Читать книгу «Антресоли Весны. Цикл Пиши как художник» онлайн полностью📖 — Марины Генцарь-Осиповой — MyBook.
image

Ася Бриз
@asya_breez

АНТРЕСОЛЬ

– Ты что, свихнулся?

Рик вздрогнул и едва успел отскочить от лягающейся лошади:

– Кая, раздери тебя тварь, не говори под руку!

Я послушно замолчала, наблюдая, как Рик вновь подступает к крупу лошади, точнее сказать, клячи. Пегая кобыла нервно дергала хвостом и щерила, будто собака, старые желтые зубы, силясь развернуться и цапнуть нахала, но ее морда была крепко привязана к ветке дерева. Кобыла перебирала копытами, не давая Рику схватить ее за хвост, но ловкий блондин извернулся, схватил и высоко задрал его вверх. Кобыла заржала и попыталась взбрыкнуть двумя задними. Блондин помянул Хэлла, упав в пыль. Над весенним полем разнеслась отборная брань.

Я невольно засмеялась. Рик встал, отряхнул штаны, недобро зыркнул в мою сторону:

– Рекомендую тебе подержать эту старую брыкающуюся тварь.

– Ну уж нет, предавайся своим утехам без меня.

Блондин побагровел:

⠀ – Оставь свою бурную фантазию: нам нужно продать клячу, получить денег и нанять лодку.

Я фыркнула:

– За нее не дадут и пары медяков.

Рик хитро усмехнулся и подбросил в руке корешок:

– Это волшебное средство для успешной продажи, – он сунул мне его под нос. Я невольно сделала шаг назад.

– Имбирь?

– Именно, – он подмигнул мне, схватил за руку, – пойдем, будешь помогать.

– По-прежнему не вижу связи! – запротестовала я, но ушлый блондин уже всучил мне поводья, вынуждая держать кобылу под уздцы.

– Значит так, когда она попытается меня лягнуть, дергай морду в сторону – я задеру ей хвост…

– Рик, зачем тебе ее хвост?!

– Я хочу засунуть ей в жопу имбирь, что здесь непонятного!

Я закашлялась.

– Не нужно на меня так таращится, – хмуро процедил Рик, – я, в отличие от тебя и Тэя, пытаюсь вытянуть нас из этой передряги!

– Имбирь в лошадь тебе на кой черт совать?!

– С имбирем она будет гарцевать, как ахалтекинский скакун! Я видел, так на южных островах кобыл порченых продают.

Я рассматривала Рика, знаменитую Тень Смерти и размышляла, не тронулся ли он умом после недавних событий.

– Короче, держи Антресоль за морду.

– Антресоль?

– Антресоль, – повторил блондин, – у каждого великого коня должно быть звучное имя!

– Я помолюсь за твою душу, – буркнула я.

Лошадь истерично заржала – я дернула ее в сторону, спасая блондина от копыт. И тут из-за спины раздался мрачный голос Тэя:

– Вы что, свихнулись?

КОГДА ВОССТАНУТ МЕРТВЕЦЫ

С прозрачной сосульки скатилась капля крови. Я моргнула – не помогло: багряные разводы выводили узоры на ледяном хрустале. На самом кончике льдинки капля крови застыла, смешавшись с водой. По талому снегу застучала кровавая капель. ⠀

– А я говорю, отличный конь, зуб даю! – воскликнул Рик, едва удерживая Антресоль: лошадь била копытом, всхрапывала и дико таращила глаза.

– Та оставь зуб себе, я вижу, какой он у лошади желтый и кривой, – огромный детина упер ручища в бока, его густые брови сомкнулись на переносице.

– Сам ты кривой, – сплюнул Рик, – зубы – это особенность породы, не понимаешь, так не позорься, бери лошадь, за бесценок продаю!

– Шош ты сам на породной лошади не ездишь, коли она такая гарная, – вклинился второй мужик, ростом он едва доходил до плеч первого.

Рик грустно вздохнул – на мой взгляд, слишком театрально. Тэй закатил глаза, едва сдерживаясь, чтобы не вмешаться, и, бросив блондина одного, подошел ко мне:

– С правой сосульки, той, что ближе к нам, капает кровь. Мне мерещится? ⠀

– Так, господа, мы с вами сделку совершать будем? – распалялся Рик.

Господа несколько опешили от того, что они господа.

– Скока хош?

– Золотой. ⠀

– Да окстись ты! За клячу золото?

– Это Антресоль, и она чистопородная.

– Два сребреника.

– Сеньоры, но это моветон. ⠀

– Че он сказал?

– Шо ты собака жлобная.

– Это я собака?! Да я щас ему покажу, кто тут собака!

– Господа, к чему такие инсинуации: я готов пойти на уступки.

– А теперь че он несет?

– Шо клал он в штаны на твои угрозы.

