Цитаты из книг автора «Мэтт Хейг»

Не пытайся чувствовать то, что на самом деле не чувствуешь. Не пытайся быть тем, кем ты быть не можешь.

Мы можем чувствовать спокойствие в больнице или умирать от боли, стоя на испанском утесе

Азот наших ДНК, кальций наших зубов, железо нашей крови, углерод наших яблочных пирогов созданы в недрах сжимающихся звезд. Мы сотворены из звездного вещества

Шок может быть неприятен человеку или обществу, но он является действенным политическим инструментом. Спросите любого, у кого случалась острая паническая атака, и он скажет вам, что единственное, о чем ты можешь думать в этот момент, – это сам страх. Если вы в шоке, то вы растеряны. Вы не можете мыслить трезво. Становитесь пассивными. Идете туда, куда говорят идти. Наоми Кляйн ввела термин «доктрина шока», чтобы описать циничную тактику систематического использования «дезориентации общества после коллективного шока» для корпоративной или политической выгоды. Например, нефтяные компании, использующие военный шок для проникновения в новую страну, или американский президент, использующий терроризм для продвижения жестких антимиграционных мер.

Если нам покажут кадры террористической атаки, мы в два счета представим, что в любое время в любом месте может произойти еще одна. И неважно, что умом-то мы понимаем, что у нас гораздо больше шансов умереть от рака, самоубийства или ДТП, – нашумевший террор, который мы видели в новостях, теперь занимает все наши мысли. И политики используют это, усиливают страхи и создают еще больше разногласий. Что приводит к большей нестабильности и помогает террористам делать свое дело: сеять страх. И тогда политики или политические агитаторы усиливают страх еще больше. Это сродни тому, как больные обсессивно-компульсивным расстройством постоянно заостряют внимание на своем страхе, не выходя из помещения или моя руки по 200 раз за день. На самом деле, во имя собственной защиты они больше вредят себе. Но только здесь речь идет не об индивидуальном расстройстве. Но о социальном. Глобальном.

Нас поощряют оставаться в зоне комфорта и не рисковать, потому что интернет-компании знают, что большинству людей обычно нравится слушать, читать, смотреть, есть и носить то, что они уже слушали, читали, смотрели, ели и носили. Но ведь раньше у нас не было такой возможности. Мы должны были идти на компромиссы и искать общий язык с непохожими на нас людьми. Приобретать то, что нам не нравится. И это было ужасно. Но сейчас, пожалуй, все еще хуже. Теперь мы можем люто ненавидеть любого, чье мнение отлично от нашего. Политики даже не пытаю

За десятки лет до появления Instagram, Курт Воннегут сказал: «Мы – те, кем мы притворяемся, и потому нужно очень тщательно продумывать образ, который мы на себя берем»[15]. Для эпохи социальных сетей это особенно актуально. Мы всегда представляли себя миру – выбирали, футболку какой группы надеть, что говорить, какие части тела брить, – но в социальных сетях необходимость себя представлять усилилась. Мы всегда будем на шаг позади наших онлайн-сущностей. Мы становимся ходячим товаром. Наши профили – это наши голограммы из «Звездных войн».

Электронные письма быстрее обычных. Электронагреватели быстрее огня. Стиральные машины быстрее ручной стирки в раковине или реке. Некогда трудоемкие процессы, вроде сушки волос, путешествий за 10 миль, кипячения воды или поиска данных, теперь делаются почти мгновенно. У нас есть вещи, которые позволяют экономить время и силы, например, тракторы, автомобили, стиральные машины, конвейеры и микроволновые печи. И все же большую часть жизни мы просто сбиваемся с ног. Говорим что-то вроде: «Я хотел бы больше читать / научиться играть на музыкальном инструменте / пойти в спортзал / заняться благотворительностью / готовить себе еду / выращивать клубнику / увидеться со старыми школьными приятелями / подготовиться к марафону и так далее, если бы только у меня было время». Мы часто хотим, чтобы в сутках было больше часов, но это не поможет. Очевидно, проблема не в нехватке времени, а в переизбытке всего остального.

Всю неделю я валялся на диване, провалившись в приступ тревоги, одиннадцатый по счету

Возраст цивилизации, зародившейся в Месопотамии (примерно там, где сейчас Ирак и Сирия), составляет менее 4000 лет. С появлением цивилизации события стали развиваться очень быстро, и настало время пристегнуть ремни. Деньги. Первый алфавит. Первая система записи нот. Пирамиды. Буддизм, индуизм, христианство, ислам и сикхизм. Философия Сократа. Концепция демократии. Стекло. Мечи. Военные суда. Каналы. Дороги. Мосты. Школы. Туалетная бумага. Часы. Компасы. Бомбы. Очки. Шахты. Оружие. Более современное оружие. Газеты. Телескопы. Первое пианино. Швейные машины. Морфин. Холодильники. Трансатлантический телеграфный кабель. Многоразовые батарейки. Телефоны. Машины. Самолеты. Шариковые ручки. Джаз. Телевикторины. Кока-кола. Полиэстер. Термоядерное оружие. Ракеты на Луну. Персональные компьютеры. Видеоигры. Чертова электронная почта. Всемирная паутина. Нанотехнологии.