Цитаты из книг автора «Мария Корелли»

Слово «слава», мой дорогой Джеффри, по своему происхождению восходит к слову «дыхание» – дыхание народной лести. Ее вы и получили – благодаря своему богатству.

Искусство черпает свои краски из разума, мой дорогой друг, – сказал он в ответ. – Если моя музыка рождает в вас злые намерения, то зло, должно быть, является частью вашей натуры!

Нет, Джеффри, – в его звучном голосе звучала странная музыка. – Нет, мой друг! Если бы я был Сатаной, мне бы, вероятно, стоило скорбеть! Ведь каждая заблудшая душа поневоле напоминала бы мне о собственном падении, о собственном отчаянии и воздвигала новую преграду между мной и небесами! Помните – сам дьявол когда-то был ангелом!

В основном же все бесцельно слонялись вокруг, беззастенчиво разглядывая друг друга или завидуя другим, почти не обращая внимания на красоту окружающей природы.

Мне, право, очень жаль, что они так прогневали вас – гнев отнимает столько сил!

Но разве вдохновение не иссякнет от полного кошелька, но пустой головы?

является ли для человека благом то, что будущее сокрыто от него?

женщина, показывающая силу ума, более достойна уважения, чем женщина, показывающая силу своих ног. Но люди всегда предпочитают ноги

Я – исключение, быть может, между людьми, но я подлец сравнительно с честностью животных! Лев не принимает на себя повадок голубя, он громко заявляет о своей свирепости. Змея, как ни скрытны ее движения, выказывает свои намерения шипением. Вой голодного волка слышен издалека, пугая торопящегося путника среди снежной пустыни. Но человек более злостный, чем лев, более вероломный, чем змея, более алчный, чем волк, – он пожимает руку своего ближнего под видом дружбы, а за спиной мешает его с грязью. Под улыбающимся лицом он прячет фальшивое и эгоистичное сердце, кидая свою ничтожную насмешку на загадку мира, он ропщет на Бога. О Небо! – Здесь он прервал себя страстным жестом. – Что сделает Вечность с таким неблагодарным слепым червем, как человек?

Мои идеи отвратительны для тебя, ты говоришь? Что же ты сделал, ты, как мой муж, чтобы изменить эти идеи? Разве у тебя нет тех самых низких страстей, как у меня? Разве ты не даешь им воли? Что такое я видела в тебе изо дня в день, что могло послужить мне примером? Ты хозяин здесь, и ты властвуешь со всем высокомерием, какое может дать богатство; ты ешь, пьешь и спишь, ты принимаешь знакомых – только потому, что можешь удивить их роскошью, которой ты предаешься; ты читаешь и куришь, охотишься и ездишь верхом – и только; ты заурядный, а не исключительный человек! Разве ты беспокоишься спросить меня, что со мной? Разве ты пробуешь с терпением истинной любви указать мне на более благородные стремления, чем те, которыми я сознательно или бессознательно пропитана? Разве ты стараешься направить меня – заблуждающуюся, страстную, обманутую женщину – к тому свету, свету веры и надежды, единственному, который только дает мир?