Обитатель Тёмного леса бежал за серым волком не отставая. Иногда сквозь просьбы о помощи проскальзывал холодящий спину смех.

– Не оборачивайся, – крикнула Яга, – Смотри только вперед! Главное правило погони, не оборачивайся!

– Учить меня ещё вздумала, – рыкнул волк и сделал резкий поворот, чтобы увернуться от ветки и изменить направление.

За спиной снова раздался леденящий душу смех. Он был настолько зловещим, что даже у Яги волосы на спине встали дыбом.

– И почему они всегда смеются?! – Серый только и успевал уворачиваться от веток и перепрыгивать выступающие корни.

– Поспеши, Аука это не Водяной, – крикнула Яга, – Договориться не получиться!

– Нет, – задыхаясь сказал он, – Это так больше продолжаться не может. Жахни по нему чем-нибудь!

– Я ничего с собой не взяла? – растерялась Яга, сумка с отварами и взрывательными смесями осталась в избушке.

– Ты лесная ведьма, из Рода Верховных ведьм в Тёмном лесу! – крикнул на неё Серый, – Или ты не только молодость потеряла, но и мозги тоже.

– А, точно, – спохватилась Яга, – Беги ровнее.

– Колдуй уже! – рассердился волк, – Ровнее, ровнее… То, что я ещё бегу, уже достижение!

Яга отцепилась от холки Серого, за которую держалась. В это мгновение её палка зацепилась о ствол рядом стоящего дерева, и палка с громким треском сломалась.

– Тьфу ты! – стало темно.

– Яга! – взревел Серый, – Всё зло от ведьм! Заставь дуру колдовать, она лоб расшибёт!

Но Яга уже не слушала, она сосредоточено подбирала слова для заговора против Ауки.

Ведьма прошептала заклинание, стараясь концентрироваться на силе, которую черпала из леса и ночи.

– Тропой лесной? – удивился волк.

– Не отвлекай, – прикрикнула на него ведьма.

– Яга, соберись, – крикнула сверху Белобока, – Я понимаю, что ты не привыкла пользоваться полученными привилегиями, но Водяной тебя подери!

Лесная ведьма на мгновение замерла, и как будто решив что-то для себя вздёрнула голову вверх. Яга начала тихо-тихо шептать слова нового заговора.

Аука действительно начал бежать значительно медленнее, но преследование не прекратил.

– Да когда же он от нас отстанет!

– Он тоже кушать хочет, – крикнула сверху Белобока, – Войди в его положение.

– Не хочу я входить никуда, тем более быть разорванным на кусочки, – огрызнулся волк, – Яга, реши уже эту проблему. Или хотя бы свет обеспечь.

У ведьмы в голове начали крутиться мысли. Аука это лесной дух, обычно они достаточно приветливые, но в такую ночь у любого могло крышу снести.

– У меня нет идей…

– Я-то чем провинился, – пробурчал Серый и начал петлять между деревьев.

Серый бежал по Тёмному лесу между деревьями, пока наконец вдалеке не появился свет от большого кострища, которое устроили жители Ручейки.

– Даже не думай… – начала говорить Яга.

Но Серый её не слушал, а кинулся прямо к костру.

– Стой!

Серый сделал ещё один резкий поворот. Аука не мог их догнать из-за заклинания ведьмы, но преследовать не переставал.

– Надеюсь он боится огня, – запыхавшись сказал Серый.

– Ауки не бояться огня! – крикнула Яга, – Они ничего не боятся.

– Это не вдохновляет! – огрызнулся волк.

– Серый! Там люди!

Но волкодлак уже на всей скорости влетал на поляну к празднику людей. Тут сразу же стало тихо. Кто стоял ближе всего к лесу начали разбегаться, пара девушек упала в обморок. Мужчины схватились за оружие. Аука уже был на самом краю поляны и если бы люди увидели его, то у половины бы точно отказало сердце. Но тут поляну пронзил громкий плач. Какой-то ребенок разразился громким пронзительным плачем.

Это плакал один из близнецов, которых Яга спасла в начале весны. Мать сразу же подбежала к ребенку и стала качать его на руках, пытаясь успокоить. Ведьму сразу же насторожил этот плач, слишком громким и чётким он был для такого малыша. Аука тут же остановился, Яга почувствовала это спиной, и начал медленно отступать обратно в чащу леса.

Все замерли в ожидании. Мужчины не опустили оружие, но видимо нападать передумали. Свет и тепло от большого костра, который находился посреди поляны, успокаивал. Пахло костром, травой и квасом. Видимо тут был веселый праздник, пока Яга, Серый и Белобока не нарушили его своим внезапным вторжением.

– Какого Лешего?! – выругался волк, пытаясь отдышаться, – Яга, слезай!

– Мне бы тоже хотелось это знать, – ответила Яга, скатываясь на землю, – Почему он отступил? И как Леший допустил такое?!

Она не стала произносить это вслух, но её куда больше волновало реакция Ауки на плач младенца, чем безалаберность Лешего.

– Никогда не поверю, что из-за детского скулежа Аука отступил от своей добычи, – подлетела к ним Белобока.

