Их безмятежное счастье – с томительной негой, долгими беседами и беспричинным смехом, просто оттого, что им хорошо вдвоем, – закончилось. И близость этой ночью была другой – стремительной, жесткой, почти молчаливой. Прижаться – как можно крепче, вдавить в себя – почти до боли, и радоваться этой боли, тому, что они все еще вместе. Пока. А дойдя до пика – без сил упасть ему на грудь, с трудом сдерживая слезы, да так и уснуть, прижимаясь друг к другу. Пытаясь сохранить то, что, кажется, уже обречено.