Вместо возвращения к своей собственной человечности она захватывает символ своей божественности как матери богини. Тогда ребенок становится для нее «жертвой» – подобно тому, как Адонис стал жертвой, принесенной Венере, оставаясь богом плодородия (бессознательного), навсегда привязанным к ней.