II. Союз Врагов: Ритуальный поединок

Солнце светило над Союзом Врагов Идеи ничуть не слабее, чем над любым другим местом земли. Это вызывало ярость у его обитателей, хотя они и понимали, что без солнечного света они не смогут ничего выращивать. Они приспособились к палящим лучам, как только могли. Жители стали вести ночной образ жизни, а днем сидели в домах либо ходили по подземным туннелям, с трудом прорытым многими поколениями прежних жителей этого места.

Они были такими же людьми, как и все остальные. Солнце не вредило им. Напротив, без его света их здоровье на порядок ослабело. Но солнце было главным символом Идеи, а значит, они не могли себе позволить подчиниться его свету. Это поставило бы крест на их самомнении.

Исключение делалось лишь для заходящего Солнца. Мало того, что заход Солнца символизировал победу над Идеей, так еще и солнечный свет обретал красные оттенки, а красный был любимым цветом Врагов – не людей, живущих на этих островах, а истинных Врагов, которые бродили в мире, как невидимые фантомы. Чтобы избежать путаницы, во всех письмах и документах слово «враг» писали с маленькой буквы, когда речь шла о людях, и с большой – если говорили об истинных и изначальных Врагах Идеи. Возможно, этим Врагам с большой буквы как-то удавалось подкрашивать закатные лучи в более красные оттенки, чем те могли бы быть сами по себе. Если это и правда было так, значит, провернуть такой фокус было единственной задачей, на которую фантомы были действительно способны. Кроме этого они могли только страстно шептать в надежде быть кем-то услышанными и манипулировать слабым сознанием некоторых людей.

В этот вечер Союз Врагов Идеи вновь стал пробуждаться ото сна. Тяжелые хтонические твари проревели своим отвратительным гулом о начале нового дня и с трудом взмыли в пурпурные небеса. Эти существа хотя и имели один или несколько больших хвостов, но могли похвастать лишь маленькими крылышками. Из-за этого им приходилось очень часто махать ими, чтобы с трудом поднять в небо свою тяжелую тушу и ближе посмотреть на красные облака. Там, в облаках, они пили прохладную влагу с кислым привкусом и напивались после дневного сна. Когда две таких твари встречались в небе, то приветствовали друг друга оглушительным ревом.

Летали они повсюду, в том числе и над главной хибарой, которая красиво именовалась замком. Это была небольшая постройка из темного от пыли и грязи грубого камня. Эти груды камней, скрепленные прочным раствором, образовывали кривое здание с несколькими низкими башнями. Но и эти башни могли рассекать небо, когда облака опускались чересчур низко. На стенах горели факелы: в темноте ночи эти огни были подчас единственным ориентиром для всех жителей, и по этим огням они могли примерно понимать, где находятся.

Если просто прислониться к поверхности камней, из которых был сделан замок, то можно было легко разодрать себе кожу от острых неровностей. Тогда заражение крови было бы обеспечено.

В замок вели тяжелые бронзовые ворота с грубой техникой резьбы. На них были какие-то кривые завитки, но едва ли хоть один житель обращал на них внимание. Эти ворота вели во внутренний двор с садами, невидимыми ночью. Сады были покрыты вьющимися растениями и кустарником. Какие-то существа постоянно копошились в подстилке из листвы. Их никак не получалось поймать: они были слишком ловкие и сразу же прятались под землю. Решили вовсе не трогать их. Но и подходить к ним слишком близко никто не хотел: судя по следам, которые те оставляли у основания стволов деревьев, у них были большие и острые зубы.

После внутреннего двора начиналась сеть темных и душных коридоров, иногда заканчивающихся комнатами разной степени роскоши или убожества. Но главным помещением замка был, конечно же, ритуальный зал. В этом зале часто происходило что-то, что было из ряда вон выходящим для стороннего зрителя, но весьма однообразным для жителей этого Союза. Впрочем, сторонних зрителей тут не бывало никогда.

Сейчас человек, избранный Верховным Жрецом и отрекшийся от собственного имени ради этой должности, сидел в высоком кресле и тяжело вваливался внутрь. Его худые руки лежали на широких подлокотниках, а ноги облокачивались на последнюю ступеньку невысокой лестницы, ведущей на кресло. Назвать это кресло троном все же было бы слишком пафосно.

