Глава 1

Клару Кейси предупредили, что на обустройство нового места денег выделят немного. Суетливый администратор со звучным голосом, взъерошенными волосами и раздражающей манерой размахивать руками обвел широким жестом унылую, неуютную комнату с серыми стенами и неуместными стальными шкафами. Не на это она рассчитывала, старший консультант с тридцатью годами учебы и медицинской практики за плечами. И все же гораздо мудрее начинать работу с позитива.

Она с трудом вспомнила имя собеседника.

– Да… э-э-э… Фрэнк, безусловно, – произнесла она. – Я здесь вижу большой потенциал, если можно так выразиться.

Он ожидал другой реакции. Эта красивая сорокалетняя шатенка в элегантном сиреневом трикотажном костюме расхаживала по маленькой комнатке, как львица по клетке.

– Потенциал не безграничный, доктор Кейси, – поспешно проговорил он, – во всяком случае, боюсь, не в плане финансов. Но… пройтись краской, прикупить симпатичной мебели… Женская рука творит чудеса. – Он снисходительно улыбнулся.

Клара с трудом удержалась от резкости.

– Да, конечно, именно так я и рассуждала бы, собираясь украсить собственный дом. Но здесь совершенно другое дело. Прежде всего, я не могу работать в комнате, затерянной среди коридоров. Если я управляю этим заведением, я должна сидеть в центре – и управлять.

– Но все будут знать, где вы, на двери будет ваше имя, – сбивчиво возразил Фрэнк.

– Прикажете мне работать тут, запершись ото всех? – спросила она.

– Доктор Кейси, вы видели, как распределено финансирование, и знали, каково положение вещей, когда согласились на эту должность.

– О том, где будет мой стол, не было сказано ни слова. Ни единого. Этот вопрос мы собирались обсудить позже. «Позже» наступило.

Ему не понравилось то, с какой интонацией она это произнесла. Слишком уж это было похоже на менторский тон.

– Ваш стол будет стоять здесь.

Она испытала мимолетное искушение предложить ему называть ее просто Кларой, но ей слишком хорошо был знаком подобный тип людей. Чтобы от них чего-то добиться, им нужно постоянно напоминать о своем статусе.

– Думаю, нет, Фрэнк, – твердо возразила она.

– Может, вы покажете, где еще можно вас посадить? Кабинет диетолога и того меньше, секретарше едва хватает места для нее самой и ее папок. Физиотерапевту нужно оборудование, медсестрам – пост. Приемная должна находиться у входа. Будьте так добры, поделитесь идеями, где найти для вас кабинет, если это, абсолютно приемлемое, место вас не устраивает.

– Я расположусь в холле, – просто ответила Клара.

– В холле? В каком холле?

– В зале, куда входят через стеклянные двери.

– Но, доктор Кейси, это совершенно невозможно.

– Почему же, Фрэнк?

– Вы… окажетесь у всех на дороге, вокруг вас постоянно будут бегать туда и сюда, – начал он.

– В самом деле?

– Никакого личного пространства, это… это неправильно. Там только стол можно поставить!

– А мне ничего, кроме стола, и не нужно.

– Но, доктор, при всем уважении, вам нужно гораздо больше чем стол. Гораздо больше. Например… шкаф для документов? – Его голос звучал неуверенно.

– Я могу пользоваться одним из шкафов в кабинете секретаря.

– А где вы будете хранить истории болезни?

– В сестринской.

– Но иногда вам будет нужно побеседовать с пациентами наедине.

– Мы назовем эту комнату, которая вам так нравится, консультационным кабинетом. При необходимости каждый сможет ею воспользоваться. Покрасьте стены в спокойный, пастельный цвет, повесьте новые шторы; если хотите, я подберу. Несколько стульев, круглый стол. Хорошо?

Он понимал, что битва проиграна, но взмолился напоследок:

– Раньше дела делались иначе, доктор Кейси, совершенно иначе!

– Раньше здесь не было кардиологической клиники, Фрэнк, нет смысла сравнивать новое с никогда не существовавшим. Мы строим наше заведение с нуля, и если я буду им руководить, я буду делать это так, как считаю правильным.

Выйдя из дверей клиники и направившись к машине, Клара все еще чувствовала спиной его недовольный взгляд. Она шла с высоко поднятой головой и намертво приклеенной к лицу улыбкой. Быстро открыв дверцу, Клара буквально рухнула на водительское сиденье.

