Цитаты из книг автора «Maureen Johnson»

Хандра – занятие для слонов и депрессивных людей. И депрессивных слонов.

Магнус почувствовал то, что французы называют дежавю. Ему показалось, что он здесь уже был. Ну конечно, двадцать пять лет назад!

На следующий день прием у Сен-Клауда

Философия жизни Магнуса заключалась в том, чтобы всегда двигаться вперед, и в местечках вроде Мокекуа он еще отчетливее понимал, почему это необходимо.

– Не волнуйтесь, – заметила я. – Любой, кто произносит слово «секси», автоматически лишает себя шансов.

– Девочка тоже может меняться, – сказала я. – Не в этом суть. Я о том, что, если кого-то любишь, ты должен это показывать. Потому что нам дана только одна жизнь, Джеб. Только одна. – Внутри у меня все привычно сжалось от отчаяния. – Неужели ты не можешь попытаться показать это, хотя бы потому, что знаешь, что для меня это важно?..

– Не говори мне, что они участвовали в беспорядках на фирме «Флоби» в Шарлотте.

Это просто катастрофа, когда кто-то начинает подтачивать стену, разделяющую дружбу и поцелуи. И когда такая стена рушится, у истории может быть счастливая середина – ой, посмотрите-ка, стена рухнула, я увидел в тебе девчонку, а ты во мне – парня, и теперь мы поиграем в веселую игру под названием «А можно я положу вот сюда руку, а сюда, а сюда?».

– Хотя несправедливо плохо относиться ко всем черлидершам, – сказала Джубили. – Мы плохо относимся только к тем, у кого имя рифмуется с кто я.

Поэтому я ему поддалась. Я ему поддалась, и это оказалось восхитительно. Так восхитительно, что я не понимала, почему раньше ему сопротивлялась. Настолько восхитительно, что я подумала: Господи, где же оно было все это время? Никакого напряжения, никаких путаных сомнений, никакого «я», «я», «я». Потому что, блин, это классное ощущение. И, блин, это ощущение чистоты. И, может быть, я на самом деле светлая, как говорил Натан, и я могла бы… сохранить этот свет и никогда, никогда больше не думать, что никто меня не любит, не ценит, не жалеет и что пойду я на помойку – наемся червячков. Могло ли это произойти со мной? Могла ли я, Аделина Линдси… преобразиться?