Стас, не переставая смотреть в глаза, мягко отодвинул ее в сторону, открыл дверцу шкафа (как выяснилось, та была сразу за ее спиной), достал рубашку, набросил ее на себя и начал медленно застегивать пуговицы.
Руки Стаса и правда легли ей на плечи, ладони обожгли кожу через тонкую ткань. Сердце дернулось и застучало, как ненормальное, в горле моментально пересохло, взгляд в смятении заметался по сторонам.
От собственных мыслей бросило в жар, в животе томительно заныло. Инга сглотнула и замерла, с ужасом и каким-то неясным предвкушением ожидая, что же будет дальше.
Поднялся снова вверх, пробежался по крепкой шее с чуть выступающим кадыком, по упрямому подбородку, скулам, покрытым едва отросшей синеватой щетиной, и намертво залип на губах.
Ее взгляд воровато скользнул вниз, мгновенно впитывая в себя совершенство гибкого хищного тела, гладкую кожу, под которой перекатывались мышцы, кубики пресса, полоску волос, убегающую вниз под ремень…
Так близко, что она уловила едва заметный запах его парфюма, ощутила жар его обнаженного тела, почувствовала его горячее дыхание, коснувшееся шеи и груди.
– Немного, – честно ответила Инга. – Обычно я разговариваю о делах с одетыми мужчинами, – она пожала плечами. – Так уж сложилось, не вижу причины нарушать эту традицию.