Глава 4. Подопечный из Шибальбы

Все пошло наперекосяк.

То есть я, конечно, подозревал, что побег из Преисподней не пройдет гладко, но чтобы настолько!

Тьелль оказался мерзким созданием. Но я ему не завидую. Пара переломанных лап – немного не та цена, которую он собирался получить с бедного-несчастного путника, жаждавшего покинуть Шибальбу.

Правда, досталось и мне. С одним глазом пришлось расстаться.

А потом я резко потерял возможность чувствовать. Бесконечный холод сковал с ног до головы, не давая шевельнуться. Дышать стало невозможно. Взрыв!

И тут же что-то вырвало меня из этого состояния, словно из толщи воды.

Я вскинулся, хватая ртом воздух. Огляделся по сторонам и понял, что действительно нахожусь в каком-то бассейне. Бассейн… Так, стоять, это еще что такое?

Зеленоватая тягучая жидкость. Прозрачная. Сквозь нее прекрасно видно тело. С кожей и мышцами полный порядок. Значит, Тьелль не превратил мою оболочку в прах?

Спустя секунду дошло: кожа слишком белая. Вполне нормальная на вид, но белая. А я всегда был смуглым.

Нахмурившись, я оглядел себя насколько это было возможно. И осознал: тело чужое.

Стало немного не по себе. Ладно, с этим разберусь позже. Судя по всему, мне удалось попасть в Пирамиду Мертвых.

От этой мысли захотелось радостно подскочить и показать какой-нибудь неприличный знак Шок-Аху и всей ее свите. Но… сейчас не время. Сейчас надо отсюда выбираться. Пирамиды Мертвых – все же не то место, где лекари советуют отдыхать и восполнять силы.

Выбравшись из бассейна, я направился к выходу. Радовало, что тут относительно спокойно, пока никто не пытается напасть и поучить жизни.

Тело было однозначно молодым, но уже не юным. И мужским, спасибо Лунному Кролику. Женское стало бы серьезным испытанием. Мало того что… э-э-э… определенные неудобства в плане физиологии, так еще совсем тоска в отношении секса. Оутль, конечно, мир разноплановый и многогранный, но… лучше не нарываться.

На пути мне попался цветастый платок. Интересно, кто тут прогуливался? Нашел место и время.

Впрочем, платок я подхватил и обвязал бедра. Кто его знает, вдруг на пути встречу какого путника? Прогулка нагишом меня не смущает, но… лучше тоже не нарываться.

Выйдя из пирамиды, я сделал глубокий вдох.

Кем бы ты ни была Муэрте-Катрина, решившая упрятать меня в Шибальбу, этот мир прекрасен. Я не создавал его, но я его люблю. Очень. И красоту Оутля осознаешь еще сильнее, чем раньше. Особенно после Шибальбы.

Землю накрыла ночь. Звезды сияли ярко и сумасшедше. Изнутри к горлу подкатил смех… нет, безумный хохот. Я хохотал, пока не выступили слезы.

Как меня ни пытались закрыть в Шибальбе – ничего не вышло. Я все равно вернулся.

От Пирамид Мертвых отразилось эхо. Жуткий хохот чудовища, выбравшегося из-под земли.

Я утер выступившую слезу.

– К делу, Тиош. Нас ждут великие дела.

На этот раз ответом была тишина.

Я зашагал вперед, бодро и уверенно. О прекрасный Оутль, как же сладко снова ступать по твоей земле!

В какой-то миг показалось, что кто-то смотрит мне в спину. Я уже почти обернулся, но в последний момент остановился. Нет, не стоит… Не зря все, кто приходит сюда с проводниками эс-калавера, уходят быстро и не оглядываются. Те, кто переступает границу миров и смерти, полны сюрпризов. И зачастую – неприятных.

Поэтому я пошел прямо и попытался себя убедить, что разочарованное шипение мне просто послышалось.

