Цитаты из книг автора «Мэри Шелли»

а смерти я боялся, хотя и не понимал, что это такое

Ты знаешь от Франкенштейна о моих преступлениях и моих несчастьях, но он не мог передать всего ужаса тех часов, дней и месяцев, когда меня сжигала неутоленная страсть. Я разрушал его жизнь, но легче от этого мне не становилось; я по-прежнему жаждал любви и дружбы, а меня отталкивали все без исключения. Разве это справедливо? Почему меня считают виновным, тогда как на самом деле передо мною виноват весь род людской?

Мое сердце создано чутким и нежным, способным отзываться на любовь и ласку; а поскольку несчастья принудили его к ненависти, это насильственное превращение обошлось ему так дорого, что тебе и не представить.

если у меня не будет привязанностей, я окончательно превращусь в чудовище. Любовь другого существа устранит причину моих преступлений, и никто обо мне и моей подруге больше ничего не услышит. Мои злодеяния – результат вынужденного одиночества, которое я ненавижу всей душой. Обретя привязанность равного мне мыслящего создания, я стану частью этого мира, звеном в цепи живущих, в которой для меня сейчас нет места.

– Зачем ты настраиваешь себя против меня? Ведь еще мгновение назад ты принял мои доводы – хотя бы из чувства справедливости.

одной цепью и отрезанные от всего остального мира. Наша жизнь будет чиста и свободна от страданий, которые я постоянно испытываю.

Если бы хоть кто-нибудь отнесся ко мне ласково, я отплатил бы ему глубокой привязанностью; ради одного этого человека я помирился бы со всем родом человеческим. Однако это мечта, а то, что я у тебя прошу, – всего лишь скромная малость. Я нуждаюсь в существе другого пола, причем столь же безобразном, как и я. Радости в этом мало, но это все, на что я могу надеяться. И этого будет вполне достаточно. Оба уроды, мы будем словно скованные

Я полон злобы, потому что несчастен. Разве все не отвернулись от меня? Ты сам, мой создатель, охотно уничтожил бы меня. Но объясни тогда, почему я должен щадить и жалеть людей больше, чем они меня? Ты ведь не считал бы себя убийцей, если бы тебе удалось сбросить меня в одну из ледяных расселин. А если бы человек жил со мной в согласии и дружбе, я бы служил ему до последнего вздоха и со слезами благодарил только за то, что он принимает мои услуги. Но это невозможно – между нами стоят непреодолимые человеческие чувства, а я не могу с этим смириться.

Эти размышления причиняли мне боль, я всячески старался отмахнуться от них, но чем больше узнавал о мире, окружавшем меня, тем большую горечь испытывал. Уж лучше б я навеки остался жить в лесах, ничего не зная и не чувствуя, кроме голода, жажды, холода и жары! Странная вещь – знание! То, что узнаешь однажды, уже не выбросить из головы, оно держится там прочно, как лишайник на камне. Иной раз мне хотелось избавиться разом от всех мучительных мыслей и противоречивых чувств, но я догадывался, что тут есть лишь один вы

ть моя была донельзя отталкивающей, и даже сама моя природа отличалась от человеческой. Я был сильнее и выше ростом большинства людей, мог выжить, питаясь самой примитивной пищей, легко переносил жару и холод. До сих пор я не встретил никого, кто был бы похож на меня. Так неужели я – чудовище, вызывающее только страх и омерзение?