Проктолог понимал, и все понимали, потому Баталов умер в своей палате в тихих и страшных муках – и в тихом и страшном одиночестве. Тело никто, разумеется, не забрал, так что смертную плоть бывшего инструктора райкома партии изрезали в лоскуты и пустили на препараты – на радость молоденьким и пытливым студентикам – медицинским эмбрионам, мечтающим победить