– А ну, иди сюда, морда белобрысая!

– Пять сребреников – и конь ваш, – вскрикнул Рик; кобыла, вторя его словам, встала на дыбы. ⠀

– Не мерещится. Рик, ложись! – закричал Тэй.

Умение быстро реагировать – отличительная черта профессионалов. Рик упал моментально, а спустя пару секунд к нему присоединилась голова селянина. Она бухнулась с глухим звуком и покатилась, как тяжелый мяч. Глаза успели моргнуть, тело свалилось в сторону.

– Твою ж в бога душу мать, – прошипел блондин и кувыркнулся, разрывая дистанцию.

– Остап, – пролепетал второй селянин, неловко шагнул и дико на одной ноте заголосил. Ему вторил рык твари.

ШКОЛЬНИК

– Мертвец! – заорал селянин. ⠀

– Рик, лови, – Тэй сбил ногой сосульку и бросил блондину. ⠀

В этот же момент существо прыгнуло вперед, а Антресоль встала на дыбы, молотя копытами воздух, повод был крепко намотан на руку Рика. Тварь отпрянула и на секунду замерла. ⠀

– Алхимик поднял мертвеца! Храмовники предупреждали, когда восстанут…

– Заткнись, – Тэй отвесил селянину оплеуху.

Существо было подростком с кожей цвета пергамента. Оно скалило окровавленные зубы, а скрюченными пальцами сжимало косу, точнее, лезвие от нее с остатками черенка. Рик не успевал дотянуться к сосульке – существо атаковало.

Мир замер или это мое сердце перестало биться? Рик стремительно бросился вперед, увернулся от удара, поднырнул под косу, ударил создание под дых и тут же переместился ему за спину и затянул на шее поводья.

Тварь забилась, но продолжала молотить во все стороны косой, будто не чувствуя боли. Рик пригнулся, упер колено в спину твари – лезвие просвистело в миллиметре. Рядом бесновалась лошадь. Подоспевший Тэй вогнал сосульку в яремную впадину. Существо заревело и забилось сильнее. Тэй вонзил еще и еще раз.

– Да сверни ему шею Рик!

– Я еле держу, перережь горло!

– Сосулькой?

Я успела вовремя: уклонилась от лезвия и рубанула ножом по шее. Хорошо, что погибший селянин пришел на встречу с ножом. Тварь биться не перестала – Тэй отобрал у меня нож. Коса вывалилась из рук существа, поводья утонули в кровавом разрезе – Рик медленно их отпустил. Тэй устало вытер лоб, на лице остался кровавый развод. По телу создания прошла судорога, рука потянулась к косе. ⠀

– Да сдохни ты, – Рик подобрал косу и отсек голову. ⠀

– Он и так мертв, – пробормотал мужик. – Школьник умер две недели назад.

– Школьник?

Селянин поднялся, стараясь не смотреть на мертвого напарника:

– Это школьный двор, – он кивнул на турники, – тут животных на продажу привязывать удобно. Школа заброшена, только алхимик остался.

Мы оглянулись на здание: по сосулькам стекала кровь.

– Держи Антресоль. ⠀

Тэй удивленно вскинул бровь, но схватил лошадь.

– Привязался, – буркнул Рик, отбирая поводья. – Пойдем, посмотрим, до чего школа доводит.

Ветер изменился, над школьным двором завис тошнотворный запах разлагающейся плоти.

Наталья Менке
@fee_copywriting

ГОРОД КОВАНЫХ УЗОРОВ И СМОРОДИНОВОГО ВИНА

Каждый год, когда приходит весна, меня тянет путешествовать. Убрав зимние вещи на антресоли после генеральной уборки, я спешу на стук колес, чтобы спустя день или два почувствовать под ногами булыжники других городов и стран.

Если бы не карантин, я гуляла бы сейчас по Праге. Я была здесь много раз и буду приезжать сюда снова и снова. Я люблю четкие очертания ее крыш, воздушных башенок и кованых узоров в легком сумраке раннего вечера. Джаз, доносящийся с кораблика, отражение Карлова моста в реке и величественный, царящий над городом Пражский Град. Люблю пройтись рано утром по узким, еще пустым улочкам Старого города, выйти на залитую ярким солнцем Староместскую площадь, пока спят туристы, и выпить горячего кофе в только-только открывшейся кофейне. Люблю прогуляться в парке под Страговским монастырем: вокруг цветущие деревья, кустарники с нежными розовыми цветами и раскинувшийся под ногами величественный город.

Как только все закончится, я поеду в Прагу. Я приеду в субботу утром и отправлюсь пешком через весь центр – на набережную Влтавы. И я буду смеяться от счастья, глядя на толпы туристов! Я выйду на набережную, на крестьянский рынок, и куплю бутылку терпкого смородинового вина. Постелив газету, я сяду прямо на набережную, свесив ноги к воде. Улыбаясь ветру и солнцу, буду пить вино и радоваться жизни. Наслаждаться свободой и Влтавой, любоваться Пражским Градом.