Мать ещё качала ребёнка на руках, хотя он уже успокоился и заснул. На поляне собралась вся Ручейка. Тут и Иван мясник был, и Торчин, и Никита. Яга сразу же в толпе узнала Розанну, ту самую, которая ей весной сапоги не хотела отдавать. И, конечно, детей, которых она спасла. За пару месяцев они успели подрасти и окрепнуть. Ведьма сразу же направилась к ним, точнее к одному из них.

– Ядвига? – задал ей вопрос Никита, – Что происходит? От кого ты бежала?

– Да так, – отмахнулась ведьма, – Жива и слава Морене.

– Что произошло?

Мать близнецов непроизвольно преградила дорогу к детям, но Яга только отодвинула её в сторону. Мальчики были красивыми и совершенно одинаковыми. Светловолосые, с пронзительными голубыми глазами и маленькими озорными носиками. Пухленькие ручки и ножки спокойно лежали на мягкой подстилке. И тут ведьма заметила, что у одного из них ступне было родимое пятно.

– Они так похожи, – только и промолвила ведьма, нервно теребя коготь Аспида, который теперь она носила на своей шее в качестве подвески.

– Да, тот, что без родимого пятнышка – Дарен, а тот, что с ним – Дарко.

Яга не стала спрашивать, которого из близнецов она спасла в ту роковую ночь. Она и так поняла, что того, что с родимым пятном. Встреча с миром Нави, да ещё и в таком юном возрасте точно оставила бы след. Видимо в его случае это было родимое пятнышко.

Голубые глаза близнецов ей кое-кого напомнили, но ведьма списала всё это причуды воображения. Магии у них она не почувствовала, а предполагать, что у человеческой девушки и человеческого мужчины родились ведьмаки, да притом с силой, что превышала её собственную, было глупо.

– Оставайся, – предложил Иван-мясник, – У нас гусляр пришёл из дальних земель. Послушаешь истории из дальних стран…

– У меня у самой историй выше крыши, – махнула рукой ведьма и уже собиралась разворачиваться, как вдруг на рукавах гусляра увидела голубые руны.

Цвет рун на одежде много говорил о человеке, о ведьме, да вообще о ком угодно. Если на рубашке красные руны, то это обычный человек, который не знает ничего о магии, ведьмах и тому подобном. Точнее знает, но не близко и только по слухам. Обычные люди считали, что именно красные руны на одежде лучше всего защищают от нежити, а ведьмы и ведьмаки их не переубеждали. Зачем, если цвет рун в этом вопросе не играет никакого значения. Да и вообще, руны на одежде мало от чего защищают, только от несильной порчи и сглаза.

Некоторые из рун служат индикатором статуса. Зеленые руны, такие как у Яги на рубашках, говорили о знаниях целительского дела. Обычно их носили обавницы, знахарки, изредка лесные ведьмы, если имели дело с людьми. Это было сигналом, что к этому человеку, или ведьме, можно подойти за помощью, если что-то где-то болит. Хотя очень многие начали забывать смысл цвета рун, но в большинстве своём традиция сохранялась. Поэтому если в городе в драке кто-то пострадал, то к нему сразу пропустят человека в одежде с зелеными рунами. Ну или того, что будет громче все кричать и сильнее всех размахивать локтями.

Есть черные руны. Их на одежде вышивают кузнецы дорогого оружия, мастера оберегов и горные ведьмы. Все, кто связан с подобными ремеслами. Нет, конечно, лесные ведьмы тоже могут делать обереги, но не в этом их сила. Синие же руны самые редкие. Это так называемые водные руны. Их нашивают путешественники-мореплаватели, иногда рыбаки, то есть люди кто часто контактируют с водой или влюблены в неё. Яга только один раз за всё время своих скитаний встречала человека с синими рунами. Он не был ни путешественником, ни мореплавателем, ни рыбаком… И когда Яга спросила, почему у него нашиты именно синие руны, он сказал, что это память о замечательном месте, которое навсегда останется в его сердце. Но на вопрос «что это за место» он так и не ответил. Ведьму это тогда заинтересовало, но потом начались проблемы посерьёзней… Она наткнулась на несколько подруг Агнии и ей пришлось защищаться, мстить и вообще… и потом она забыла об этом случае. Но вот опять, синие руны в месте крайне далёком от любой большой воды.

Ведьма уже развернулась, чтобы уйти с поляны, но гусляр встал и громким голосом объявил:

– Я спою вам сегодня песню о воде, – сказал гусляр, – Но не просто о воде, а о Живой воде.

Яга резко остановилась и обернулась, на её лице проскользнуло изумление, она оглядела взглядом всех присутствующих, а потом недолго думая села прямо на землю там, где стояла. Гусляр тем временем начал свою песню.

После того как песня закончилась люди громко зааплодировали. А Яга сидела с задумчивым видом и смотрела вдаль. Эта песня пробудила в ней подавленные воспоминания о Миродаре и их путешествии по дну колодца к Кощею. Там она столкнулась с Мёртвой Водой, но ведьма совсем забыла о существовании Живой Воды. А это зародило в её голове новую идею. Как говориться, если цветок папоротника не хочет зацветать, то значит не в этом счастье.