Чем дальше я продвигался, тем четче понимал: придется что-то придумывать. Конечно, меня не прогонят. Так или иначе, сюда постоянно прибывают подопечные. Пирамиды всегда кого-то приводят. Поэтому даже странный человек в цветастой набедренной повязке не вызовет шока. Но все равно… Будут вопросы. Одно дело, когда ты ничего не знаешь о мире, куда попал. И совсем другое, когда ты в нем изрядно успел наследить.

В небе загрохотало.

«Дождь, – мрачно подумал я. – Просто прекрасно».

И тут же чуть не споткнулся. В сезон Огненной Ящерицы не бывает дождя! Значит, сейчас время умчалось вперед? Или, наоборот, назад?

С неба начали падать крупные капли.

– Яйца птицы чочмо на ваши головы, – пробормотал я и помчался по пыльной земле.

Ничто так не бодрит, как прогулка ночью под дождем, по той самой пустыне, которая разделяет Пирамиды Мертвых и город.

Понятия не имею, сколько я бежал. Ноги начали уставать, дыхание сбиваться.

Но все равно, по сравнению с бешеной погоней в Шибальбе, это было совсем ничего. Вскоре вдали показались какие-то строения. Отлично.

Шумно выдохнув, я откинул со лба волосы и остановился. Даже под дождем казалось, что тело горит. Так и должно быть? Или это просто от бега?

Стряхнул капли с лица, и пальцы наткнулись на что-то странное слева. Засохшая корка? А… чочмо теперь его разберет. Видимо, с лицом какие-то проблемы, глядеть на себя было некуда. Ладно, будем надеяться, что не так уж все и плохо.

Через некоторое время я вошел в город, который сладко спал. В домах не горел свет. Собаки порой коротко лаяли и тут же смолкали. Тишина. Покой.

Я ступил на каменную дорожку. Собрался уже было идти к храму местного божества, там всегда можно укрыться, как что-то будто ухватило меня невидимой рукой и потянуло к одному из домов.

Едва поспевая за неведомой силой, я практически побежал. И остановился, только когда оказался напротив окна с резным подоконником.

А потом послышался женский крик.

* * *

Спустя час

– Значит, это Чилам? – уточнил я, мрачно разглядывая себя в зеркало.

После того, как меня потянуло внутрь дома, хозяйке пришлось со мной познакомиться.

Она оказалась симпатичной брюнеткой лет двадцати пяти, может, чуть старше. Все как надо: миловидное лицо, огромные карие глаза, пухлые губы. Высокая грудь, талия и бедра прекрасны своими изгибами, что так и просятся к мужским рукам. Отличная фигура для красивой женщины, а не засушенной летучей мыши.

Ее звали Роза. Чем-то даже похожа на царственный цветок. Поначалу картину подпортил испуг, но она быстро пришла в себя.

Впрочем, испугаться было чего.

Правая сторона моего лица была покрыта кровью. Смыв ее, я понял, что лучше не стало. Шрамы, свежие порезы и заплывший глаз. Но порадовало, что он есть. А перекошенная рожа и два почти здоровых глаза – это куда лучше, чем свежее лицо и одно отсутствующее око.

Видимо, тот, кто сюда попал, умирал не в своей постели. Здорово досталось парню.

Роза некоторое время смотрела на меня, не в силах вымолвить ни слова. Но потом взяла себя в руки.

И теперь, после ванной и повязки на половину лица, мы сидели на кухне и обсуждали сложившуюся ситуацию.

– Да, Чилам, – кивнула она. – Не ад, поэтому не надо переживать. Когда-то сама я точно так же попала сюда. Меня взял в подопечные местный портной Карлос. Он же и помог потом найти себя в этом мире.

– Да? И как именно? – поинтересовался я.

Ну да, Роза рассказывает все с самого начала. Я постоянно прикусываю язык, чтобы не брякнуть что лишнее. Пока хватает мозгов и актерского мастерства прикидываться просто парнем не отсюда, который не знает, что делать и как действовать дальше.

