ругань эта методическая, беспрерывная и, по-видимому, совершенно бессмысленная. Она носит несколько фонографический характер: как будто это существо где-то раньше слышало бранные слова, автоматически подсознательно занесло их в свой мозг и теперь изрыгает их пачками. А впрочем, я не психиатр, черт меня возьми!

В газетах появилась удивительная заметка: «Слухи о марсианине в Обуховом переулке ни на чем не основаны. Они распущены торговцами с Сухаревки и будут строго наказаны». О каком, к черту, марсианине? Ведь это кошмар!!

Прием у профессора прекращен. Начиная с 5 часов дня из смотровой, где расхаживает это существо, слышится явственная вульгарная ругань и слова: «Еще парочку».

3 часа дня засмеялся (?), вызвав обморок горничной Зины.

22-го декабря 1924 года. Понедельник.

Он подбородком лег на край стола, двумя пальцами раздвинул правое веко пса, заглянул в явно умирающий глаз и молвил: – Вот, черт возьми! Не издох! Ну, все равно издохнет. Эх, доктор Борменталь, жаль пса! Ласковый был, но хитрый

«Пойти, что ль, пожрать. Ну их в болото», – решил пес и вдруг получил сюрприз. – Шарику ничего не давать! – загремела команда из смотровой.– Усмотришь за ним, как же!– Запереть!И Шарика заманили и заперли в ванной. «Хамство, – подумал Шарик, сидя в полутемной ванной комнате, – просто глупо…»

Мясо ему давали сегодня? – Господи! Он весь дом обожрал! Что вы спрашиваете, Филипп Филиппович? Я удивляюсь, как он не лопнет!

– Зачем же ты, свинья, сову разорвал? Она тебе мешала? Мешала, я тебя спрашиваю? Зачем профессора Мечникова разбил?

«Сады Семирамиды!» – подумал он и застучал, как палкой, по паркету хвостом.