Почти все диваны были заняты стайками подростков. Кто пришел на свидание, кто скрупулезно переписывал конспекты, кто просто отдыхал в компании друзей. Я немного воровато проследовал в соседний зал, гордо называемый зоной для некурящих. Это означало, что запах табака здесь не будет стоять столбом, а ощущаться тонкими вкраплениями в ароматы кофе. Впрочем, сейчас меня бы устроил даже пропитый кабак на окраинах города, лишь бы позволили мне уединиться за маленьким столиком и выдохнуть. Но здесь я чувствовал себя в безопасности, а это было уже немало после пережитого стресса. Мне все-таки не двадцать лет и из-за таких эмоциональных аттракционов деду не помешает начать принимать таблетки. Устало опустившись в глубокое кресло за столиком в самом углу, я на секунду прикрыл глаза, позволив мозгу плавать в безмятежной тишине.

– Ваше меню и специальное предложение…

– Кофе. Самый большой и черный из возможных, – почти не задумываясь повторил я то, что говорил много лет назад.

Официант испарился, оставляя меня в одиночестве некурящего зала. Теперь я мог спокойно открыть свой рюкзак, который до этого прижимал к груди, словно любимое дитя. Нервно осматриваясь, я достал деньги, что получил от кассира. Бумажки в беспорядке валялись как попало, но их было не так много, чтобы ошибиться.

Две, мать их, тысячи долларов. Даже если больше ничего не предпринимать и верить, что по возвращению деньги не испарятся, то я уже заработал за эти несколько минут больше ста пятидесяти тысяч рублей. Поверить, что вот так легко можно сколотить небольшое состояние… Я опять сталкивался со своей любимой проблемой: знать не равно верить. Впрочем, эта проблема настолько плотно поглотила меня за последние сутки, что я предпочитал просто жить в этом состоянии, а не анализировать его. Поговорить о своем подсознании и раскулачить внутренних демонов я всегда успею.

Итак, что мы имеем на данный момент? Я сижу в сетевой кофейне, некогда популярной до тошноты, а теперь едва ли насчитывающей пять заведений в столице. У меня остались деньги для обмена, а вокруг ждут десятки различных обменников. И золотое время покупки и обмена валют сейчас позволяет избегать хоть какого-то контроля со стороны государства. А значит, если все пройдет хорошо, несколько рейдов через загадочный ломбар смогут обеспечить меня на всю жизнь. Да не просто обеспечить – я смогу создать жизнь своей мечты всего за несколько дней!

Как раз к этому триумфальному открытию на столе передо мной оказался кофе. Официант удалился, даже не спросив, хочу ли я что-то еще. Его можно понять – уже в те времена шутки про осенне-весенние обострения были в ходу. А здесь какой-то великовозрастный идиот с улыбкой маньяка прижимает к груди рюкзак и чуть ли не слюни пускает, глядя в никуда. На месте парня я бы еще и менеджеру пожаловался.

Пришлось немного поумерить свою эйфорию. Я взял в руки то ведро с кофе, что мне любезно предоставили, и сделал приличный глоток. Мой чувствительный вкус, избалованный рафом и латте на миндальном молоке, который я гордо скрываю от коллег по работе, яростно запросил пощады. Но при этом черное варево, миновавшее рот и пролившееся по горлу в самый центр моего я, подхлестнуло сходящую с ума память. Прикрыв глаза, я в самом деле наслаждался горько-терпким вкусом незакрытой сессии, прогулок до самого рассвета и безумных приключений студенческих лет.

– И что, хочешь сказать, он решил покончить с собой из-за недостатка денег? Очень иронично.

– Вот и я о том же. Да ты не поверишь, какой процент самоубийств в сфере банковских служащих! Просто представь, вокруг тебя такие деньжищи, буквально в воздухе, а ты получай свои сорок тысяч и выплачивай кредиты. Но у Дениса были и иные причины.

