Глава 8

Вернулся Игорь поздно, сразу проскользнул к себе. Я даже была рада этому, понимала, что ничего хорошего из общения с сыном сегодня не получится – я потеряна, не знаю, что делать, плачу от безысходности и понятия не имею, как жить дальше. Надо успокоиться, взять себя в руки, но я не могла унять слез. Они текли и текли по моим щекам. Слезы обиды, разбитой любви и разочарования.

Я даже в страшном сне не могла представить, что окажусь в подобном положении. Беда всегда приходит неожиданно, сваливается как снег на голову. Не раздеваясь, легла в постель, закуталась в одеяло и смотрела в окно, которое забыла задернуть.

Гасли огни в окнах многоэтажек. Все меньше проносилось по улицам машин, только неоновые вывески так же мигали разноцветными огнями. Я пыталась понять, что мне делать, как вести себя с сыном и мужем, как успокоить Стаса. По его голосу я поняла – он не ожидал подобной подлости от отца и страшно разозлился. Как Стас поведет себя с отцом? Он такой правдолюб, как бы не натворил того, о чем потом будет жалеть.

Черные стрелки настенных часов ползли по циферблату медленно. Было в их движении что-то торжественное, печальное и безысходное. Уходило время моей счастливой семейной жизни. Уходило безвозвратно.

Я все-таки уснула. Скорее не уснула, а провалилась в липкую и душную темноту. Даже во сне я не могла забыть, что Антон изменил мне, что прежней жизни у меня уже не будет. Ни у меня, ни у моих сыновей. Как теперь сложится их жизнь? Ведь они оба так верили отцу, гордились им, доверяли.

Хотя Игоря измена отца даже не удивила. Почему? Неужели подростковый цинизм настолько страшный?

Я постоянно просыпалась, снова думала об Антоне, о детях, и снова впадала не то в забытье, не то в странный сон, большое похожий на бред.

Большое по привычке встала рано, пошла на кухню. И кому теперь нужен мой завтрак? Антон так и не пришел со своего «совещания» с инвесторами. А зачем, если я уже все знаю?

Машинально засыпала в турку свежемолотый кофе, поставила ее на огонь и смотрела, как медленно поднимается пенка – пышная, с переливающимися пузырьками.

Сняла турку с огня, подождала, пока пенка опадет, снова нагрела. Повторила три раза. Уже не помню, почему я именно так варю кофе. Начала переливать через ситечко в чашку и случайно плеснула на руку. Резкая боль заставила меня вскрикнуть и швырнуть турку в раковину. Кофе разлился, гуща стекала по стенкам раковины, оставляя темные потеки.

Услышала, как открывается дверь. Надо же, как рано вернулся Антон! Неужели Лизка его отпустила? Злость накрыла меня тяжелой волной. Предатель, изменник, кобель!

– Мама, – услышала я тихий голос старшего сына.

Стас! Приехал Стас!

Я выскочила в коридор, порывисто обняла сына. И снова разревелась как последняя дура.

– Мама, не надо, – погладил он меня по плечам. – Все наладится. Я тебя в обиду не дам. Возьмем Игоря и поедете ко мне в Питер. Квартира небольшая, но поместимся. Я все равно собирался менять ее на другую. Будет повод купить большую.

– Спасибо, сынок, – я улыбнулась сквозь слезы. – Не надо было тебе приезжать. У тебя работа, дела… Я сама бы разобралась.

– Не думаю, – в голосе сына я уловила недобрые нотки. – С отцом буду говорить я. И разбираться с ним тоже буду я.

– Не надо, не руби с плеча, – попросила сына.

– По-другому не получится, – недобро оскалился он. – Я ему ночью звонил. Мы уже успели поругаться.

– Он же мне ничего пока не объяснил. Может, все не так просто?

– Зато мне он объяснил все, – насупился сын. – Разведется он с тобой, мама. Не надейся, что все утрясется. И не вешай нос. На моем отце свет клином не сошелся. Ты у нас красавица, умница.

