Цитаты из книг автора «Мария Лунёва»

мечтательной девушкой с такой тоской ждущей свою любовь. И так хотелось, чтобы она нашлась, – любовь эта, – в виде огромного и сильного состоявшегося мужчины, который увезет ее далеко-далеко и спрячет ото всех.

Прокляни их всех, Рояна, – пролепетала мученически я, плотнее прижимая к себе такую любимую подушечку. – Не могу, Малика, тогда они узнают, что я темная ведьма и вообще общаться перестанут

дия, – Айзек со всхлипом втянул воздух, – у тебя белье наружу. Все же видно… всем. Прикройся… Спрячь их, я тебя прошу. Смутившись, я взглянула на Ана и Маркуса, стратегич

Все не случайно. Кто-то там наверху за нами следит, и в нужный момент подталкивает по верному пути. Главное, не упустить момент и не прощелкать свой шанс на счастье.

Утро, как всегда, наступило неожиданно. Вот ты спишь, не ощущаешь подвоха, смотришь сладкий сон и вдруг… Бац! Протяжный, тоскливый, разрывающий душу гудок.

Счастье – оно такое. Оно само в руки не идет, к нему стремиться надо! Счастье – оно упорных любит!

– Будет лучше, малыш. Намного лучше, – сбросив с моего лица одеяло, Иоран прижался лбом к моему виску. – Лежи, сокровище моё, отдыхай. Никто тебя сегодня не тронет. Это нужно просто пережить и переосмыслить. Если станет совсем тяжело – приходи ко мне. Я тебя обниму крепко – крепко и станет лучше. Ты не один: у тебя есть я.

Что-то изменилось во мне во время перехода по межмирью, возможно, я поняла, что жить надо здесь и сейчас, глубоко дыша полной грудью, и не бояться сделать то, что считаешь правильным

Ты всегда был таким, – вздохнула тетушка. – То крысу притащишь, то кота с лишаем… Кхм! Моя бровь в возмущении приподнялась. Нормальное сравнение! Я, по их мнению, кто: крыса или лишайный мешок с блохами?

предрассветная полоса. Я любила вставать на заре, но сейчас было рановато даже для меня. Опустив голову на подушку, снова услышала глухой звук. Кто-то определенно скулил и явно человеческим голосом. Замерев, мгновенно представила самое жуткое. Северяне казнят местных! Сев, осмотрелась. Платье нашлось сразу. Лежало, как всегда, у моих ног. Быстро облачившись в простенькое серое одеяние, более походившее не на наряд княжны, а на мешок для хранения картофеля, я подтянула к себе кресло и перебралась на него. Не думая и не позволяя страху овладеть моим сознанием, подъехала к двери и распахнула её. В коридоре было пусто, зато звуки слышались громче. Я чётко различила слова: гер Каил просил завтрак, а ещё кто-то хрипло молил о пощаде гнусавым голосом. Взявшись за обод колёс, я медленно подкатила коляску к входу в центральный холл. В этом зале раньше князья вершили свой суд. Кажется, теперь эту традицию позаимствуют северяне. Как и вчера гер сидел на княжеском кресле, рядом стоял онгер Риган с… длинной пепельной косой, перекинутой через плечо. А вот у их ног кто-то корчился. На бедолаге лохмотьями висела грязная одежда. Я не видела лица, но даже уши этого мужчины распухли и покрылись грязно-коричневой корочкой запёкшейся крови. Худощавый, жалкий, он стоял на четвереньках, когда как ноги Каила, затянутые в высокие сапоги, были