Это было неделю или дней десять спустя после приема принца Уэльского, когда произошла между мной и Сибиллой Элтон та странная сцена, о которой я хочу рассказать, – сцена, оставившая глубокий след в моей душе и которая могла бы предупредить меня о нависших надо мной грозовых тучах, если б мое чрезмерное самомнение не мешало мне принять предзнаменование, могущее предвещать мне несчастие.