Этот пожилой человек, очевидно, уже уставший от всего на свете, был закутан в темный плащ с красными спиралевидными узорами. Этот плащ плохо пропускал воздух, поэтому человек был покрыт потом. Его лицо от самого носа и до макушки было заключено в медную тяжелую маску. Наверху этой маски был большой диск с выгравированным на нем кривым овалом. Руки Жреца покрывали красные перчатки. Ему было очень жарко и душно, но он не имел права снять эту одежду или хотя бы попросить кого-то открыть окно. Маленькие окна и так были открыты, но приносили слишком мало прохлады, ведь по периметру зала висели десятки керосиновых горелок, освещавших красную бархатную дорожку в центре зала, ведущую к самому креслу Верховного Жреца.

По бокам от этой дорожки толпились несколько десятков человек в белых масках, закрывающих все лицо. Все они, как и Верховный Жрец, смотрели в самый центр зала, на середину бархатной дорожки. Там происходило основное действие еженедельного ритуала «поддержания жизни».

На ней, с короткими кинжалами в руках, друг напротив друга стояли два человека в медных масках и темных бесформенных плащах. Они сами выглядели как фантомы. Не было видно ни единой части их тела. Только плащи до пола, черные перчатки и маски, закрывавшие не только лицо, но и всю голову. Их уже не воспринимали как людей. Только как некие образы Смерти и Жизни. Но кто из них станет образом Смерти, а кто – Жизни, только предстояло узнать. Один из них должен был убить другого в этом ритуальном бою, чтобы пролить кровь, которая была так сладостна для истинных Врагов Идеи. Истинный Враг тоже присутствовал в этом зале, хотя и незримо: Идея навеки запретила всем Врагам иметь видимую оболочку. Они могли только смотреть.

Тот, кто выйдет победителем, примет образ Смерти, потому что он – убийца, как и сама смерть. А тот, кто проиграет, примет образ Жизни, потому что его пролитая кровь стала пищей и жизнью для истинных Врагов.

Удар в тяжелый гонг.

Бой начался.

Двое юношей в ритуальных одеждах стали ходить по кругу, выжидая момента, чтобы нанести фатальный удар. Такие бои могли длиться долго, а могли кончиться в первую же секунду.

Но Верховный Жрец, видевший этот бой уже сотни раз, не питал к нему никакого интереса. Более того, он был бы счастлив, если бы кинжал вонзился в него самого. У него ныло все тело: от старости, от духоты, от жесткой и тяжелой маски. От скуки. Он давно не испытывал положительных эмоций, но груз ответственности заставлял его продолжать влачить жизнь. Его избрал предыдущий Верховный Жрец, и он сам тоже обязан был избрать себе преемника. Говорят, первыми Верховными Жрецами были еще темные фантомы, но… правда ли это? Как давно это было?

Теперь лидер врагов Идеи уже не плакал. У него не было на это сил. Он просто смотрел на поединок без единой эмоции. Среди приглашенных гостей были те, кто тоже скучал. Некоторые, помоложе, следили за боем с интересом.

Участие в этом поединке – это честь или наказание? Официально, конечно, честь, а по факту… Тут точки зрения делились, но свои мнения все оставляли при себе. Люди, собравшиеся в этом зале, скорее всего, точно считали, что это большая честь. И Верховный Жрец по старой памяти, а точнее по инерции, тоже так считал.

Он уставшими и почти невидящими глазами следил, как в душной факельной гари двое человек закончили кружить в ожидании реакции противника и принялись драться, размахивая кинжалами. Они ловко уворачивались, и пока еще ни один кинжал не достиг мясистой цели. Этот бой напоминал постановочный танец в старинных декорациях. По краям плотной пеленой сходился полумрак, и два юноши в медных масках и темных плащах изящно извивались, будто в ритме неведомого танца. Но музыки не было. Была лишь ее иллюзия: настолько легкими выглядели движения дерущихся. Они готовились к этому поединку многие месяцы, и они оба знали: все должно пройти изящно. Это не только поединок, но и Танец Жизни и Смерти. И за ним наблюдают не только их сородичи, но и истинные Враги Идеи. Это – бальзам для их глаз.

Но Верховному Жрецу было очень тяжело. Его шея предательски болела. Он мысленно молил: «Поскорее бы они закончили! Поскорее бы!»

В ушах раздавался звон: это кровь приливала от напряжения к ушным раковинам. Зубы сжались и заскрипели от натуги. Старик завидовал этим дерущимся людям. Они двигались так легко и грациозно, что казалось, им драться куда проще, чем ему самому просто усидеть на стуле. Он завидовал им обоим: и тому, кто победит, и тому, кто погибнет.

