Цитаты из книг автора «Марина Эльденберт»

не заходила толком. – Где-то в правом крыле. Постой… Тут есть выход в сад. – Лили, не смей выходить! – донеслось до меня, но было уже поздно. Я вылетела в распахнутые двери наружу под пасмурное киронское небо. Живая изгородь смыкалась со всех сторон, здесь был пруд, изогнутая скамья, дорожки, выложенные камушками, и небольшой фонтан. Метнувшись взглядом по диагонали, я увидела Марко. И не только его. Над мальчиком, сжавшимся под дальней скамьей, разинув уродливые пасти, нависли шэмы. Ужас парализовал меня, словно в кровь снова вспрыснули токсин. Я вся окаменела: застыла, не в силах пошевелить даже пальцем или моргнуть, только смотрела на монстров широко раскрытыми глазами. А они синхронно повели приплюснутыми

когда я слишком резко завернула за поворот, бросаясь навстречу мальчику и тому, что его напугало. – Ладислав, Марко… он снаружи… Он… просто поверь мне, он до смерти напуган. – Где ты? – Я не знаю, – глубоко вздохнула, я сюда и

обманывал. Я вскинула голову, чтобы встретить его взгляд. Глубокий и тяжелый. – Вы меня не обманывали, просто не сразу рассказали всю правду. – Это не так. – Вы правы! Вам это и не нужно было. Я сама вполне успешно себя обманывала. Не привыкла делать ничего наполовину, вот и здесь осталась верна себе. А впрочем, в этом мы с вами очень похожи. Пожалуй, это единственное, что между нами общего! На скулах Ладислава заиграли желваки. – Вижу, сейчас ты не готова слушать. У-у-у! Знакомая снисходительность. Лакшак бесчувственный! – Да, потому что тебе как минимум стоило мне об этом сказать! – рявкнула я, переходя на «ты». – До той ночи, когда ты привез меня в дом, который… Я задыхалась, мне не хватало ни воздуха, ни сил. – Уйди с дороги! Да, мне нужно просто уйти. Куда-нибудь, только подальше от него.

– О том, чтобы я вовремя тебя привез, – ответил брат. – Лил включила мамочку? – рассмеялась Фелиса, спускаясь в холл. – Эй, – посмотрела я на нее строго, сложив руки на груди, – твой папочка мне голову оторвет, если станете нарушать правила! – Сомневаюсь, – хмыкнула ящерица, останавливаясь возле Ната. – Это мне? – С днем рождения! Фелиса приняла букет так осторожно, будто он был самым ценным подарком, и встала на носочки, чтобы поцеловать моего брата в щеку. А я подумала про Ладислава и про то, как та ночь все изменила. Она отпечаталась в моей памяти, впиталась в мою суть, обнажила

– Боялась, что ты меня уволишь, – выдохнула я. – К тому времени я искренне полюбила свою работу и не хотела расставаться с Фелисой. А без своего дара я бы не могла ей помочь, и я подумала… – Не заметно, что ты подумала, Лили, – холодно парировал Ладислав. И меня неприятно кольнуло этим холодом. Хотя чего я вообще ждала? – То есть ты была совершенно беззащитна и все равно пошла за той девушкой? Что?! При чем здесь я? Я оказалась на коленях ящера раньше, чем успела ойкнуть. С перехваченными за спиной запястьями. – Мне действительно стоит наказать тебя, Лили, – прошипели мне прямо в губы, выделив мое имя. – За то, что рисковала собой! Я тебя нанимал, чтобы ты нашла подход к дочери. – Но ты говорил… – Я знаю, что я говорил. У Фелисы достаточно охраны, чтобы ее защищать. Но тебя я смогу защитить, только если ты

переговорах, для ведения бизнеса, но при желании я могу ее отключить. Вот как сегодня. Сейчас. У меня мгновенно перехватило дыхание и сдавило горло. Значит, Ладислав открылся передо мной, а я… Я ничего не почувствовала. Как несправедливо! – Я должна тебе кое в чем признаться. – Ты нарушила закон? – Нет, – мотнула я головой. – Я тебе солгала. Понимаешь, у меня больше нет дара. Вот теперь в комнате повисла оглушающая тишина, а мне стало еще страшнее, чем сегодня в академии. Особенно после всего случившегося между нами. – Что значит «нет»? Не знаю, как раньше, но теперь Ладислав точно от меня закрылся: даже по интонации и по взгляду было сложно догадаться о его мыслях. Поэтому я поглубже вдохнула и сбивчиво все объяснила. Как искала

Соломон. – Мне нужно поговорить… со своей знакомой. Поэтому, если не возражаешь, я пойду. Ящер сложил руки на груди, но с места не сдвинулся. Это уже начинало раздражать и даже слегка беспокоить. Как назло, судя по аплодисментам и прибавленной громкости музыки, начался показ, и в коридоре, кроме нас, никого не осталось. – Пропусти меня, – не попросила, а приказала я. – С одним условием. – Каким? – Если ты пообещаешь, что мы закончим наш разговор в следующий раз. – Не думаю, что стоит его продолжать. У нас с Ладиславом достаточно сложные отношения, но я точно не

Это вообще к чему? Я подняла голову и встретила его внимательный, можно даже сказать, цепкий взгляд. – Какое это имеет отношение ко мне? – Елена сказала, что ты теперь встречаешься с Ладиславом. Это правда? Я замерла с широко распахнутыми глазами и едва не прыснула. Если считать одно незаконченное свидание, то можно сказать, что я и с Соломоном Камрином встречаюсь! Хотя оба ящера красивы, влиятельны и опасны, но Сол не вызывает во мне и капельки того шторма чувств, что я испытываю рядом с Ладиславом. Но это мои чувства, а вот со встречами все сложнее. Сама я вряд ли смогу однозначно ответить на этот вопрос. – Еще немного, и я подумаю, что ты задерживаешь меня нарочно. От этой мысли стало

, но ты решил иначе. – Ты поэтому злишься? Мне дико захотелось стукнуть ящера чем-то тяжелым, прямо кулаки зачесались. Жаль, он за рулем, и вообще рукоприкладство наказуемо согласно киронскому уголовному кодексу. Очень жаль. – Если ты не понимаешь, почему я злюсь, то нам больше не о чем говорить. Просто расскажи, как вести себя с Еленой… – Я должен объясниться, – перебил меня ящер. – Насчет своих слов о людях. Я едва не ответила (из вредности), что он мне ничего не должен, но вовремя прикусила язык. Вместо этого сложила руки на груди и кивнула. – Вчера, когда я сказал, что люди слабее ящеров, я подразумевал, что скорость реакции и физическая сила у них от природы хуже. – У нас, – сухо поправила я. – Но какое это имеет отношение к жителям мегаполиса

Не только сообразительная, но и терпеливая: даже не упрекнула в том, что приходится меня заменить, пока я буду общаться с Берговицем. – В этом я не сомневаюсь, но все равно – нет. Теперь во взгляде Майи сверкнули угли: видимо, терпение было на исходе. Но я не собиралась пасовать. – Что мне сказать листеру Берговицу? – Правду! Что я слишком занята. И что не хочу с ним важных разговоров. – Иди, Лили, с остальным я сама справлюсь, – вклинилась между нами Фелиса. – Можешь быть свободна до утра. И подмигнула. Вот ящерица