Скоро умрешь, а между тем все еще не стал ты ни простым, ни безмятежным, ни чуждым опасений какого-либо внешнего вреда, ни благосклонным ко всем, ни полагающим разум в одном только делании по справедливости.
Увидел то? Взгляни и на это. Не беспокой себя. Оставайся простым. Кто-то делает тебе зло? Себе самому делает. Случилось что-нибудь с тобой? Прекрасно: [значит] все случившееся было тебе отмерено целым и вплетено в него изначально. Словом, жизнь коротка. Извлеки пользу из настоящего благоразумно и справедливо. Расслабляясь, сохраняй трезвость ума.
Когда окружающее заставляет тебя испытывать как бы беспокойство, скорее уйди в себя и не выбивайся из ритма [души], кроме тех случаев, когда вынужден.{102} Ведь гармонии достигнешь скорее, если будешь постоянно возвращаться к ней.
Поэтому следует спешить не только потому, что смерть ежечасно становится все ближе, но и потому, что осмысление и постижение связи вещей ослабевает быстрее [чем все остальные способности].
Гневное выражение лица слишком противоречит природе. Когда часто умирает в лице благообразие, оно наконец угасает совсем, так что вообще не может снова засиять. Именно из-за этого попытайся понять, что гнев противен разуму, ведь если и сознание заблуждения будет утрачено, какой смысл жить дальше?
Отличительное свойство человека – любить даже заблуждающихся. Это происходит, если сознаешь, что они тебе сродни и грешат по неведению или против воли и что оба вы скоро умрете, а главное то, что [заблуждающийся] не причинил тебе вреда: ведь твое руководящее начало он не сделал хуже, чем оно было прежде.