Яга непроизвольно прокрутила браслет с кроваво красным рубином у себя на запястье. Миродар далеко, неизвестно где, но наличие браслета грело душу. Хотя последнее время ей такие странные сны снились, что стоит наведаться к Кощею и вернуть ему бракованную вещицу.

– Красивая песня, – сказал парень из толпы.

– Да, – ответил Иван, – Яга, чтобы не произошло, мы рады, что ты с нами.

– Говори за себя, – не удержалась Розанна.

– Тут на днях пришло известие, что на севере из одной деревни бесследно пропало тридцать три человека, – как ни в чём не бывало продолжил мясник, – Поэтому защита ведьмы будет очень кстати.

Наступила тишина и все ждали хоть какого-то ответа от лесной ведьмы.

– Ну ладно, мы пошли, – сказала Яга, стараясь сохранить каменное лицо, – Счастливого Дня Купалы.

И ведьма стала медленно удаляться в лес. Никто из жителей деревни её не остановил, никто не задал вопроса, никто не проронил ни звука. Но тут Яга резко остановилась и, развернувшись, пошла к близнецам.

– Они не болеют? С ними всё хорошо? – начала она быстро задавать вопросы матери.

– Да, да! Тьфу, тьфу, тьфу, чтобы не сглазить. А что?

– Змеи? Насекомые? Мыши? Кошки? – перечисляла Яга, – Никто из них не беспокоит? Может быть вороны?

– Ну, нет… -неуверенно сказала их мать, – Вороны прилетают, даже вОроны пару раз были, но тут это явление обычное. Темный Лес же, как никак. А что? Что с ними? Их сглазили?

– Куда уж, – ответила ведьма, – Я вам дам непрошенный совет, а прислушаться к нему или нет, это решать вам.

– Какой совет, – подошла к своим внукам Марта, – Ты спасла им жизнь один раз, может спасёшь и ещё один.

– Не ругайте их за то, что не в состоянии сами понять.

– Они ведьмаки?

– Возможно, – неуверенно сказала ведьма, – Я их не чувствую, так что они либо сильнее меня, либо они просто люди. Но не травите их за их способности, если они есть. Я буду за ними приглядывать, конечно, но самое большое влияние оказывает семья.

– Я поняла о чём ты, – ответила Марта, – Может нам уехать подальше от Тёмного Леса? Хотя здесь прекрасная земля, добрые люди и чистая вода, но ради наших детей мы готовы пойти и на это.

– Не знаю, но ваши внуки могут оказаться в опасности. И вам и им лучше это знать.

– Ты защитишь их?

– Попробую, если это вообще потребуется.

Марта кивнула, а Яга в полной тишине вернулась к Серому и Белобоке.

Друзья медленно дошли до избушки. Ведьма шла, полностью погрузившись в свои мысли. Волк и сорока не решались нарушить это своеобразное молчание.

Последнее время лесная ведьма вообще не видела людей. После нескольких весьма фееричных историй её избушку стали обходить за тридевять земель, а Ягу это абсолютно устраивало и менять она ничего не собиралась.

– Ну что, – прервала молчание Белобока, – Мы же так и не нашли папоротник. Идём?

– Я…

Ведьма поднялась в избушку автоматически выполняя движения, потом непроизвольно взяла в руку полотенце, отрешенно посмотрела вдаль и сказала:

– Я иду купаться, кто со мной?

– Нет уж, – пробормотал волк и лег на медвежью шкуру возле печки, – Я спать.

– Яга, может утром сходишь, – попыталась убедить её Белобока.

– Нет, нет, мне нужно пойти поплавать сейчас, – пробормотала ведьма, – Вы спите, я скоро приду.

И ведьма вышла из избушки.

 
Пока глаза горят огнём,
Мы от погони все уйдём.
Пока горит в небе луна,
Не будет темень нам страшна.
 
 
Аука мимо нас пройдет,
И опасность обойдёт.
Найдём дорогу мы домой,
И дойдём тропой лесной.
 

 
Словом Верховного Рода,
Что силу свою мне отдал,
Заговаривают остановиться,
Ауку, что за нами мчится.
Лес услышь мою волю,
Дай спасти свою жизнь,
Дай промчаться по полю,
Скорость Ауки понизь!
 

 
Под небом голубым,
Есть камень Алатырь,
Сверкающий и тяжел он,
Не подымет богатырь.
На острове он том,
Где деревья и цветы,
Искрящийся и чистый там
Источник Живой Воды.
Один глоток – и свежесть целый день,
Второй глоток – он молодость вернёт,
Третий раз – и каждый день чудесный,
Но никто не знает, где остров тот.
А как дойти туда,
Не знает уж никто,
Есть только яркая звезда,
Что ведёт тебя домой.
Она ярка всегда,
С утра и с вечера,
Иди за той звездой мой друг,
Не обманет она тебя.
Живой Воды – и свежесть целый день,
Второй глоток – он молодость вернёт,
Третий раз – и каждый день чудесный,
Но никто не знает, где остров тот.