Сегодня после работы кто-нибудь непременно спросит Фрэнка, как ему новая начальница. Она дословно знала, что он ответит: «Вся из себя крутая, выскочка».

Если расспросят поподробнее, он добавит, что она жаждет власти, не может дождаться, чтобы начать распоряжаться и задавить всех авторитетом. Если бы только он знал! Но нет! Никто никогда не узнает, как сильно не хотела браться за новую работу Клара Кейси. Но она согласилась. Согласилась на год. И она будет ее выполнять.

Она выехала на послеполуденное шоссе и только тогда почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы убрать с лица фальшивую улыбку. Предстояло еще заскочить в супермаркет, купить три разных соуса для пасты. Что бы она ни выбрала, одной из девочек непременно не понравится. Сырный слишком ароматный, томатный слишком пресный, песто чересчур модный. Но хоть один из трех их, может быть, устроит. Пожалуйста, пожалуйста, пусть у них сегодня будет хорошее настроение.

Если Ади и ее приятель Джерри снова устроят идеологический спор об окружающей среде, китах или птицефабриках, она не выдержит. Или если у Линды случится очередной мимолетный роман с каким-нибудь неудачником, который даже не перезвонит ей.

Клара вздохнула.

Говорят, девочки ужасны в подростковом возрасте, но после двадцати снова чудесны. У Клары, как обычно, все пошло не так. Чудовищны они сейчас, в свои двадцать три и двадцать один, а подростками были не так уж и плохи. Хотя, конечно, тогда Клара жила с этим ублюдком Аланом и жизнь казалась гораздо проще. В некотором смысле проще.

Ади Кейси пришла домой. Она жила здесь с сестрой и матерью. Ее сестра Линда называла это место Климактерическим замком. Очень смешно, обхохочешься просто.

Мама еще не приехала. Это хорошо, подумала Ади: можно завалиться в ванну, она как раз купила на рынке по дороге домой новые ароматические масла. Еще она купила натуральных овощей, а то неизвестно, какую химию принесет из магазина родительница.

Увы, из ванной доносилась музыка. Сестрица Линда пришла первой! Мама когда-то говорила о второй ванной. Хотя бы о душевой комнате! Но в последнее время эта тема не всплывала. И сейчас явно не лучший момент, учитывая, что мама не получила хорошую работу, на которую так надеялась. Ади приносила домой не много денег, но преподаванием особо и не заработаешь. Линда не приносила ничего. Она еще училась, а поискать подработку ей и в голову не приходило. Делами распоряжалась мама, она же принимала все решения.

Не успела Ади зайти к себе в комнату, как резко зазвонил телефон. Отец.

– Как поживает моя красавица-дочь? – спросил он шутливо.

– Думаю, принимает ванну, пап. Позвать ее?

– Я тебя имел в виду, Ади.

– Ты имеешь в виду того, с кем говоришь, пап, как обычно.

– Ади, пожалуйста… Я только пытаюсь поддерживать беседу, не устраивай скандал на пустом месте.

– Хорошо, папа, прости. Так в чем дело?

– Неужели я не могу просто поздороваться с мо…

– Нет. Ты звонишь, когда тебе что-то нужно. – Ади всегда отличалась острым язычком.

– Мама будет вечером дома?

– Да.

– Во сколько?

– Папа, это семья, а не учреждение, где люди регистрируются на входе и выходе.

– Я хочу поговорить с ней.

– Так позвони ей.

– Она не перезванивает.

– Значит, приезжай.

– Ты же знаешь, она этого не любит. Личное пространство и все такое.

– Папа, по-моему, вы заигрались, я уже успела вырасти. Разбирайтесь сами, а?

– Не могли бы вы с Линдой погулять сегодня вечером? Я хочу поговорить с ней.

– Нет, мы не могли бы.

– Я угощу вас ужином.

– Ты заплатишь, чтобы мы ушли из собственного дома?

– Ну пожалуйста, помоги мне с этим.

– С какой стати? Ты, если мне память не изменяет, не особенно утруждался помощью ближнему.

– Тебе трудно сделать для отца такую малость?

– Пап, мы с мамой собирались устроить семейный ужин и отпраздновать ее выход на новую работу. Мы давно это запланировали, и я не хочу портить ей вечер. Извини.

