Глава 1

– Тише, ты же не хочешь, чтобы нас услышали?

Я замерла рядом с уборной, мгновенно узнав жаркий жадный шепот Макара. Моего мужа.

– Не хочу… – волнующий женский полу стон из-за двери.

Шорохи. Какая-то возня. Тяжёлое мужское дыхание и едва сдерживаемые девичьи постанывания. Умоляющее хныканье. Почти скулёж.

– Макар Миронович, пожалуйста, войдите в меня!

У меня глаза полезли на лоб.

Я решила, что моя подружка Сашка напилась и начала нести пьяный бред. Я не поверила, когда она сказала, что мой Макар распускал руки на одну из молоденьких официанток в ресторане.

Как можно? Чтобы мой Макар? Верный, добрый, заботливый. Да быть не может! Он не такой. Он меня любит и уважает. Он мне изменять не станет.

Думала я. Вот стояла и до сих пор так думала, пока из-за двери уборной доносились причмокивающие поцелуи, шлепки и жаркие шепотки.

– У тебя нежная кожа… ты очень красивая… ты такая узкая и горячая…

Мой рот изумлённо приоткрылся.

Сегодня пятилетие нашего брака. У нас годовщина. Большой праздник. Мы ресторан сняли, пригласили друзей и родных, чтобы они, как пять лет назад, разделили с нами это событие.

Сейчас мне казалось, что меня окунули в ледяную воду. Тело онемело и перестало ощущаться, в висках больно пульсировало, в затылке ныл жар, перед глазами плыло.

Не может быть. Не может быть. Не может быть.

Только не Макар. Только не наша семья.

Мысленные уговоры пульсацией бились в голое.

– Пожалуйста… – хныкала, изнывая от желания, эта малолетняя шлюха.

Я в шоке огляделась по сторонам, словно искала того, кто тоже всё это слышал и мог подтвердить, что я не рехнулась.

Это маленькое движение головой немного встряхнуло мозги и заставило меня прийти в себя.

Шок и жгучая обида сменились обоснованной злостью.

Я сделала шаг вперёд, схватилась за ручку и дёрнула на себя дверь. Эти кретины даже не закрылись!

А я замерла, увидев то, что так красочно рисовал мой мозг.

Макар и официантка. Мой муж и какая-то девка.

Она стояла у стены, опираясь на неё лопатками. Одна нога поднята, её, подхватив под коленку, держал рукой мой муж, совершая быстрые толкающие движения бёдрами.

Они трахались. Мой муж и другая женщина. Прямо на празднике в честь годовщины нашей свадьбы.

Я даже не знаю, что почувствовала в тот момент. Всё перемешалось. Боль, сожаление, злость, неверие, ненависть, отчаяние, потрясение…

Они увидели меня сразу.

Девка вскрикнула и зажала рот ладонями, а Макар выругался, тут же отпустил её, быстро задвинул в угол и наклонился за брюками, одновременно запев до зубного скрежета тупые отмазы:

– Влада, я всё объясню, ты не так поняла!..

– Макар… – выдохнула я в шоке и просто не поняла: – Ты меня совсем идиоткой считаешь или что?!

Он резко шумно выдохнул. Вспомнил, что я правда не дура. Понял, как всё это выглядит, и что шансов отмазаться у него крайне мало.

И решил действовать иначе.

Муж медленно выпрямился, больше не глядя на сжавшуюся в углу у него за спиной девку. Поднял на меня взгляд тёмно-зелёных глаз. И спокойным, прохладным голосом сказал:

– Слушай, это ничего не значит. Просто секс.

Я так и подавилась воздухом от возмущения.

– Просто перепихон для физического здоровья, – добавил Макар, поправляя брюки.

Я была просто в шоке от его наглости. От того, каким спокойным он был. Будто правда ничего такого не случилось.

– У нас годовщина свадьбы, – у меня голос дрожал от эмоций и рука подрагивала, когда я махнула в сторону, на полный гостей зал.

– Поэтому просто не закатывай скандалов, – спокойно подсказал муж, неспешно поправляя одежду. – Считай, что я… сделал себе небольшой подарок в честь праздника.

Это так теперь называется?!