Голос, который нечасто, но навязчиво обращался к Верховному Жрецу, вновь стал слышен. Будто бы некая невидимая никому сущность вновь стояла у него за спиной и нашептывала. Только вот это не был шепот: это был громкий голос, но никто, кроме Жреца, не мог его услышать. Самому Жрецу было достаточно бессловесно пошевелить губами в качестве ответа. Темный собеседник понимал его даже так. Разумеется, темным он был лишь по сущности, а не по внешности. Внешне он не выглядел никак. Его просто не было заметно.

– Сидишь, значит, – хрипя, прогудел темный фантом. Старик дернулся от неожиданности, но тут же взял себя в руки.

– Полагаю, Вам приятен этот ритуал. Это кровь для Вас, мой Повелитель! И конечно, я сижу и смотрю. Таков мой долг.

– Тебе это не в удовольствие, – заметила сущность.

– Это мой долг, – повторил Верховный Жрец. – Я слишком много раз видел это зрелище, чтобы восторгаться им. В остальном же мне очень нравится то, что происходит.

Фантом мог читать мысли, поэтому лгать ему было бессмысленно.

– Мне тяжело сидеть здесь, в такой одежде.

– Это знак покорности, – напомнил ему фантом. – Тебе и так уже оказана великая честь. Ты стал Верховным Жрецом. Так что даже не думай возмущаться.

– Да, разумеется, – устало кивнул старик. – Но ведь, мой Повелитель, Вы явились ко мне не просто так, верно? Вы редко говорите со мной. И еще ни разу Вы не обращали ко мне голос безо всякого повода.

– Мне неинтересно говорить с тобой, ничтожество, – с усмешкой ответил фантом. – Поэтому я говорю лишь тогда, когда мне это нужно.

– Я знаю, мой Повелитель, – вновь кивнул Жрец. – Так что же Вам нужно?

– Мне нужно, чтобы ты работал усерднее! Ты свел служение моей великолепной персоне до чистой формальности. Сидишь тут и смотришь на ритуальный поединок. Ты и не скрываешь, что тебе скучно на него смотреть. Думаешь, мне нравится такое отношение? Я жажду кое-чего совсем иного. А уж явно не этого.

– Как же так? – удивился Верховный Жрец. – Я думал, Вам доставляет удовольствие и само зрелище, и вкус крови.

– Это все так, но только не тогда, когда это делают формально. Сперва надо свершить то, что важнее всего, а уж потом и все остальное. И ты игнорируешь самое важное.

– Я не умею читать мысли, в отличие от Вас, мой Повелитель, – вздохнул старик. – Скажите прямо, что Вам нужно, и я это исполню.

– Мне нужно, чтобы ты мог угадать мою волю еще до того, как я сообщу ее тебе, глупец!

– Да, я не настолько прозорлив. Так что не мучайте меня и скажите прямо, что Вам нужно.

– Не мучить тебя, говоришь? Какой ты интересный человек! – Фантом разразился злорадным смехом. – А между тем, смотри-ка, наши бойцы начали уставать!

Дерущиеся юноши и правда двигались уже не так ловко и уверенно. На них была такая же плотная одежда, как и на Верховном Жреце. Ему было жарко даже просто сидеть в ней – а им приходилось драться! И их маски, скрывающие все лицо, были еще тяжелее, чем у лидера. Снизу из-под масок на ковер падали капельки пота.

– Я хочу мщения, – ядовито прошептала сущность. – Мы не только Враги Идеи, но и призраки мщения. И тебе это известно.

– У вас много титулов, – согласился Верховный Жрец. – Но за кого же нам нужно мстить? Отомстить сторонникам Идеи у нас пока нет никаких сил. Начать войну – значит проиграть в первую же неделю!

– Я не о войне говорю! Текущий мир меня вполне устраивает, – солгала сущность, но лидер Союза не мог проверить, говорит ли его собеседник правду или же лжет. – Вы до сих пор не отомстили за украденную девушку. За жительницу нашего славного государства. Прошло уже полтора года, а вы и не пытаетесь вернуть ее назад. Возвратить ее – значит показать этим мерзким служителям Идеи, что вы еще хоть на что-то способны. Ее возврат к нам – вот лучшая месть! Я не потерплю, чтобы воровали моих людей!

Старик испугался и тяжело сглотнул.

– Я понимаю… Но… Вы же знаете: мы уже пытались ее вернуть, и все безуспешно. Она живет в самом сердце Союза Мира. Мы даже близко не можем подобраться к ней. Мы пытались вернуть ее, когда она только была украдена. Но теперь это невозможно.

