Читать книгу «Как перевоспитать герцога» онлайн полностью📖 — Меган Фрэмптон — MyBook.

О боже! Не собрался ли он сообщить ей о какой-то своей ужасной привычке? Или о том, что он всегда мечтал вести жизнь домашнего кота, с герцогским титулом, разумеется?

– Конечно, ваша светлость.

– Я никогда прежде не жил под одной крышей с ребенком.

«Тоже мне сюрприз!»

– В самом деле?

– И поэтому я должен вас попросить помочь мне найти с ней общий язык.

Его готовность признаться в том, что он не все на свете знает, тогда как в ее представлении все герцоги были завзятыми всезнайками или, на худой конец, считали себя таковыми, потому что им это внушали окружающие, смягчила ее сердце.

А этот мягкий свет в его глазах, когда он говорит о Роуз, тоже не мог оставить ее равнодушной.

– Я готов гарантировать вам трудоустройство на протяжении как минимум трех месяцев. – Герцог продолжал говорить уже хорошо знакомым Лили холодным, сдержанным тоном, не подразумевающим никаких личных симпатий. – Или до тех пор, пока Роуз не будет определена куда-нибудь в другое место.

Следовательно, ее помощь понадобится ему на ограниченный период времени. Она проработает на него ровно столько, сколько будет необходимо для того, чтобы доказать свою состоятельность, и по окончании установленного им срока она получит столь необходимые агентству положительные рекомендации от самого герцога Резерфорда. Пока все складывается как нельзя лучше и для нее, и для агентства.

«Именно так – как нельзя лучше», – с нажимом повторила Лили засомневавшейся себе.

– Вот. – Маркус схватил с секретера куклу и сунул ей в руки. – Возьмите. Для Роуз, – уточнил он, словно Лили могла подумать, что он дарит куклу ей.

Лили взяла куклу из его рук, и пальцы их соприкоснулись. Контакт немедленно вызвал к жизни множество образов, как в калейдоскопе промелькнувших у него в голове. Он представлял, как его пальцы скользят по ее ладони вверх, к запястью, и выше, к локтю, и еще выше, к ключице. Он живо представлял, как пальцы его скользят по нежной коже ее шеи к затылку, как нежно, но настойчиво надавливают на основание черепа, облегчая задачу губам, которые входят в контакт с его губами и…

– Вы очень добры. Как вам удалось так скоро найти куклу? – спросила она, и ее болотно-ореховые глаза сделались светлее на два тона и на два тона теплее и приобрели особенный золотистый оттенок.

Слава богу за то, что Он не научил ее читать мысли.

– Я спросил Томпсона, не завалялись ли где в доме игрушки. – Он пожал плечами, вдруг почувствовав смущение. – Это такая мелочь, и я подумал, что она обрадуется.

Лили улыбнулась, обнаружив ямочку на щеке. И, с тревогой подумал Маркус, обнаружив в нем желание лизнуть эту ямочку.

Откуда брались все эти побуждения?

Если честно, он знал, откуда. Маркус с трудом подавил побуждение опустить глаза и посмотреть на себя. Правильнее было бы задаться вопросом, почему все это с ним происходит.

Но для того, чтобы рассмотреть возможные варианты ответа на этот вопрос, он должен подождать. Дождаться, когда она уйдет, оставив его одного.

– Она очень обрадуется, ваша светлость, – ответила Лили. – А сейчас, если вы позволите, я должна заняться поисками мистера Сопелкина.

«Мистера… Ах да, это же кот».

– Конечно. – Он наблюдал за тем, как она поворачивается лицом к двери. – Подождите.

Девушка обернулась, прижимая куклу к груди.

– Да, ваша светлость?

– Я бы хотел присоединиться к вашим поискам, если можно.

Он не мог не заметить насмешливого блеска в ее глазах. И губы ее были как-то странно поджаты. Словно она из последних сил сдерживала смех.

– Да, я знаю, что титулованные особы обычно не охотятся на домашних котов, – сказал он, отвечая на ее невысказанный вопрос, – но если это принесет радость девочке…

– Роуз, – подсказала она, и кислая мина вернулась.

– Да, Роуз, – нарочито громко произнес он. – Если это принесет радость Роуз, я готов помочь.

– Это, конечно, вам решать, – проговорила она таким тоном, словно сомневалась в его способности отыскать собственный нос на собственном лице, не то что кота, который, надо думать, забрел в поисках мышей в самые отдаленные закутки подвала.

Маркус мог отыскать свой нос. В этом он был уверен. Но на всякий случай он поднял палец и прикоснулся к кончику своего аристократического носа. А теперь у Лили сделалось такое лицо, словно он ввел ее в ступор.

Чем же он так ее потряс? Способностью отыскать собственный нос?

– Может, вначале нам стоит проведать Роуз и сообщить ей о наших планах? – Он подумал, что его предложение звучит очень даже разумно, и она, очевидно, подумала так же. Если судить по тому, что ее губам вернулась естественная пухлость.

– Да, это определенно здравая мысль.

– Рад получить от вас одобрение, – сухо заметил герцог.

– «Одобрение» слишком сильное слово, ваша светлость, – произнесла Лили тоном, которому хотела придать едкости, а получилось очень даже пикантно. Изысканно и вкусно. С приятной кислинкой, от которой аппетит разыгрывается еще сильнее.