Позже, устав от долгой прогулки, я зайду в мою любимую кондитерскую, закажу себе кофе и смородиновый тарт с лепестками розы и растекусь от удовольствия. А рано утром, с первыми лучами солнца, я вылезу из постели и пойду на Карлов мост, потру там собачку – и окажусь в другой реальности.

МАЛЫШКА НА МИЛЛИОН… ЭТИКЕТОК

Борис Борисович злился:

– Как вы контролировали? Заказ горит, а этикеток нет!

– Этикетки должны быть! – возразила ему Наталья, молодая женщина с короткой стрижкой.

– Мне звонил Артемьев! – Борис Борисович зло посмотрел на нее, раскладывая ручки на столе по цветам.

– Артемьев в жизни этим не занимался!

Сквозь тонкие стены слышался голос секретаря Светланы:

– Але, «Алмаз»? Это телефон восемь-три-три… Нет? Извините! – хлоп, трубку повесили, приглушенный Светкин голос: «Да и пошла ты…»

Он набрал номер – занято, связь с Молосковицами была аховая. Протянул Наталье рацию и кивнул: звони! Та поджала губы, набрала номер – раздались гудки. Сбросили.

– Сколько можно просить – контролируйте каждую неделю!

– Мы по четвергам сверяемся, а сегодня среда! Я договорюсь с «Радугой» – они за пару дней напечатают!

– Мы планировали заказ в конце месяца! – прищурился он.

– Они на обрезках напечатают, – парировала Наталья с вызовом.

– Отгрузка завтра!

– Этикетки есть! – она снова набрала номер, опять отбой.

Борис в упор смотрел на нее. От злости она покраснела – он забарабанил пальцами по столу:

– Срывается заказ, вы это понимаете?

– Скажите, чтобы Нина проверила! Не делали мы клей, а этикетки были!

– Строй… Комплекс… Евро… Трейд, «Стройкомплексевротрейд». Блииин… Але, Стройкомплексевро… евротрейд? Примите факс! Что? Как? Как принять? Говорите громче, я вас не слышу! Стартуйте! Да чтоб тебя, сорвалось!

От крика Светланы Борис поморщился, Наталья опять набрала номер – безуспешно.

– Стройкомплексевротрейд? Факс примите! Надо на «Старт» нажать! Нет кнопки? Вообще кнопок нет, только диск?

Борис посмотрел на Наталью, не выдержал и фыркнул. Она посмотрела на начальника, попыталась сдержать улыбку – оба рассмеялись:

– Борис Борисыч, я на принтере напечатаю и разрежу.

– Резать устанете! – он забрал у нее рацию. – Я свяжусь с ними, отправим клей позже.

Внезапно рация ожила, оба вздрогнули.

– Але? – раздался в трубке сонный голос Нины.

– Нина, проверьте, этикеток на сегодняшний заказ хватает?

– Хватает, – на том конце послышалось недоумение.

– Но в отчете стоит две штуки!

– Ой… та я, наверно, ошиблась, щас поправлю!

– Я могу идти? – Наталья поднялась и, торжествующе стуча каблуками, вышла из кабинета.

ГАГАРИН И ГОЛОДНЫЕ СЕРДЦА

Татьяна Ивановна постучала карандашом по столу:

– Напоминаю, что Степанов, Ольшанская, Осипова и Бруд сегодня делают стенгазету. Степанов – ответственный!

– А чего Степанов? – возмутился Олег.

– Потому что ты комсорг, – припечатала учительница. – Ключи от класса отнесете на вахту; краски, кисточки, бумага – в шкафу. Остальные свободны.

Класс опустел за пять минут.

– Есть хочется… – печально сказала Дашка Осипова.

– У меня яблоко осталось, хочешь?

– Так, хватит! – прервал их Олег. – Осипова, ты рисуешь. Марина, вырежи картинки из журналов и перепиши красиво статьи – ну те, что мы готовили. Ольшанская, пишешь «День космонавтики».

– А ты? – язвительно спросила голодная Дашка.

– А с меня передовица.

Все занялись делом. Маринка вырезала портрет Гагарина, потом ракету. Переписала на лист в клетку его биографию и стала смотреть, что делает Ксенька. Та, заметив, что подруга наблюдает за ней, прошептала:

– А чего это Машка глазки Герасимову строит? Он же с Ольгой гуляет!

– Это кто кому строит, Ольга сама за ним бегает.

– Ничего не бегает. Они целовались уже!

– Врет она все! Он за Машкой бегает, а Ольга ему прохода не дает/ И вообще, хочешь, сама ей скажи! – девочки на секунду замолчали.

1
...
...
9