– Я не хочу слышать оправданий! – крикнул фантом. – И теперь вы можете и должны вернуть эту девушку назад. Негоже, чтобы наши люди находились под боком у служителей Идеи. Каждый день, пока она не возвращена, является оскорблением и плевком в мою сторону!

– Но как нам ее вернуть?

– Я все расскажу тебе. Но сперва я хочу, чтобы ты предложил мне свой собственный вариант действий. А то твой маленький мозг уже покрылся плесенью оттого, что ты мало думаешь. А пока что давай насладимся последними минутами боя. Когда он кончится, я продолжу разговор.

– Не мучайте меня, о Повелитель! – взмолился Жрец, но не услышал ответа. Он стал энергично думать, как вернуть девушку, но не знал ни одного способа это сделать.

Двое бойцов теперь дрожали от усталости. Они неуклюже двигались. От их тел несло потом, но они не имели права прекращать бой, пока один из них не умрет. И вот один из юношей в очередной раз замахнулся кинжалом на своего соперника, и соперник попытался схватить устремившуюся к нему руку. Но его собственная рука уже ослабела и промокла от пота. Она лишь скользнула по рукаву соперника – и кинжал, после сотен промахов, наконец прорезал темный плащ и саму кожу под ним. Победитель провел кинжалом в сторону и резко выдернул его. Лезвие было покрыто кровью.

– Смерть – это я! – задыхаясь от усталости и от волнения, сказал он и отбросил кинжал в сторону.

Второй боец тоже выбросил свой кинжал: драться дальше он уже не мог. Он осел на колени, а потом упал на грязный ковер. Маска слетела с него и покатилась в сторону, показывая его совсем молодое лицо.

Толпа зрителей разразилась оглушительными овациями. Люди подняли победителя на руках и понесли его прочь из зала.

Верховный Жрец остался один на один с телом проигравшего. И со своим невидимым Повелителем.

– Как же ты можешь вернуть нам Рглию, которую теперь зовут Лия? – ехидно спросил фантом.

– Если мы вернем ее, то в любом случае навлечем на себя гнев служителей Идеи. А тогда на нас устремится целая армия, которой мы не сможем противостоять. Они терпят нас только потому, что мы не вредим им. Так что придется смириться с утратой.

– Какой ты жалкий! Не можешь действовать напрямую, так действуй через других.

– У нас там нет союзников. Вы прекрасно знаете об этом, – развел руками лидер.

– А если я скажу тебе, что скоро служители Идеи вместе с девушкой покинут пределы своего Союза и устремятся к своим соседям?

– И что?

– А то, что там есть братья наши меньшие.

– Вы про сторонников Хаоса? – не понял старик. – Но они ведь такие жалкие! Они лишь притворяются нами, а сами и мухи не обидят. С ними не нужно иметь дела. Они не имеют с нами, истинными поклонниками Хаоса, ничего общего.

– А я и не говорю, что вы должны породниться. Я лишь настаиваю, что вы должны убедить их помочь вам один только раз. Украсть ту девушку. Желательно еще убить тех, кто будет ее сопровождать: старика и юношу, его ученика. Но это уже не так обязательно. Это, как говорится, задание со звездочкой. Главное – верните Рглию!

– Но как? Что мы им скажем?

– Думай! Это твоя забота. Недаром же ты возглавляешь Союз Врагов Идеи!

– Мы даже не сможем связаться с ними. В Союз Свободы нам тоже путь закрыт.

– Тебе правда нужно все разжевывать? – злобно спросила сущность. – Если ты через минуту не дашь мне ответ на простейший вопрос: как попасть в Союз Свободы незамеченным, то я сниму с тебя свое покровительство. А ты же знаешь, чем это тебе грозит?

Верховный Жрец сильно испугался. Пот выступил с новой силой. Нужно было придумать что-то как можно быстрее. Темный фантом явно упивался происходящим и ждал, когда его слуга сможет сказать хоть что-то. А пока он жадно пил его страх так, будто бы это был крепкий ароматный чай.

– Я знаю! – вдруг сказал старик. – Связаться с ними проблемно, но вполне реально. Наши люди смогут это сделать.

– Да, – согласился фантом, уже успев прочитать мысли Верховного Жреца. – Ты совершенно прав. Именно это я и имел в виду. Можешь ведь, когда захочешь. А теперь настало время закончить ритуал. Пар крови должен преодолеть преграду, возведенную Идеей, и впитаться в мое естество!