Не знаю, что возмущало меня сильнее. Его измена, подгаданное время и место или поведение после.

Я потрясённо хмыкнула, в шоке качая головой, и сказала:

– В таком случае, я пойду и сделаю себе такой же подарок. Пересплю с каким-нибудь красавчиком. А потом – подам на развод!

– Не неси чушь, – устало скривился Ермаков, выходя из кабинки туалета.

Мне пришлось отступить, лишь бы не прикасаться к его испачканному другой бабой телу. А сам муж, не оборачиваясь, безразлично закрыл за собой дверь, оставляя в туалете девку, с которой только что мне изменял.

А она и против не была!

«Макар Миронович, пожалуйста, войдите в меня!»

Фу, блин!

– Никакого развода не будет, – спокойно добавил Макар, уделяя запонкам куда больше внимания, чем мне. – И ты не будешь ни с кем спать. Всё увиденное тобой – всего лишь недоразумение, о котором следует забыть.

– Ещё что сделать? – зло уточнила я, складывая руки на груди. – Может, мне с тобой тоже в туалете закрыться и отсосать тебе на коленочках?

Ермаков сморщился и поднял на меня недовольный взгляд.

– Я же просил без скандалов.

– Малыш, я ещё даже не начала! – заверила с взбешённой улыбкой.

Он мне изменил. И с кем? С официанткой! В туалете ресторана! И ещё смеет говорить, что это ничего не значит!

Меня просто распирало от клокочущей внутри злости. Во мне вышел из-под контроля атомный реактор. Если я прямо сейчас не сделаю хоть что-то, то просто взорвусь!

Последней каплей стали слова Макара.

– А, чёрт! – он стукнул себя ладонью по лбу и, ничуть не смущаясь моего присутствия, открыл дверь в туалет, чтобы небрежно бросить официантке: – Прими что-нибудь противозачаточное.

Глава 2

– Ты рехнулась?! – взревел муж, когда моя ладонь с силой обрушилась на его лицо.

Я не била – выставила ногти. Как раз недавно форму сменила, с квадрата на миндаль.

– Сука! – прошипел Макар, осторожно ощупывая лицо.

Его недавно повысили до директора. Всех наверняка заинтересуют три глубоких царапины на его щеке, которые уже сейчас стали алыми и набухшими.

Это было лишь неощутимой капелькой удовлетворения в море клокочущей во мне ярости.

Я больше не стала ничего ему говорить, требовать, доказывать. Просто развернулась и пошла в зал, громко стуча каблуками.

Народ веселился, танцевал под шумную музыку, пил и всячески праздновал это радостное событие.

Я прошла к своему месту во главе стола. Мы там с Макаром вместе сидели, у всех на виду.

Не садясь, потянулась, взяла бокал с остатками вина и махом его осушила. Рядом тут же оказался официант с бутылкой, сидящие рядом родные как-то напряглись.

– Влада, что-то случилось? – обратилась ко мне мамочка.

Ей было немного неловко здесь. У нас небогатая семья, мама с папой вообще жили в деревне, давно продав квартиру. Они так вложились в наше с Макаром будущее, хотя денег его семьи вполне хватало на покупку далеко не одной квартиры.

Родители моего мужа тоже сидели здесь. Безупречные, как и всегда. Точнее, свекровь. В её ушах были огромные золотые серьги, ужасно тяжёлые и, честно говоря, совершенно безвкусные. Удивительно, как её тонкая шея ещё не треснула и голова не отвалилась. Она же и в волосы несколько килограмм железа вогнала, собирая белые кудри в высокую причёску.

Свекровь была тяжёлым человеком. А вот муж у неё прямо золото, без закидонов. Не на обёртку смотрит, а прямо в суть. Он с моим папой сразу подружился, они частенько выбирались к нам в деревню, на рыбалку, на охоту, в баню…

Я сделала ещё несколько глотков вина и жестом подозвала ведущего с микрофоном.

– Влада! – зло и раздражённо бросил появившийся в зале Макар.

Музыка стала играть тише, народ смолк и стал переводить взгляды с меня на Ермакова.

– Большое спасибо всем вам, что собрались сегодня с нами по такому радостному событию! – начала я с лживой улыбкой, дрожа от гнева и ненависти. – Но я должна сообщить вам новость!..

