Цитаты из книги «Ныряльщица»

– Но это же запрещено законом! – напоминает синеглазка. – Заходить в воду нельзя. – Зачем мне вообще это делать?

Несмотря на общее настроение, малышня рассматривает бухту и дом на высоких деревянных сваях с истинно детским любопытством, а вот на Зорга косится с подозрением. Я оставляю семэйство возле камина в углу, и отвожу его

До домика Зорга приходится идти, и я несу рюкзаки малышни, которые оказываются такими же невесомыми, как по ощущениям все представители семэйства. Они вообще едят? Или питаются только соленым морским ветром, который продувает их хибару?! По сравнению с ней жилище Зорга кажется дворцом.

А Вирна обхватывает себя руками, словно пытается согреться, хотя в салоне эйрлата тепло. Мне тоже хочется ее обхватить, подхватить на руки, как сегодня. Только чтобы синеглазка была в сознании и смотрела при этом на меня. Приходится мысленно дать себе оплеуху, чтобы вернуть мысли в нужное русло.

чем все закончилось в прошлый раз. Не драка, а отказ Вирны. Тогда причина была существенная, и я повернул в сторону Пятнадцатого, чтобы для разнообразия спросить: «Какого едха?» у нее самой, а не гадать в чем дело.

– Что значит – умирают? – Он и меня спас, – говорю я.

– Я лишился силы, – говорит он. – Это я уже слышала.– Отец вливает в меня свою, но мне нельзя приближаться к океану, пока резерв не восстановится…Что?! – А Эндар ранен, и ему нужна помощь. Точнее, сейчас ему просто нужен кто-то, кто покажет, что он не один. Раг’аэны умирают от тоски в одиночестве.

– Нет. Я твоего папашу… отца видела в новостях. Физиономию К’ярда в этот момент надо было видеть: ну да, бывают в жизни огорчения и разочарования, что ж поделать.– Тебе никто не говорил, что вмешиваться в разговор взрослых неприлично?Он в два шага пересек комнату и захлопнул дверь перед носом обалдевшей Мит.– И не подслушивай. – Ой, да больно надо, – донеслось из коридора.

– Отпусти, – прошипела я, вырываясь из его рук. Меня зацепило пристальным взглядом, на этом – все, я чувствовала себя как пьяная. Ноги внезапно стали слабыми, стена потянулась ввысь. То, что я падаю, я поняла, когда он меня подхватил. – Ну знаешь ли… девчонки, конечно, падали к моим ногам, но не настолько эпично.

Вместо объяснений я вцепилась в его руку, дернула к выходу, и тут же поняла, что сделала это зря. Освободился К’ярд легко, а я снова оказалась прижатой к двери, с той лишь разницей, что теперь меня прижимал он. Руки – по обе стороны от моих, настолько близко, что у меня потемнело перед глазами. – Эм… я вам не мешаю? – голос Митри раздался издалека.