– Да ладно. Он, конечно, всегда был скользким типом, но все эти грязные слухи…

– Точно тебе говорю. Его поймали за руку, когда он пытался провести махинации с ценными бумагами. Ему настолько снесло крышу из-за недостатка денег на кредиты, что он бы согласился буквально на что угодно. Вот только смекалки не хватило, как это все грамотно провернуть. Ты его знаешь, он всегда был довольно наивен и недальновиден. Но жаль парня, все же.

– А ведь он прям за углом отсюда работал, так?

Тихий разговор двух посетителей кафе разбавил мою благостную тишину. Но их диалог с самого первого слова зацепил меня посильнее фильмов Тарантино, заставив жадно записывать на подкорку все интригующие подробности. Мне было все равно, что за циничные чудовища так легко обсуждают смерть своего знакомого. Что мне было не все равно – так это возможность несколько разнообразить свою деятельность в этом времени и получить возможность не только спасти чью-то жизнь и репутацию, но и удовлетворить свои финансовые фантазии. И заодно эти размышления напомнили мне о кое-чем крайне важном.

– Посчитайте, пожалуйста, – кивнул я официанту, пришедшему за заказом новых посетителей. Тот лишь кивнул, стараясь как можно меньше времени проводить рядом со мной. Хотя я теперь почти соответствовал ожидаемому поведению клиента кофейни, репутация моя уже никак не могла быть восстановлена. Разве что, хорошими чаевыми.

Открыв папку с чеком, я быстро нашел нужную мне строку. 13 октября 2007 года, 18:21. Сегодня фанаты Гарри Поттера в России штурмовали магазины в надежде заполучить финальную книгу саги. Ох, сколько их ждет незабываемых минут… Впрочем, не важно. Вложив в три раза больше, чем стоит кофе, я быстро собрался и покинул кофейню, оставляя не только свои тревоги, но и хорошенький когнитивный диссонанс официанту. Интересно, заставит ли его этот вечер по-новому смотреть на странных людей? Изменил ли я этим жестом его жизнь? Что есть одна жизнь для вселенной? Сколько стоят сейчас пельмени по акции?

Природный осенний душ заставил отложить размышления о вечном на более позднее время. Я вполне успевал забежать в пару обменников до их закрытия. И грешно будет таким не воспользоваться, особенно учитывая, сколько же мне работы тут предстоит.

Уже более спокойно, хоть и быстро подмерзая в своей легкой летней одежде, я шел среди столичной толпы, стреляя глазами в поисках ближайшей точки обмена. И никак не мог избавиться от ряда тревожных ощущений. Да, моя психика и так работала на критических оборотах, учитывая всю ту фантастику, которая с порога завалилась в мою жизнь и нагло разместилась в голове, как в личных апартаментах. Но спасибо рациональной основе моего я, потому что логика продолжала подбрасывать неожиданные идеи в горящее здание моей адекватности. Какова вероятность того, что я услышал такой удачный для себя разговор двух бездушных клерков? Я редко обращал внимание на гомон вокруг своей персоны, но чтобы впервые подслушать и сразу урвать джек пот? Что-то слишком просто. Подозрительно просто. Не может ли такое случиться, что старик из ломбарда, назвавшийся наблюдателем, подкидывает различные завязки для остроты сюжета? Какие правила у этой реалистичной игры?

Меня не покидало чувство, что такие скачки не могут продолжаться каждый уикэнд, как поход с друзьями по барам. Я совершенно необоснованно был уверен, что количество раз, когда мне позволят перемещаться между разными годами, ограничен. Сколько попыток у меня осталось? И не лучше ли будет забить на мелочное эгоистичное обогащение и не выкинуть ли что-нибудь по-настоящему значимое? Но что? Разрушить жизнь какому-нибудь значительному в мое время человеку или, напротив, спасти того, кому уготована жестокая и несправедливая участь? Вмешаться в чью-то жизнь одним элегантным движением или полностью демонтировать ее мощной энергоустановкой?