– Влада! – Макар оказался рядом и попытался вырвать у меня микрофон, умудряясь ещё и улыбаться присутствующим. – Родная, мы же решили пока не говорить!

– Ничего мы не решали!

Наверно, со стороны это выглядело забавно, потому что многие начали смеяться и улыбаться. Для них наша семья была образцовой и очень счастливой, никто даже не подозревал, как на самом деле обстоят дела.

Я до этого момента не подозревала тоже.

Наверно, гости решили, что мы просто дурачимся, пытаясь отнять друг у друга микрофон. Макар ещё и улыбался и подчёркнуто нежно говорил, что сейчас не время для откровений.

Весь этот абсурд меня просто доконал!

Я резко наклонилась к микрофону и выдохнула:

– Мы разводимся!

Но Макар успел скользнуть по нему ладонью, создавая громкое шуршание, выхватил устройство из моей руки и громко заявил:

– Влада беременна!

Ступор и шок разом сковали всех присутствующих и меня в том числе. Я просто замерла, не веря, что он правда соврал о таком.

Гости отошли от изумления раньше меня. Поднялся шум, со всех сторон полетели поздравления, люди поднялись, зазвенели бокалы.

– Ай и молодцы!

– Давно пора!

– А по Владе и видно! Животик-то уже появился!

Неслось со всех сторон, пока я стояла, словно в вакууме.

Макар, не тратя времени, быстро передал микрофон ведущему и тот начал громко кричать поздравления. Снова громко заиграла музыка.

Веселье и радость царили в этом полутёмном зале.

А мне хотелось умереть. Или растерзать их всех. Нет, не их – Макара. Вырвать его руки, которыми он обнял меня за талию и притянул к себе. Колотить его по губам, пока они не распухнут и не посинеют, чтобы он больше никогда не смел нести такой бред и так подло врать.

Мне хотелось просто убить его. Просто уничтожить. Заставить страдать. Смотреть, как он корчится в агонии.

Я вырвалась из его рук и бросилась прочь из этого пропитанного ложью места. Мне хотелось тишины. Прямо сейчас. Немедленно.

И убить Макара хотелось тоже!

Я вырвалась в поздний летний вечер. Приближалась осень, теперь ночами становилось всё холоднее, но сейчас от кусающей прохлады мне наоборот стало легче.

Я наконец смогла дышать.

Остановившись посреди полной машин парковки, я стала жадно хватать ртом воздух. Холодный, он обжигал грудь, но куда сильнее пекло болящее сердце.

Пять лет брака. Почти семь лет отношений. Доверие, уважение, любовь.

Всё это разлетелось на острые осколки, которые развернулись и начали с силой вонзаться в меня.

В глаза, разбивая иллюзию идеальной жизни.

В сердце, заставляя его захлёбываться кровью.

В лоно, заставляя меня с ужасом думать: хорошо, что я так и не смогла забеременеть…

Ничего, ничего. Я сильная, я не пропаду. Я справлюсь. Переживу. Должна!

А Макар… он пожалеет за каждое действие. За каждое слово. За всю ту боль, что заставил меня переживать.

Я судорожно провела ладонями по чёрным распущенным волосам, пытаясь сквозь череп остановить бешеный бег мыслей и понять, что мне делать. С чего начать. За что схватиться.

Меня разрывало на кусочки. Боль, желание отомстить, необходимость как-то жить дальше.

Всё это разом навалилось, грозя погрести меня под своих неподъёмным весом.

Паника. Пока ещё лёгкая, она быстро усиливалась, мешая дышать.

Панические атаки случались со мной всё чаще. Врачи говорят, это от стресса. Я очень хотела ребёнка и каждая неудачная попытка выбивала почву у меня из-под ног.

Я старалась просто дышать, уговаривая себя, что не умираю, когда мой взгляд упал на машину Макара.

Новенькую. С салона. Он её давно хотел. Он о ней долго мечтал.

Как я о ребёнке и семье.

Моя машина стояла рядом. Меньше и скромнее. Мы даже на празднование годовщины по отдельности приехали, Макар рабочие дела доделывал.

Но это не главное.

Главное, что я точно помнила о бите в своём багажнике.