Когда Муссолини начал набирать силу, дона Кроче это особенно не взволновало. Он внимательно наблюдал за ним и пришел к выводу, что человек этот не обладает ни хитростью, ни смелостью. А коль такой может править Италией, значит, он, дон Кроче, может править Сицилией. А затем случилась беда.
На протяжении столетий мафия правила Сицилией, присутствие ее столь призрачно и неразличимо, что власти никогда не могли до конца понять размах ее влияния. Вплоть до Второй мировой войны слово «мафия» на Сицилии не произносилось вслух.
Поэтому теперь не найти сицилийца, который верил бы правительству, закону, обществу – всем этим институтам, с помощью которых простых сицилийцев испокон веков превращали во вьючных животных.