– Я в любом случае приеду. – И он повесил трубку.

Линда вышла из ванной вся мокрая, завернувшись во влажное полотенце. Ади неодобрительно посмотрела на сестру. Линда ела что попало, курила, пила и при этом выглядела прекрасно, ее длинным мокрым волосам могла позавидовать дама, только что вышедшая из парикмахерского салона. Нет в жизни справедливости.

– Кто звонил? – поинтересовалась Линда.

– Папа. Чокнулся напрочь.

– Чего хотел?

– С мамой поговорить. Предлагал заплатить нам, чтобы мы ушли сегодня гулять.

Линда оживилась:

– Правда? И сколько?

– Я сказала – нет. Это не обсуждается.

– Ты много на себя берешь.

– Позвони ему и передоговорись, если хочешь. Я никуда не иду.

– Думаю, все дело кое в чем на букву Р, – предположила Линда.

– С какой стати им теперь разводиться? Раньше надо было. Она не вышвырнула его, когда это нужно было сделать. А сейчас у них прекрасные отношения. У него есть его фифа, у мамы – мы. – Ади искренне не понимала, зачем что-то менять.

Линда пожала плечами:

– Бьюсь об заклад, его фифа беременна, и именно об этом он хочет поговорить.

– Боже, – вздрогнула Ади. – Теперь я уже жалею, что не согласилась на ужин, если из-за этого весь сыр-бор. Пожалуй, я перезвоню ему.

Немного поразмыслив, она решила обойтись сообщением:

Дом будет свободен от детей с 7:30 вечера. Мы ушли в «Квентин». Пришлем тебе счет. Люблю, Ади

* * *

– Алан? Алан, в трубке помехи. Ты слышишь меня? Это Синта.

– Я узнал, милая.

– Ты сказал ей?

– Как раз еду к ней, милая.

– Ты не сдрейфишь, как на прошлой неделе?

– Все произошло не совсем так.

– Главное, чтобы это не произошло снова, пожалуйста, Алан.

– Милая, можешь на меня положиться.

– Придется, Алан, на этот раз просто придется.

Клара вошла в дом. Вокруг стояла подозрительная тишина. Наверное, девочки уже дома. На полу ванной лежали мокрые полотенца, так что Линда точно приходила и принимала ванну. На кухонном столе валялись листовки, призывающие к повторному использованию пластика, значит Ади тоже уже вернулась. Но теперь, очевидно, дома их нет.

Тут Клара заметила записку на холодильнике.

В 8 приедет папа. Тоном, не допускающим возражений, сообщил, что хочет поговорить с тобой с глазу на глаз, и предложил оплатить нам ужин, так что мы отправляемся в «Квентин».

Любим, целуем.

Ади

Ну что еще ему надо? И именно сегодня, после этого бесконечного, изматывающего и разочаровывающего дня, после знакомства с этим бездушным местом, где ей придется работать весь следующий год. После часов притворства и подковерной борьбы за рабочее пространство с докучливым больничным бюрократом. После беготни по магазинам в поисках соусов для пасты, которые устроят ее привередливых дочерей. И вот теперь они ужинают в модном ресторане, а Кларе придется общаться с Аланом. Интересно, что ему понадобилось на этот раз, ведь они вроде худо-бедно утрясли все финансовые вопросы.

Клара убрала еду. Никаких угощений для Алана. Больше никогда. Прошлого не вернуть. Она достала из холодильника минералку, а две бутылки австралийского «Совиньон блан» спрятала поглубже, за йогуртами и обезжиренным паштетом. Там Алан их ни за что не найдет, а ей они могут очень пригодиться после его ухода.

Ади и Линда радостно уселись за столик в «Квентине».

– На счет во-о-он с того столика можно было бы в течение недели кормить небольшую страну. – Ади не одобряла подобное расточительство.

– Да, но кормежка была бы скучной, без огонька. – Линда скорчила смешную гримаску.

– Неужели мы с тобой родные сестры? – изогнула бровь Ади.

– Ты вечно задаешь этот вопрос, – хмыкнула Линда, потягивая «Текилу санрайз».

– Как думаешь, когда он уйдет? – полюбопытствовала Ади.

– Кто, парень за тем столом?

– Дура! Я про папу!