– Спортсменка и никогда не была в комсомоле, – кисло улыбнулась в ответ.

– Чувствую запах кофе. Напоишь меня? – перевел разговор в другое русло сын.

– Я его вылила, – вздохнула я, и слезы снова подступили к горлу. – Я руку обожгла…

Стас сбросил ботинки, положил дорожную сумку на тумбочку, привычно повесил легкую куртку в шкаф.

– Значит, кофе сварю я. Как ты меня учила. Говорят, у меня неплохо получается, – сын вымыл руки и прошел на кухню. – Игорь еще спит?

– Суббота же, спит, – кивнула в ответ.

– Он знает? – Стас ополоснул турку и занялся приготовлением кофе.

– Он давно знает, – я смахнула непрошенную слезинку. – Уже полгода. Он отца увидел с этой шалавой в боулинге, и Антон его познакомил со своей шлюхой.

Если бы я ругалась матом, я бы выражалась намного точнее. Лизу я ненавидела всем сердцем. Ненавидела сильнее, чем предателя Антона. Сбивчиво и взволнованно рассказала Стасу все, что узнала об измене Антона, о том, что Игорь давно все знает.

– И Игорь все это время молчал? – удивился Стас.

– Он считает, что это нормально. Сейчас все разводятся, как он сказал. У Игоря переходный возраст, в голове каша.

– Не каша у него в голове, а тараканы, – возмутился Стас, снимая турку с огня. – Подросток не младенец. Должен понимать, что происходит, а не только о своем футболе думать. Тоже мне, великий футболист выискался! – презрительно скривил губы Стас. – Я в его годы уже деньги зарабатывал, а не просил у тебя или у отца. И девчонок в клубы и на концерты водил за свои кровные. Четырнадцать лет – уже не ребенок. Полно вариантов подработки, только мозгами надо пошевелить и задницу приподнять. А не сидеть на шее родителей.

– Ты только это Игорю не скажи, – попросила Стаса. – Он такой обидчивый стал. Взрывается как порох.

– Сам бы зарабатывал, некогда было бы обижаться, – Стас разлил кофе по чашкам, поставил одну передо мной.

Неожиданный приезд Стаса успокоил меня. Старший сын на моей стороне, он поддержит меня. Хотя что может сделать Стас? Разругаться с отцом? Что это поменяет? Ничего, но теперь мне есть на кого опереться.

– Ты на выходные приехал? – пригубила кофе и убедилась – Стас варит его великолепно. Он молодец во всех отношениях.

– Останусь сколько потребуется, я могу работать на удаленке. Чем хороша моя работа – планирую ее сам. Главное сроки не срывать.

Сын начал рассказывать о своей жизни в Питере и это немного отвлекло меня от грустных мыслей. Мы ездили к нему зимой, с тех пор ничего особо не изменилось – та же квартира, та же девушка, все так же не спешат расписаться. Судя по последним событиям в моей жизни это правильно. Штамп в паспорте – пустая формальность, порой сильно осложняющая жизнь.

За разговором время проснулось и потекло в привычном ритме. На кухню, зевая, вышел Игорь.

– Мама, а завтрак где?

– Привет, братишка, – лучезарно улыбнулся ему Стас. – Мама тебе не прислуга. Взял и приготовил чего хочешь. Холодильник битком набит. И, кстати, я жутко хочу яичницы. Мама, а ты что будешь?

– Тоже яичницу, – я поднялась, чтобы приготовить еду, но Стас меня остановил. – Игорь сделает.

– С какой стати? – изумился младший сын.

– С такой, что мама расстроена, ей надо помочь. Вот и помоги, будь мужчиной.

– Глупость какая, – пожал плечами Игорь. – Не хотите кормить меня – не надо. В кафе поем. Мне отец денег на карточку перевел. И еще переведет сколько надо будет. Он не мелочиться.

