Да чего мне убиваться, Мария Никитична, – просто ответила Валя, за эти дни раз и навсегда зачерствевшая внутри так, что не отпустило больше никогда – и ни внуки не помогли, ни другой сынок, родившийся от другого мужа, ни сам муж (а ведь любил ее страшно сказать как, только вот и пил так же страшно, но это уж – у кого не бывает). Судьба. Чего убиваться, если уже убитая?