– Когда добьется, чего хочет. Разве он чем-то отличается от остальных мужчин? – Линда поискала глазами официантку. Еще один коктейль с текилой, и можно будет сделать заказ.

Не успела Клара переодеться в домашнюю одежду, как зазвонил телефон. Мама интересовалась, что представляет собой новое место работы.

– На полу есть ковер? – Ее интересовала практическая сторона.

– Там везде такое… современное покрытие.

– Значит, нет. – Клара явственно представила, как мама поджимает губы. Она поджимала их, когда Клара обручилась с Аланом, вышла замуж за Алана, разошлась с Аланом. Кларина жизнь давала маме немало поводов поджимать губы.

Потом ее подруга Дервла позвонила спросить, какое у Клариного рабочего места настроение.

– Грибы и магнолия, – ответила ей Клара.

– Боже, в каком смысле?

– Там сейчас такая цветовая гамма.

– Но это же можно изменить.

– Можно, конечно.

– Значит, ты расстроена не из-за цветовой гаммы.

– Кто это расстроен?

– Ой, понятия не имею. Познакомилась с коллегами?

– Нет, там ни единой живой души, все вымерли.

– То есть все плохо, да?

– Как обычно, Дервла. – Клара вздохнула.

– Слушай, Филип на встрече, так что ужинать не будет. Хочешь, заскочу с бутылочкой вина и прихвачу полкило сосисок? Когда-то это помогало!

– Не сегодня, Дервла. Этот ублюдок Алан заплатил девочкам, чтобы они поужинали в «Квентине», ему вдруг приспичило со мной поговорить строго конфиденциально. Не пойму, что еще ему от меня понадобилось.

– Вчера на собрании один из пунктов повестки назывался ЭУА. Так я на полном серьезе подумала, что они имеют в виду Этого Ублюдка Алана.

– А что оказалось на самом деле? – рассмеялась Клара.

– Понятия не имею. Эмоционально уравновешенные алкоголики, этика утраченных амбиций, черт его знает, я не интересовалась.

– М-да, заподозрить в тебе наличие мозгов может только хорошо знакомый с тобой человек, а со стороны ты, дорогая, вылитая блондинка, и это не комплимент.

– Это же отлично работает!

– Мне бы твой талант. В общем, не знаю, чего хочет Алан, но, что бы это ни было, он этого не получит.

– А зачем упираться, если это что-то для тебя неважное? Конечно, можно поломаться для приличия, но если тебе это безразлично, то дай ему, что попросит, и живи спокойно.

– Вопрос в том, что́ он попросит. Дом он не получит. Девочки ему не нужны, к тому же они достаточно взрослые, чтобы идти куда захотят, и к нему их ни капли не тянет.

– Может, он болен ангиной и ему нужен врач?

– Я его никогда не лечила. С самого начала устроила, чтобы он ходил к Шону Марри.

– Тогда, может, захотел жениться на молоденькой и ему нужен развод?

– Нет, он изо всех сил увиливает от брака с ней.

– А ты откуда знаешь?

– Девочки рассказывали, да и он тоже, когда думает, что я готова слушать.

– А ты готова его слушать?

– Не очень. Знаю, вы все считаете, что нужно было давным-давно покончить с этим раз и навсегда. Как знать. Но что сейчас об этом говорить…

– Ладно, удачи тебе, Клара.

– Жаль, не получится в этот раз посидеть с вином и сосисками.

– Ничего страшного, в другой раз.

Клара заглянула в почту. Письмо из магазина красок – таблицу цветов можно забрать завтра утром; письмо от кузины из Северной Ирландии – их дамский клуб собирается в Дублин, не знает ли Клара, где там можно припарковать автобус, пообедать, купить сувениров и подышать воздухом страны и чтобы цены были не астрономические. Заглянул сосед, собирающий подписи под просьбой о запрете поп-концерта, который оглушит их через три месяца. В восемь вечера раздался звонок в дверь, на пороге стоял Алан.

Он хорошо выглядел. Чересчур хорошо. Намного моложе своих сорока восьми. Лимонно-желтая рубашка апаш под темным пиджаком. Немнущаяся ткань, машинально отметила Клара. Его фифа не будет наглаживать воротники и манжеты. Бывший муж держал в руках бутылку вина.

– Я подумал, так будет приличнее, – пояснил он.

– В каком смысле?.. – недобро прищурилась Клара.