Цитаты из книги «Роковые яйца»

навсегда прикончив тот страшный и смешной жилищный кризис, который так терзал москвичей в годы 1919–1925.

«Невыносимую дрожь отвращения возбуждают во мне твои лягушки. Я всю жизнь буду несчастна из-за них

Это не Москва, и все здесь носило более простой, семейный и дружественный характер.

Он был странно старомоден. В 1919 году этот человек был бы совершенно уместен на улицах столицы, он был бы терпим в 1924 году, в начале его, но в 1928 году он был странен.

Владимира Ипатьевича Персикова. Ему было ровно 58 лет.

апреля 1928 года, вечером, профессор зоологии IV Государственного университета и директор зооинститута в Москве Персиков вошел в свой кабинет, помещающийся в зооинституте, что на улице Герцена.

известно, лягушка жены не заменит.

вид у ужа был такой, словно тот собрался куда глаза глядят, лишь бы только уйти.

– Хохлаточка, миленькая… цып-цып-цып… испей водицы, – умоляла Матрешка и гонялась за клювом хохлатки с чашкой, но хохлатка пить не желала. Она широко раскрывала клюв, задирала голову кверху. Затем ее начинало рвать кровью.

– Хохлаточка, миленькая… цып-цып-цып… испей водицы, – умоляла Матрешка и гонялась за клювом хохлатки с чашкой, но хохлатка пить не желала. Она широко раскрывала клюв, задирала голову кверху. Затем ее начинало рвать кровью.