Вопросы, плодящиеся в моей голове со скоростью кроликов, заполняли все пространство, не оставляя места для жизненно необходимых функций. И поэтому я был крайне благодарен провидению, бросившему в меня вожделенную точку обмена валюты. Прогнав сложные экзистенциальные дилеммы, я протиснулся в тесную проходную. Сам пункт был занят, так что я мог спокойно подготовиться. В основном морально. Первый удачный опыт поднял мою планку адекватности в глазах окружающих. Я теперь гораздо увереннее шарил по рюкзаку в поисках необходимых ресурсов. Но все же червь сомнений, грозящий в любой момент вырасти в Шаи-Хулуда, явно не собирался дремать. Лучше перебдеть, чем копать яму для бренных останков своей мечты. Или тела.

Наконец, кабинка освободилась и я поспешил внутрь. Здесь меня ждала уставшая девушка, которой явно было все равно, кто перед ней – Вася из Бирюлево или арабский шейх. Она непрестанно бросала взгляд на настенные часы, словно время должно было устыдиться своей нерасторопности и потечь быстрее.

Я молча опустил деньги в приготовленный ящик, который мгновенно с железным ударом поменял своё положение в пользу кассира. Она достала банкноты и так же, как и ее коллега, не глядя положила их в аппарат. Здесь у нее уже был компьютер с готовой формой для чека. Под шорох пересчитываемых бумажек, она что-то быстро наклацала по грязной дешевой клавиатуре.

– Есть паспорт?

Я был готов к легкой добыче, но этот вопрос застал меня врасплох. Что-то промямлив, я потянулся за распечаткой в рюкзак. Надежда уйти из этого года без приключений таяла быстрее льда в стакане с виски. Положив сложенную бумажку в ящик так, словно он мог в любую секунду оторвать мне руку, я чуть ли не начал вспоминать молитвы любым богам. Напряжение во мне можно было черпать ковшом и использовать в качестве сверхпрочного материала для постройки дворца безумия Шеогората. При этом все мои силы шли на то, чтобы не выглядеть крайне подозрительным.

Девушка достала мою распечатку, развернула и продолжила без всяких эмоций что-то набирать на клавиатуре. На секунду мне показалось, что это и не человек вовсе, а бездушный голем, который упорно выполняет вложенную в него задачу. И пока мои мыслеобразы скакали с чешского монстра к возможности объяснять стражам порядка свое помятое, видавшее виды лицо при документах восемнадцатилетнего человека, ящик с громким лязгом открылся, являя мне распечатку, деньги и мою копию паспорта. Не сразу сообразив, что пытка закончена, я аккуратно вытащил все из недр ящика и поспешил избавить нас с кассиром от лишних неловких минут наедине.

Вновь вечерний влажный воздух резко остудил мое напряженное тело, превращая просто холодный пот в ледяной. Я не первый раз катаюсь на эмоциональных качелях, но тут посетил настоящий парк аттракционов. А ведь нужно будет найти еще один пункт…

Время и наличие уникальной возможности любой тревожности могут отвесить ощутимый пинок. Поэтому пришлось взять себя в руки и направиться в сторону своей машины времени в эмо-шапке, поглядывая по сторонам. У меня осталось не так много российских денег, что не могло не радовать. Чем меньше я тут примелькаюсь, тем лучше.

Буквально за углом обнаружилась последняя надежда и опора в этой бесконечной череде скачков моего давления. Вымотанный предыдущими посещениями денежных хранилищ, я устало забрел в такую же типичную комнатушку, повторил все те же действия и почти не дернулся, когда ящик выплюнул в меня иностранные зеленые бумажки. Видимо, я исчерпал лимит переживаний на сегодня, а в кредит нервы работать отказываются. Поэтому когда я добрел до почти родной двери ломбарда, я почувствовал, что мне нужны будут дополнительные выходные после таких выходных.