Слева что-то зашуршало. Я покосился, но ничего не увидел. Зато прекрасно ощутил присутствие чего-то нечеловеческого. Так-так… прекрасная Роза живет не одна?

– Сейчас не вспомню, были ли у меня раньше навыки шитья. Но Карлос делал такие потрясающие вещи, что я могла любоваться часами. И в какой-то момент попросилась ему помогать. Карлос не отказал.

Еще бы.

В Оутле будут содействовать. Помогать. В конце концов, именно на этом держится их мир. Здесь люди могут прожить те годы, которые отняли у них на Земле.

– Придется разочаровать вас, прекрасная сеньорита, но шить я не умею, – честно признался я. – Поэтому придется вам посадить меня разбирать бусины и перья птиц чочмо.

Роза рассмеялась:

– Ничего, я тоже не сразу стала хозяйкой «Сахарного черепа». Это нор…

Смех оборвался. Карие глаза чуть прищурились.

– Откуда ты знаешь, кто такие чочмо?

Придурок.

Поздравляю, Тиош, ты… полный придурок. Спалиться на такой мелочи. И не надо оправдываться больной головой.

Слева снова раздался шорох.

Я резко обернулся:

– Кто здесь?

– Никого, – тут же ответил чей-то голос.

Возникло щекочущее желание вскинуть руку и выпустить ловчую нить, но пришлось сдержаться.

Рядом вздохнула Роза. Явно не удовлетворена, что я оставил ее вопрос без внимания, но пока решила не цепляться. Уже хорошо.

– Чочу, – произнесла она, – покажись.

– А что мне за это будет?

– Лучше представь, что будет, если ты не вылезешь.

Тяжкий вздох. Шуршание. Из-под полки с разноцветными горшками для запекания мяса и овощей выкатился череп. С узорами эс-калавера, полыхавшими красным. В пустых глазницах светились алые огоньки.

Хранитель!

Охо-хо, как все непросто. Роза, значит, не обычная обитательница городка Чилам. Хранители сами выбирают у кого жить. Пусть с виду они не слишком грозны и частенько ведут себя как распоследние шалопаи, но силы у них немалые.

Хранители не боги, но в то же время существа высшего порядка. Они никому не подчиняются. Живут по-своему, имеют регулярный пропуск в Шибальбу и в любой момент могут подкинуть такую подлянку, что долго будешь выкарабкиваться из нее.

Но в то же время если Хранитель решил вас оберегать, то это большая удача.

Чочу подозрительно смотрел на меня.

– Он мне не нравится, Роза, – заявила эта мелкая зараза таким тоном, словно решала судьбу всего мира.

– Чочу, веди себя прилично, а? – хмыкнула его хозяйка.

А потом и вовсе подошла, мягко взяла череп в ладони и перенесла на наш стол. Поставила прямо в середине, в нескольких сантиметрах от моих пальцев.

Алые огоньки в глазницах ехидно взирали на меня.

«Неужто понял, кто я?» – пронеслась мысль, от которой стало немного не по себе.

Если так, то это может стать серьезной проблемой.

– Пусть ведет себя как хочет, – все же произнес я, разведя руками. – В конце концов, я здесь гость, а он – постоянный житель.

– Очень вредный постоянный житель, – заметила Роза и легонько щелкнула Чочу по затылку.

Чочу оскорбился до глубины души (интересно, где она у черепа?), но сменил гнев на милость.

– Хорошо, посмотрим, как ты будешь себя вести.

Но при этом взгляд не изменился. Не верит. Не исключено, что собрался делать гадости. Ладно, разберемся.

– Прости его. – Роза покачала головой. – Воспитание и Чочу разошлись ровно в тот момент, когда их дороги могли вот-вот пересечься.

– Ничего, переживем, – не стал я зацикливаться.