– Отлично. Вот и топай в кафе, раз не хочешь элементарно помочь матери, – усмехнулся Стас. – Ей сейчас нужна наша поддержка. А тебе лишь бы пожрать, да еще что бы на тарелочке подали. Может, кофе в постель? Так я мигом. Сварю и вылью тебе на одно место. Горяченький. Глядишь, у тебя совесть проснется.

– Мальчики, не ссорьтесь, – разволновалась я. – Сейчас будет завтрак, в момент приготовлю, – поднялась из-за стола.

– Нет, – остановил меня жестом руки Стас. – Раз Игорь идет в кафе, завтрак приготовлю я.

– Но… – попыталась возразить Стасу.

– Никаких «но». Хватит тебе всех обслуживать. Тут инвалидов и детей нет.

– Ну и ладно, – буркнул Игорь. – Не фига меня учить. Надо будет – сам себя обеспечу, заработаю не меньше тебя.

– Главное башку включай, когда зарабатывать соберешься. А то вляпаешься по полной, и кто тебя вытаскивать из дерьма станет? Папочка наш? Так у него новая жизнь начинается, ты ему даром не нужен будешь со своими проблемами.

– Ты завидуешь, что меня отец любит, а тебя нет, – огрызнулся Игорь. – Он сказал, я с ним буду жить.

– Что? Как это? – не поверила я своим ушам.

– А вот так! – с вызовом посмотрел на меня Игорь. – Он мне мозги не выносит, как ты. Не пилит из-за каждой ерунды. Он все мои проблемы решает по щелчку пальцев. Он – крутой. А ты… Ты и правда, как наседка. Только и можешь что охать да ахать и носиться вокруг без толку. Пошел я, пока! – Игорь развернулся и вышел с кухни.

Не верила своим ушам. Неужели Игорь решил остаться с отцом и его новой женой? Ведь еще и развода нет, а сын уже знает, что и как будет. Значит, Антон держал его в курсе своих планов. И Игорь ни словом не обмолвился мне.

Нет, я не позволю Антону забрать у меня сына! Я буду бороться за него.

Стас подошел ко мне, обнял за плечи.

– Я поговорю с Игорем. Никуда он от тебя не уйдет, я не позволю. Глупый он еще, верит отцу. Я ему тоже верил, пока ночью не пообщался. Редкий козел у меня папа, оказывается.

– Кобель, – поправила я сына. – А я – наивная дура и глупая курица…

– Постарайся не волноваться, когда придет папа. Я с ним сам буду разговаривать.

– Даже не знаю, когда он придет. Может вечером, может, вообще завтра… – вспомнила короткий телефонный разговор с мужем и едва снова не разрыдалась.

– Разговор с отцом у нас будет непростой, но от этого никуда не деться, – коротко кивнул Стас.

– Будет скандал… – от одной этой мысли у меня закололо сердце.

С Антоном за всю совместную жизнь мы ругались несколько раз. Из-за сущей ерунды: один раз не могли прийти к соглашению, куда поехать в отпуск, в другой раз выбирали район, где купить новую квартиру. И как-то раз мама Антона была очень недовольна тем, что я ее поздравила с днем рождения не утром, а вечером. Она посчитала, что я забыла об этом важном событии, проигнорировала ее, выказала свое неуважение. Разумеется, свекровь пожаловалась Антону.

Когда ссорились, мы не говорили обидных слов, не оскорбляли и не кричали друг на друга. Но мы не слышали собеседника, каждый был уверен в свое правоте. Это было страшно и в этом была главная проблема. Потом, разумеется, помирились и обиды забылись.

Сегодня все будет совсем иначе. Будут взаимные упреки, обвинения и пустые оправдания Антона. Впрочем, муж редко оправдывается. Он всегда прав.

Какое же счастье, что приехал Стас и я не буду одна.

Сердце снова неприятно сжалось, на душе стало холодно и неуютно. Почему муж так поступил со мной, почему изменил, что его не устраивало в нашей жизни? Двадцать пять лет я была уверена – мы были дружной и счастливой семьей… Так что же заставило его изменить? Может, в этом есть и моя вина?