Лили направилась к двери, и он пошел следом, изо всех сил стараясь не очень обращать внимание на крутой изгиб, знаменующий переход от тонкой талии к пышным бедрам. И не замечать, как колышущийся подол открывает узкие лодыжки, облаченные в удручающе толстые шерстяные чулки. И не смотреть на ее затылок, на ту самую нежную впадинку, которую ему так хотелось поцеловать.

Он трудился изо всех сил. Разумеется, для выполнения этой сложной работы, заключающейся в том, чтобы сознательно не замечать того, что само бросается в глаза, требуется немало терпения и выдержки – тех самых двух качеств, которые до сих пор оставались невостребованными. Придется тренироваться. Вырабатывать в себе эти ставшие необходимыми качества. Учиться им. Возможно, в качестве учителя он должен нанять ту же гувернантку.

Хотя, продолжал рассуждать Маркус, старательно ничего не замечая, этот шаг поставит его в еще более трудное положение.

Лили поднималась по пугающей своим величием лестнице в комнату, где она оставила Роуз, спиной чувствуя взгляд идущего следом герцога. Она была в смятении. Слишком много сильных впечатлений за один день, из которых самое сильное – знакомство с герцогом Резерфордом. Герцогом, которого она про себя окрестила Сердцеедом, имея в виду в первую очередь свое собственное сердце. Насколько ей было бы проще, если бы первый герцог, пожелавший воспользоваться услугами агентства, был бы лет на тридцать старше этого, а еще лучше, если бы он был не просто старым, а еще и плешивым и горбатым.

Лили прекрасно понимала, что эти несколько месяцев не будут для нее легкими, если она не научится управлять своими чувствами и эмоциями. Но как заставить себя не краснеть некстати? Как заставить себя не думать постоянно о хозяине этого дворца, в котором так много комнат? Стоило лишь издали увидеть его дом, чтобы понять: хозяин этого дома всегда получает то, что хочет. А после личного знакомства с хозяином у Лили не осталось никаких сомнений: если он чего-то (или кого-то) захочет, то он свое получит.

И что же ей теперь делать? Бежать из этого дома куда глаза глядят? «Хватит себя накручивать, – решила Лили. – Сейчас не о герцоге Сердцееде надо думать, а о котенке по имени мистер Сопелкин. Вернее, о том, где мистер Сопелкин может прятаться». Открывая дверь в спальню Роуз, Лили уже успела разработать план поисковой операции. Но искать мистера Сопелкина так и не пришлось. Кот сидел на полу и довольно мурлыкал. А Роуз, которая тоже сидела на полу и выглядела вполне довольной (разве что не мурлыкала, как мистер Сопелкин), чесала кота – полностью черного, с белыми отметинами – за ухом.

То есть не полностью черного.

– Мистер Сопелкин, надо полагать?

Роуз обернулась и подняла глаза на герцога. Щеки ее были все еще влажными от слез, но лицо уже сияло улыбкой.

– Он вернулся сразу после того, как вы ушли. Это вы, должно быть, его вспугнули.

Обидные слова мисс Роуз адресовала Лили, которая уже открыла рот, чтобы возразить девочке, которую застала в слезах из-за пропажи кота, из чего следовало, что кот пропал еще до прихода Лили. Но герцог быстро притронулся к ее рукаву, и Лили решила промолчать.

Итак, они стали заговорщиками.

Заговорщиками, готовыми забыть взаимные обиды и объединить усилия ради достижения общей цели. «Какое опасное романтическое заблуждение!» – тут же осадила себя Лили. Вы с ним на разных полюсах, и никаких общих стремлений у вас быть не может. Уж лучше восхищаться его носом, чем строить воздушные замки. Даже у самой отъявленной фантазерки хватит ума не ждать симпатии от герцогского носа!

Лили сделала глубокий очищающий вдох и лишь после этого отважилась обернуться и взглянуть на него. И вновь поразилась глубине и пристальности его взгляда. Глаза у него были темно-карие, почти черные, и брови его тоже были очень темными, почти черными, густыми и на редкость выразительными.

– Спасибо, ваша светлость. Думаю, дальше мы справимся без вас.

Лили судорожно сглотнула, осознав, что сделала. Фактически она велела герцогу убираться вон. Неслыханная наглость! И, судя по выражению лица герцога Резерфорда, его оценка поступка Лили целиком совпадала с ее собственной.

– Дамы, прошу меня извинить, – с металлом в голосе сказал герцог. – Срочные дела не позволяют мне дальше наслаждаться вашим обществом. – С легким поклоном он развернулся и направился к двери, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень раздражения.

– Герцог, – звонко окликнула его Роуз.

Он обернулся, и лицо его расплылось в улыбке.

«О боже, – подумала Лили, – только не смотри на меня таким же взглядом, не то я растаю и превращусь в лужу. И испорчу ковер».

– Да, Роуз?

– Спасибо за то, что взяли меня к себе.

Роуз поблагодарила герцога будничным тоном, без пафоса, словно переезд в дом с пугающим количеством комнат был для нее обычным делом, и, не мешкая, вернулась к прежнему занятию – игре с котенком. Трудно сказать, что чувствовали присутствующие дети (то есть котенок и девочка), но двое взрослых на время лишились дара речи.

Герцог выбирает развлечение сообразно собственным желаниям при условии, что выбранное развлечение не нанесет ущерб его репутации, его состоянию и обществу в целом.

Таким образом, выбор развлечений ограничивается познавательным чтением, жуированием, беседами с лицами, являющимися подходящей для герцога компанией, и, возможно, заботой о благовоспитанном животном, находящемся в собственности герцога.

«Энциклопедия этикета для герцога»